Карта сайта

Глава четвертая - ВТОРАЯ ВОЛНА РЕВОЛЮЦИИ

«...2 (15) марта ближайший единомышленник Чхеидзе, Скобелев, как передают газеты, сказал следующее: „Россия накануне второй, настоящей (wirklich, буквально: действительной) революции". Вот это — правда, из которой забыли сделать практические выводы Скобелев и Чхеидзе».

В. И. Ленин.

 

ДОБИТЬ ЦАРИЗМ!

К утру 28 февраля в Петрограде еще оставались отдельные очаги царизма, сопротивлявшиеся революции. Не сдавались отряд царских войск, засевший в адмиралтействе, самокатный батальон и некоторые другие части. А главное, еще не весь петроградский гарнизон перешел в ряды восставших. Отдельные части колебались, занимая промежуточную, нейтральную позицию. Запертые в казармах, они имели смутное представление о происходящих событиях. Одни из них оставались верными царской присяге, дисциплине и подчинялись приказам своих офицеров. Другие, уже перестав быть опорой царизма, ожидали помощи извне, от рабочих, чтобы присоединиться к революции. Сообщения о таких настроениях солдат разными путями доходили до восставшего народа. Писатель Е. Зозуля рассказывает, как какой-то солдат, сидя на лошади, что-то писал на клочке грязной бумаги. «Я видел, как он бросил эту записку группе рабочих, стоявших на тротуаре. Я видел слезы у пожилого человека, который прочитал ее. „Товарищи, — говорилось в ней нервными, прыгающими буквами, — ломайте ворота наших казарм, а то у нас не всех пускают на улицу, а все желают присоединиться к народу"»1. От дальнейшего поведения колебавшихся воинских частей во многом зависел ход последующей борьбы. Восставшие рабочие и солдаты должны были привлечь к революционной борьбе остальные воинские части и сделать выступление петроградского гарнизона всеобщим.

В первые дни революции рабочие возвращались по домам и предприятиям, чтобы на другой день, собравшись с новыми силами, возобновить борьбу. Теперь сражение с царизмом вступило

____

1 Е. 3озуля. Что запомнилось. — «Огонек», 1925, № 12.

 

в такую фазу, когда нужно было наносить врагу непрерывные удары, чтобы добить его. Солдаты, вставшие в ряды революции, не могли возвратиться в казармы под команду прежних офицеров — это могло расстроить все дело вооруженного восстания. В листовке, распространявшейся по городу, говорилось: «Отступление невозможно! Или свобода, или смерть! Не расходитесь по казармам! Не оставляйте города! Добивайтесь присоединения к революции всех, кто еще стоит в стороне от борьбы!» С таким же призывом обращалась к солдатам другая листовка: «Солдаты! Народ, вся Россия благодарит Вас, восставших за правое дело свободы... Солдаты, некоторые из вас еще колеблются присоединиться к восставшим вашим и нашим товарищам... Солдаты, если вы отбились от своих частей, идите в Государственную думу — там вы найдете своих товарищей и с ними будете делить радость и горе» 2.

Теперь у восставших был свой центр — Совет рабочих депутатов. В обращении, написанном, видимо, 28 февраля, указывалось, что враг еще не побежден, — царизм собрал отряд солдат, чтобы подавить революцию. «Необходимо везде и всюду собраться в команды и кружки, в организации, дружно и крепко держаться друг за друга и быть готовыми везде к отпору врагу, чтобы закрепить нашу победу и не выпускать из рук того, что уже имеем; надо знать, что власть восставшего народа нужно укрепить изо всех сил могучей организацией. Товарищи, к делу! Все за работу, все вооружайтесь и ждите приказа Совета рабочих депутатов, с оружием в руках защитить все то, что мы такой тяжелой ценой завоевали. Лучше умереть за свободу, чем носить постыдное рабство Романовых. Да здравствует Великая Российская революция!» 3    

Над революционным Петроградом нависла серьезная угроза. Узнав о событиях в Петрограде, царь отнесся к ним не пассивно. Он не покорился безропотно судьбе и решил подавить революцию силой оружия. С этой целью против революционного Петрограда была направлена карательная экспедиция из фронтовых частей. Николай II нашел, что возглавить эту экспедицию должен генерал Н. И. Иванов, подавлявший в 1906 г. восстание в Кронштадте, командовавший в начале войны Юго-Западным фронтом, а ныне находившийся при Ставке Верховного главнокомандующего. Генерал Н. И. Иванов был назначен главнокомандующим Петроградским военным округом и наделялся чрезвычайными полномочиями для разгрома восстания. В его распоряжение выделялись батальон георгиевских кавалеров и фронтовые части. Сообщая об этом Беляеву, Алексеев просил военного министра

___

2    Центральный государственный музей революции СССР, ф. листовок, инв. № 3693/224. Подписи под этими листовками отсутствовали.

3    Там же, № 68/3.

 

срочно сформировать для Иванова новый штаб из чинов Главного управления Генерального штаба, главного штаба и штаба округа 4. Растерявшиеся помощники Хабалова, да и сам Хабалов, видимо, потеряли доверие Ставки.

Впоследствии Иванов и другие царские генералы пытались изобразить эту кровавую миссию как невинную прогулку. В апреле 1917 г. Н. Иванов писал А. Гучкову, будто он считал, что «умиротворение серьезно взволнованных народных масс не может быть достигнуто применением вооруженной силы», что предполагалось лишь ввести на некоторое время фронтовые части в Петроград «с целью облегчения службы запасных батальонов Петрограда по охране имеющих значение для обороны заводов и других учреждений и поддержанию порядка вообще». Эту версию поддерживала впоследствии и Чрезвычайная следственная комиссия Временного правительства. Член этой Комиссии пришел к заключению, будто никакими особыми полномочиями Иванов облечен не был: просто-напросто было решение восстановить порядок в столице, и некоторые части войск были направлены туда для усиления гарнизона, а георгиевский батальон предназначался для охраны Иванова. На самом деле это была карательная экспедиция, имевшая целью залить кровью революционный Петроград. Иванов был объявлен диктатором, ему должны были подчиниться все военные и гражданские власти страны, в том числе Совет министров. 27 февраля, еще до назначения Иванова, Николай II сообщал Александре Федоровне: «После вчерашних известий из города я видел много испуганных лиц. К счастью, Алексеев спокоен, но полагает, что необходимо назначить очень энергичного человека, чтобы заставить министров работать для разрешения вопросов: продовольственного, железнодорожного и т. д. Это, конечно, совершенно справедливо» 5.

После беседы с царем, состоявшейся в ночь на 28 февраля, генерал Иванов написал записку Алексееву, в которой передал следующее «повеление» царя: «Все министры должны исполнять все требования Главнокомандующего Петроградским военным округом генерал-адъютанта Иванова беспрекословно» 6. Алексеев передал это повеление Беляеву и поручил ему изыскать способы вручения царского приказа председателю Совета министров и другим министрам. К этому времени вручение царских повелений царским министрам превратилось в нелегкое дело. Чиновники петроградского телеграфа сообщали в Ставку, что они окружены со всех сторон мятежниками, свободного проезда по городу нет и потому доставить царскую депешу Голицыну невозможно; пришлось передать ее по телефону.

____

4    «Красный архив», 1927, № 2 (21), стр. И.

5    «Переписка Николая и Александры Романовых», т. V. М.—Л., 1927, стр. 224.

6    «Красный архив», 1927, № 2 (21), стр. 19.

 

Штаб Верховного главнокомандования приказал командованию Северного и Западного фронтов срочно направить в распоряжение нового командующего войсками Петроградского военного округа по два кавалерийских и два пехотных полка и одной пулеметной команде. Пехотные и кавалерийские части решено было усилить артиллерией. В дополнительной телеграмме обоим фронтам Ставка приказывала направить в карательную экспедицию Иванова по одной конной и одной пешей батарее. Ставка предлагала назначить во главе формируемых частей генералов и подчинить Иванову части Петроградского гарнизона, которые оставались верными царскому правительству. Генерал Алексеев указывал начальнику штаба Северного фронта генералу Данилову: «Нужно назначить прочных генералов, так как, по-видимому, генерал Хабалов растерялся, а в распоряжение генерала Иванова нужно дать надежных, распорядительных и смелых помощников. Войска нужно отправлять с ограниченным обозом и организовать подвоз хлеба и припасов распоряжением фронта, так как трудно сказать, что творится сейчас в Петрограде и возможно ли там обеспечить войска заботами местного гарнизона. Обстоятельства требуют скорого прибытия войск... Минута грозная и нужно сделать все для ускорения прибытия прочных войск. В этом заключается вопрос нашего дальнейшего будущего» 7.

Направляя фронтовые части на подавление революции, царские генералы взывали к их долгу перед царем и отечеством и указывали на необходимость довести до победного конца борьбу с внешним врагом. Командующий Западным фронтом генерал Эверт просил начальников дивизий передать воинским частям, командируемым в распоряжение генерала Иванова, его уверенность в том, что эти части, проникнутые непоколебимой верностью царю и преданностью родине, «с честью выполнят возложенное на них в трудную для государства минуту ответственное дело, твердо памятуя, что порядок внутри России, который они призваны государем восстановить, нужен для победы над нашим упорным врагом... Напутствуя назначенные на государево дело полки, прошу вас напомнить им, что залог успешного выполнения возложенной на них задачи лежит в строжайшем внутреннем порядке и полной дисциплине их самих» 8.

Кроме войск Северного и Западного фронтов, царская Ставка решила к подавлению революции привлечь и части более отдаленного Юго-Западного фронта. Днем 28 февраля Алексеев передал командованию этого фронта распоряжение царя: «Назначить в распоряжение генерала Иванова гвардейские полки: Преображенский, третий и четвертый стрелковые, отправя их, как только представится возможность по условиям железнодорожных перевозок».

____

7    Там же, стр. 10.

8    Там же, стр. 27.

 

Алексеев указывал, что «если обстоятельства потребуют дальнейшего усиления в Петрограде вооруженной силы, то придется отправить одну из гвардейских кавалерийских дивизий» 9. Кроме того, была предусмотрена отправка в распоряжение Иванова батальона Выборгской и двух батальонов кронштадтской крепостной артиллерии.

Царская Ставка надеялась, что в Петрограде имеются силы, на которые можно опереться в борьбе с народом, и совместными действиями фронтовых и петроградских частей рассчитывала подавить революцию. Но с каждым часом число солдат, остававшихся верными царизму, становилось все меньше и меньше. Революционные силы успешно ликвидировали последние очаги сопротивления в столице.

Как и накануне, утром 28 февраля, масса вооруженных рабочих и солдат явилась на Сампсониевский проспект к казармам самокатного батальона. Солдат-самокатчиков убеждали присоединиться к народу, но, напуганные офицерами, они по-прежнему отказывались сделать это. Упорство самокатчиков озлобляло подошедшую толпу. Слышались гневные голоса: «За царя стоите. Возьмем штурмом! В казармы! Перебьем всех!» Когда средства убеждения были исчерпаны, осаждавшие прибегли к крайней мере — натащили горючий материал и подожгли деревянные казармы самокатчиков, два барака запылали. По другим баракам открыли огонь подошедшие сюда броневики. Самокатный батальон сдался. Солдаты приносили повинную: «Братцы, простите, это все офицеры, мы против народа не пойдем».

Наиболее крупной вооруженной силой, стоявшей на защите самодержавия, являлся отряд, окопавшийся в Адмиралтействе. Сам по себе он не представлял серьезной опасности для революционных сил — отряд был уязвим со всех сторон и находился в Адмиралтействе, словно в мышеловке, но в случае прихода войск с фронта он мог быть использован для наступления на революционные силы. Командир измайловского запасного батальона, входившего в этот отряд, Б. Фомин предлагал, пользуясь ночным временем, увести войска из Адмиралтейства в Пулково. «К Петрограду войска движутся с фронта — во избежание раздельных с ним действий, в целях правильной информации их о положении в Петрограде и для объединения командования войсками — гораздо удобнее для командующего войсками быть не окруженным мятежниками, вне зоны восстания... Перейдя в Пулково, мы обеспечим на завтра довольствие отряда из местных средств, установим связь с Царскосельским гарнизоном и займем ближайшие к Петрограду станции по Балтийской, Варшавской и Виндаво-Рыбинской железным дорогам» 10.

____

9    «Красный архив», 1927, № 2 (21), стр. 24.

10    ЦГАОР СССР, ф. 6515, on. 1, д. 1, л. 37.

 

С точки зрения узковоенной этот план имел свои преимущества, но он не учитывал соотношения политических сил и настроений солдатской массы: и Царскосельский гарнизон, и фронтовые части были готовы перейти на сторону революции, а не защищать гибнущий царизм. Хабалов отклонил этот план, горделиво заявив, что его место, как командующего войсками округа, не в Пулково, а в Петрограде, что он не может увести войска из столицы, оставив на произвол судьбы царских министров. Но Хабалов был уже командующим без войск, а царские министры прятались по квартирам, опасаясь народного возмездия. Военные власти хотели собрать министров в Адмиралтейство; их искали, им звонили по телефонам, но обнаружить никого не удалось.

Около 1 часа в ночь на 28 февраля Беляев отдал приказ адмиралтейскому отряду перейти в Зимний дворец. Как и все другие действия растерявшихся царских властей, это распоряжение заключало в себе мало здравого смысла. Переход в Зимний дворец не улучшил положения защитников царизма. Правда, сам отряд Хабалова увеличился, пополнившись находившимися во дворце двумя ротами запасного батальона Петроградского полка, а также запасным Гвардейским кавалерийским полком, вызванным из Кречевицких казарм Новгорода, но это увеличение не могло оказать существенного влияния на соотношение сил. Перебравшись в Зимний дворец, царские власти хотели превратить его в крепость. На многих окнах были выставлены рамы и установлены пулеметы, один из них стоял у деревянной перегородки, отделявшей залы дворца от лазарета, где лежало свыше 500 раненых солдат. Но, как ни укрепляли открытый со всех сторон Зимний дворец, он представлял собой еще более уязвимый объект, чем Адмиралтейство.

В отряде последних защитников царизма порядка не было. Отдавались и отменялись приказы и распоряжения, назначались и отстранялись начальники, а улучшения не наступало. Запасный кавалерийский полк ушел из дворца обратно в Новгород. К утру 28 февраля снова изменилось местопребывание отряда: по указанию вел. кн. Михаила Александровича войска были выведены из Зимнего дворца. Они хотели направиться в Петропавловскую крепость, чтобы использовать ее для борьбы с революцией, но дорогу в крепость преграждали революционные части, стоявшие на Троицком мосту. Защитникам царизма пришлось вернуться в Адмиралтейство. Положение царских войск в Петрограде становилось безнадежным.

Сообщения военных властей Петрограда в Ставку теперь уже мало походили на успокоительные заверения предыдущих дней. Прежде Беляев и Хабалов докладывали за несколько дней сразу, теперь они делали свои сообщения чуть ли не каждый час. Прежде в своих телеграммах военные власти столицы сглаживали острые углы и успокаивали царя и его окружение, теперь они вынуждены были сообщать Ставке истинное положение вещей. В 8 пас. 21 мин. 28 февраля Хабалов докладывал Алексееву: «Число оставшихся верных долгу уменьшилось до 600 человек пехоты и до 500 всадников при 15 пулеметах, 12 орудиях с 80 патронами всего (так в документе. — Э. Б.). Положение до чрезвычайности трудное» п. В 11 час. 22 мин. Беляев докладывал: «Положение по-прежнему тревожное. Мятежники овладели во всех частях города важнейшими учреждениями. Войска, под влиянием утомления, а равно пропаганды бросают оружие и переходят на сторону мятежников или становятся нейтральными. Сейчас даже трудно указать, какое количество рот являются действительно надежными... Скорейшее прибытие войск крайне желательно, ибо до прибытия надежной вооруженной силы мятеж и беспорядки будут только увеличиваться» 12. В 12 час. 25 мин. Беляев сообщал в Ставку, что при создавшихся условиях министерство путей сообщения не может выполнять своих функций; повеление же царя о подчинении всех министров новому глвнокомандующему войсками округа Иванову передано только четырем министрам, с которыми есть связь по дворцовому телефону: «Городской телефон не действует и потому с остальными министрами, в том числе и председателем, сегодня связи не имею» 13.

О положении, создавшемся в это время в Петрограде, можно судить по ответам, которые давал Хабалов в И час. 30 мин. дня 28 февраля на вопросы, заданные ему генералом Ивановым перед его выездом из Могилева в Петроград на подавление революции. Вот текст этих вопросов и ответов: «1) Какие части в порядке и какие безобразят? — В моем распоряжении в здании главного Адмиралтейства четыре гвардейских роты, пять эскадронов и сотен, две батареи, прочие войска перешли на сторону революционеров или остаются по соглашению с ними нейтральными. Отдельные солдаты и шайки бродят по городу, стреляя в прохожих, обезоруживая офицеров. 2) Какие вокзалы охраняются? — Все вокзалы во власти революционеров, строго ими охраняются. 3) В каких частях города поддерживается порядок? — Весь город во власти революционеров, телефон не действует, связи с частями города нет. 4) Какие власти правят этими частями города? — Ответить не могу. 5) Все ли министерства правильно функционируют? — Министры арестованы революционерами. 6) Какие полицейские власти находятся в данное время в вашем распоряжении? — Не находятся вовсе. 7) Какие технические и хозяйственные учреждения военного

___

11    «Красный архив», 1927, JN® 2 (21), стр. 19,

12    Там же, стр. 20.

13    Там же, стр. 25,

 

ведомства ныне в вашем распоряжении? — Не имею. 8) Какое количество продовольствия в вашем распоряжении? — Продовольствия в моем распоряжении нет. 9) Много ли оружия, артиллерии и боевых припасов попало в руки бастующих? — Все артиллерийские учреждения во власти революционеров. 10) Какие военные власти и штабы в вашем распоряжении? — В моем распоряжении лично начальник штаба округа. С прочими окружными управлениями связи не имею» 14.

В вопросах Иванова и ответах Хабалова наглядно отразилась вся неосведомленность царской Ставки о положении в Петрограде. Иванов предполагал, что в Петрограде есть еще верные самодержавию части, которые охраняют вокзалы и держат в своих руках часть города, что некоторые министерства еще функционируют, что какие-то полицейские части, технические и хозяйственные учреждения, власти и штабы продолжают находиться в распоряжении главнокомандующего Петроградским военным округом. Ответы Хабалова рассеивали эти иллюзии: у столичных военных властей ничего не было, они потеряли все свои позиции, все свои опорные пункты. Характерна и разница в терминологии обоих царских генералов. Иванов говорил о бунтовщиках, которые «безобразят». Хабалов говорил о революционерах, которые держат в руках весь город и строго охраняют вокзалы. Народ успел за несколько дней восстания отучить командующего войсками петроградского военного округа от прежней терминологии.

Ответы Хабалова свидетельствовали о том, что положение защитников самодержавия в Петрограде безнадежное, что им уже не одолеть революцию рабочих и солдат. В тот самый час, когда передавались ответы Хабалова, сдался один из последних оплотов самодержавия — Петропавловская крепость. Эту крепость называли русской Бастилией. Она служила местом заключения революционеров нескольких поколений. К моменту второй русской революции мрачные казематы Петропавловской крепости почти совсем опустели; за год до нее здесь сидели 5 матросов, арестованных за участие в революционном движении, а накануне победы революции в ночь на 27 февраля в две камеры Трубецкого равелина были заключены 19 солдат — участники восстания запасного батальона Павловского гвардейского полка. Рабочие и солдаты намеревались взять Петропавловскую крепость штурмом, но затем выяснилась возможность добровольного перехода гарнизона крепости на сторону народа. Было примерно двенадцать часов дня 28 февраля, когда революционные отряды рабочих и солдат вошли в Петропавловскую крепость. Солдаты-павловцы были вынесены из Трубецкого равелина на руках под восторженные возгласы толпы.

____

14 Там же, стр. 20—21.

 

С падением Петропавловской крепости положение последнего отряда защитников самодержавия, окопавшегося в Адмиралтействе, еще более ухудшилось. Прилегающие к этому зданию улицы и Александровский сад были заполнены вооруженными рабочими и солдатами, готовыми к наступлению. Обещанная помощь с фронта не приходила. Дух «адмиралтейского отряда» падал; пехотинцы и артиллеристы выражали намерение покинуть отряд. В таких условиях вступать в борьбу с восставшим народом не представлялось возможным. Считая, что дальнейшее пребывание царских войск в Адмиралтействе бесполезно, командование предложило солдатам организованно вернуться в свои казармы. Солдаты не решились выйти из Адмиралтейства с оружием, ибо это могло вызвать столкновения; они вышли без винтовок, сложив их в одной из комнат здания.

В 13 час. 30 мин. 28 февраля Беляев доложил Ставке, что организованное сопротивление царских войск в столице прекратилось; их последний отряд капитулировал. «Около 12 часов дня 28 февраля остатки оставшихся еще верными частей, в числе 4 рот, 1 сотни, 2 батарей и пулеметной роты, по требованию морского министра были выведены из Адмиралтейства, чтобы не подвергать разгрому здание. Перевод этих войск в другое место не признан соответственным, ввиду неполной их надежности. Части разведены по казармам, причем во избежание отнятия оружия по пути следования, ружья и пулеметы, а также замки орудий сданы морскому министерству» 15.

Масса рабочих и солдат встретила войска, выходившие из Адмиралтейства, настороженно, но не враждебно. Когда выяснилось, что солдаты возвращаются в казармы и этим мирно и безболезненно ликвидируется последний очаг царизма, со всех сторон раздались громкие приветствия. Бойцы «адмиралтейского отряда» не просто покидали лагерь царизма: на передках их артиллерийских орудий (замки с которых остались в Адмиралтействе), рядом с солдатами, уселись рабочие, к хомутам лошадей прикрепили красные флажки. Солдаты последнего царского отряда переходили в лагерь революции. Напрасно царские власти утешали себя тем, что на фоне восстания всего гарнизона присоединение к революции 600—700 человек, находившихся в Адмиралтействе, не имело значения. Это присоединение завершило победоносное вооруженное восстание в Петрограде.

Ставка и после этого продолжала информировать фактически уже свергнутого военного министра, какие части и под чьим командованием направлены в Петроград и каковы перспективы дальнейшего формирования контрреволюционных сил.

В этот же день, 28 февраля, окончательно исчезли сомнения и колебания среди той части петроградского гарнизона, которая

___

15 «Красный архив», 1927, № 2 (21), стр. 27.

 

еще не решалась открыто перейти на сторону народа, для нейтральной позиции теперь уже не осталось никакой почвы. Успешные действия восставших рабочих и солдат и сам ход развернувшейся борьбы вовлекал в революционную борьбу всю солдатскую массу. К революции присоединялись все новые и новые части.

Еще накануне офицеры убеждали солдат запасного батальона Финляндского полка, охранявшего Васильевский остров, стойко стоять за веру и отечество и не нарушать присягу. Но уже тогда увещевания офицеров оказывали слабое воздействие на солдат, батальон глухо волновался. Не решаясь первыми пойти на открытое восстание, солдаты-финляндцы ждали удобного момента для выступления. Утром 28 февраля толпы народа подошли к казармам Финляндского полка. Солдаты отказались стрелять в толпу и стали присоединяться к восставшим. Солдаты, захватив находящееся в казармах оружие, начали выходить во двор, где сняли часовых у арсенала, цейхгауза и приказали выйти караулу из помещения; арестованных, содержавшихся на гауптвахте, выпустили. В арсенал открыли двери и забрали оттуда оружие и патроны.

Чувство огромной радости охватило рабочих и солдат. Все вместе они направились к зданию офицерского собрания, где засели офицеры, не желавшие сдаваться. Начался обстрел собрания. Часть засевших здесь офицеров сдалась, отдав оружие народу, другие офицеры переоделись в солдатские шинели и стушевались в массе, третьи — мелкими группами бежали на задний двор и, перелезая через забор, скрывались в закоулках домов. Финляндцы двинулись к другим частям 18.

В тот же день рабочие и солдаты подошли ко 2-му балтийскому флотскому экипажу. Экипаж был расположен в самом городе и его пытались использовать в борьбе с восстанием. Но отряд матросов, высланный в этих целях в район Крюкова канала и Благовещенской площади, повернул оружие против офицеров и присоединился к народу. До другой части матросов, запертой в казармах, донеслись голоса с улицы: «Матросы, присоединяйтесь к нам!», «Долой самодержавие!», «Да здравствуют революционные матросы!» Матросы схватили винтовки и патроны и стали поспешно выходить на улицу. Здесь они слились с массой рабочих и солдат и двинулись к Васильевскому острову, участвовали в уличных стычках и демонстрациях, объединяясь все с новыми группами восставших; поздно ночью матросы вернулись в экипаж и расправились с наиболее ненавистными командирами.

В те дни на ремонте у стенки Франко-русского завода стоял крейсер «Аврора». Еще днем 27 февраля в судовой карцер

____

18 «Правда», 10 марта 1917 г.

 

крейсера были заключены трое рабочих этого завода. Превращение корабля в тюрьму вызвало брожение среди матросов. Когда вечером того же дня за рабочими пришел караул и их вывели на верхнюю палубу, раздалось громкое «ура», матросы бросились к рабочим. Командир и старший офицер крейсера сделали по матросам несколько выстрелов, матрос Осипенко был смертельно ранен, остальные — рассеялись. Утром 28 февраля на берегу собрались рабочие, призывавшие команду «Авроры» присоединиться к народу. Часть рабочих проникла на корабль; между офицерами и матросами произошло столкновение, командир крейсера был убит, матросы объединились с рабочими. «Аврора» стала первым боевым кораблем, поднявшим знамя восстания в дни второй русской революции. Матросы крейсера избрали нового командира, организовали судовой комитет и послали своих депутатов в Петроградский Совет 16а.

Произошел перелом и в поведении казачьих частей, расположенных в столице. Казаки долгое время занимали позицию дружественного нейтралитета, не решаясь открыто перейти на сторону восставшего народа. Отдельные отряды казаков, направленные в город, без большого сопротивления сдавали оружие рабочим и солдатам. Как указывалось в акте командования запасной сотни сводно-казачьего полка, казаки этой сотни «были разъединены публикой на мелкие кучки в 3, 4 и 5 человек, вольная публика стала казаков обезоруживать, а по вооруженным конным казакам открывала стрельбу. Казаки, не имея больше возможности отстаивать права на ношение оружия и во избежание эксцессов с народом и ненужного кровопролития, вынуждены были таковое сдать» 17. У казаков этой сотни народ отобрал 69 винтовок и 75 шашек.

Чтобы предотвратить присоединение казаков к восставшим рабочим и сохранить их как боевые единицы к моменту прихода царских войск с фронта, была сделана попытка вывести 4-й Донской казачий полк в Новосаратовскую колонию близ Петрограда. 28 февраля в эту колонию было направлено две сотни казаков. Но остальные сотни волновались, требуя вернуть отосланных. Наконец казаки сами вернули уведенных и на другой день 4-й Донской казачий полк в полном составе направился к Таврическому дворцу, заявив о своем присоединении к революции 18.

В то время как период колебаний и сомнений в солдатской среде закончился, среди офицерского состава он только начинался. Основная масса офицерства и теперь была готова выподнять

____

16а «Балтийские моряки в подготовке и проведении Великой Октябрьской социалистической революции». Сборник документов. М., 1957, стр. 16.

17    ЦГВИА, ф. 10/л, д. 614, л. 557.

18    И. Ульянов. Казачество в первые дни революции. М., 1920, стр. 18—19.

 

присягу верности царизму, но понимала, что без солдат спасти царизм невозможно. Полная несостоятельность царских властей и безнадежность открытой борьбы с народом обнаружились со всей очевидностью. Офицеры искали выхода из создавшегося положения. Образование Временного комитета Государственной думы, его состав и первые мероприятия породили среди офицерства надежду на возможность отстоять господствующий строй другими методами. Эти новые настроения проявились, в частности, среди офицеров запасного батальона Преображенского полка. В ночь на 28 февраля собрание офицеров этого батальона со своим командиром князем Аргутинским-Долгоруковым постановило признать власть Временного комитета Государственной думы и помочь ему восстановить порядок и спокойствие в столице. Но обещанная помощь последовала не сразу. Той же ночью Военная комиссия предложила командованию батальона арестовать царских министров, находившихся, по ее сведениям, недалеко от штаба батальона в Адмиралтействе. Командование батальоном уклонилось от выполнения этого задания, отговариваясь тем, что Совет министров охраняют крупные силы пехоты и артиллерии, с которыми преображенцы справиться не могут. Но днем 28 февраля, когда положение в столице окончательно определилось, командование и офицерский состав Преображенского батальона окончательно порвали с царскими властями.

28 февраля лишь небольшая часть офицеров заявила о своем присоединении к народу. Большинство еще отсиживалось в казармах, офицерских собраниях и на частных квартирах. Решившись взять власть в свои руки, буржуазия стремилась прежде всего привлечь на свою сторону командный состав гарнизона. В воззвании к офицерам думский Комитет призывал их «поторопиться примкнуть к общему движению, дабы не остаться за бортом, вне своих воинских частей... Если офицерский состав хочет принять участие в общенациональной борьбе за освобождение России и в доведении войны до счастливого конца, ему не следует оставлять солдатские массы без начальников. Делегации от офицерских групп будут получать необходимые сведения и указания в стенах Таврического дворца» 19.

Временный комитет Государственной думы и Военная комиссия издали приказ, который предлагал офицерам столичного гарнизона, а также офицерам, находившимся в Петрограде в отпусках и командировках, не имевших поручений Военной комиссии, явиться 1 и 2 марта в помещение Собрания армии и флота «для получения удостоверений на повсеместный пропуск и точной регистрации, для получения поручений Комиссии по организации солдат, примкнувших к представителям народа,

____

19 ЦГАОР СССР, ф. 3348, on. 1, д. 169, л. 12.

 

для охраны столицы. Промедление явки гг. офицеров к своим частям неизбежно подорвет престиж офицерского звания... Настоятельно необходимо проявить все усилия для организации воинских частей. Только в этом сила нашей армии и залог окончательного торжества... Не теряйте ни минуты драгоценного времени» 20.

С 28 февраля сторонники царизма в Петрограде ждали войска с фронта, чтобы с их помощью подавить революцию. 28 февраля в столицу прибыли воинские части, но прибыли они совсем с другой целью. Они пришли из Ораниенбаума, Стрельны и других окрестностей Петрограда, чтобы помочь питерским рабочим и солдатам упрочить победу революции и добить царизм. В Ораниенбауме стоял тогда 1-й запасный пулеметный полк, в Стрельне — 2-й, в обоих полках насчитывалось до 36 тыс. солдат; часть пулеметных рот была уже готова к отправке на фронт, но отправка задержалась. В Ораниенбауме находилась также школа оружейных мастеров и ряд других технических частей, состоявших преимущественно из рабочих. Близость к рабочему Петрограду способствовала революционизированию Ораниенбаумского гарнизона. Царские власти стремились изолировать его от событий, происходивших в столице: увольнения солдат в Петроград были запрещены, солдат не выпускали за ворота казарм.

Несмотря на все рогатки, весть о революции в столице разнеслась среди солдат Ораниенбаума, и они решили поддержать своих петербургских товарищей. Вечером 27 февраля в Ораниенбауме раздался клич: «К оружию! Выходите во двор!» Солдаты технических частей, школы оружейных мастеров, 1-го пулеметного полка горячо откликнулись на призыв, сопротивление немногих унтер-офицеров было сломлено, и солдаты вышли на улицу. Солдат Скородумов рассказывает: «Определенного плана действий еще не было, так как все произошло стихийно, без организации, под влиянием петербургских событий и общей ненависти к самодержавию. Затем восставшие солдаты собрались все около казарм пулеметного полка, где было принято решение идти на помощь петербургским полкам и рабочим» 21.

Оружия было сначала немного — несколько ружей и учебные пулеметы. Чтобы вооружиться, солдаты захватили оружейные склады, забирали винтовки, пулеметы, патроны. Офицеры пытались остановить солдат, призывая соблюдать дисциплину, угрожая расправой. Под влиянием офицеров часть солдат попряталась в казармах. Но большинство дружно выступило на улицу; пошли к вокзалу, чтобы направиться в Петроград. Офицеры пытались сорвать помощь революционной столице: солдатскую

____

20    ЦГАОР СССР, ф. печатных изданий, инв. № 2117.

21    «Правда», 7 марта 1917 г.

 

массу, шедшую к вокзалу, обстреляли из пулеметов. Завязался бой. Разгромив офицеров, солдаты захватили пригородный поезд, но распространился слух, что офицеры устроили засаду и подготовили крушение поезда. Тогда решили идти в Петроград пешком, походным порядком.

Был уже первый час ночи, когда солдатская масса двинулась в путь, офицеров с ней почти не было. Проходили через Мартышкино, Стрельну, Сергеев, Лигово. В Петергофе солдаты подошли к школе прапорщиков и юнкерскому училищу. Командование приказало запереть двери и никого не пропускать. Но под ударами тяжелых прикладов рушились двери. Солдаты ворвались в здание. Часть юнкеров оказала сопротивление, другие призывали не стрелять, заявляя о присоединении к солдатам, Раздались возгласы: «Да здравствует свобода!». Солдатская масса двинулась дальше к Петрограду.

Участник событий большевик С. Петриковский отмечает, что толпа росла, как лавина. «Наши старания организовать людей и принять команду были мало эффективными»22. Несмотря на неорганизованность, движение имело ясную цель. К солдатам присоединились расположенные по дороге части. Солдаты разбивали ружейные склады, захватывали винтовки и пулеметы, забирали хлеб и фураж. «Это была величественная картина, — вспоминает солдат И. Булат, — никакого строя здесь не было. Здесь были пулеметные части, и батареи, и конница, и пехота, и другие части. В общем двигалась вооруженная толпа солдат, движимая ненавистью к войне и царизму. Эта толпа растянулась длинной лентой на огромном протяжении»23.

Утром 28 февраля солдаты петроградских пригородов подошли к Нарвской заставе. Не зная, на чьей стороне солдаты, рабочие-путиловцы встретили их настороженно. Но вот из толпы солдат раздались крики: «Рабочие, мы с вами! Долой царя!» Это вызвало огромный энтузиазм путиловцев: «Солдаты с нами! Да здравствует революция!» — неслось со всех сторон. Рабочие выносили солдатам хлеб, пищу, папиросы, теплую одежду. Скрытый пулемет открыл стрельбу по рабочим и солдатам. Солдаты открыли ответный огонь и, подавив пулеметную точку, направились к центру города. Приход в столицу солдат Ораниенбаума, Стрельны и других окрестных гарнизонов сыграл большую роль в победе революции. Явившись в Петроград на другой день после начала восстания питерских солдат, они приняли активное участие в борьбе с жандармами и полицейскими, в уничтожении вражеских пулеметных гнезд, охране мостов и предприятий, несении караульной службы. Эти войска поддержали революционный Питер в решающий момент борьбы, укрепили силы восставших рабочих и солдат и помогли им добить царизм.

____

22    Личный фонд С. Петриковского. Воспоминания о Февральской революции, стр. 4.

23    ЦПА, ф. 124, on. 1, д. 273, л. 5.

 

Примеру ораниенбаумцев последовали солдаты Царского Села, где пребывала семья Николая II и другие члены императорской фамилии. Во времена Парижской Коммуны Тьер превратил королевскую резиденцию — Версаль — в оплот контрреволюции и, действуя оттуда, потопил в крови восстание французского народа. В дни второй русской революции реакция не могла превратить в свой оплот Царское Село, хотя, казалось, что там были сосредоточены наиболее верные царизму части. Как отмечает командир одной из частей, «бунтарский дух» проник и в царскосельский гарнизон: «и здесь горючего материала для революционного пожара было больше чем достаточно». 28 февраля командиры царскосельских частей обратились к дяде царя, престарелому великому князю Павлу Александровичу, с просьбой дать указания на случай возникновения беспорядков. Успокаивая встревоженных командиров, Павел Александрович заявил, что завтра в Царское Село возвратится Николай II: «Я уверен, что он даст желаемое ответственное министерство, лишь бы не было слишком поздно. В Царском Селе наследник и императрица и наш долг их охранять» 24.

Но солдаты не хотели ждать, пока приедет царь и «дарует» ответственное министерство. Солдаты запасного батальона 1-го стрелкового полка, сводного полка, царского конвоя и других частей царскосельского гарнизона по зову питерских солдат восстали против царизма. За 10 дней до революции в район Царского Села был переброшен с фронта гвардейский флотский экипаж, чтобы усилить охрану царской семьи. Когда началась революция, подрывная команда экипажа получила приказ взорвать шоссейную дорогу, чтобы преградить путь революционным частям, в случае если они двинутся из столицы в Царское Село. Матросы отказались выполнить этот приказ и решили идти по этой дороге в Петроград, чтобы присоединиться к восставшей столице. Угрозы и увещевания офицеров не помогли. Две тысячи матросов в полном боевом снаряжении с оружием в руках выступили по направлению к Петрограду. Охваченные могучим революционным порывом, они почти без остановки прошли 20-километровый путь. Участник этого похода Ф. Сорокин писал: «С восходом солнца впереди ярко обрисовывался Петроград. .. Вот и Путиловский завод. Там огромные толпы народа. .. Все свободное пространство заполнено человеческой массой. Когда батальон стал подходить к заводу, то вдруг воздух огласился раскатистым мощным восторженным „Ура!“ И в воздухе замелькали шапки, шляпы, кепи и беленькие платочки.

____

24 ЦГИА СССР, ф. 2856, on. 1, д. 84, л. 15.

 

Это многотысячная рабочая масса приветствовала матросов гвардейского экипажа, идущих на присоединение к ним»25.

28 февраля почти весь Петроградский гарнизон перешел в лагерь революции. По данным Военной комиссии, число восставших солдат к вечеру этого дня достигло 127 тыс.26 Начались торжественные шествия воинских частей к Таврическому дворцу. Если накануне солдаты шли ко дворцу беспорядочными толпами, смешавшись с гражданским населением, то теперь шествовали организованно, четким строем, нередко под музыку военных оркестров. Если накануне офицеров с солдатами не было, то теперь часть офицеров присоединилась к солдатам и командовала войсками. Из мятежников солдаты превратились в организованных манифестантов, бурные схватки сменились парадным шествием. С Литейного проспекта по Кирочной, Фур-шадской, Захарьевской и Таврической улицам, по Суворовскому проспекту густыми колоннами солдаты шли к Таврическому дворцу, с красными флагами, с красными бантами на груди... Громадные толпы народа заполнили тротуары и приветствовали каждую новую воинскую часть.

Войска подходили к подъезду Таврического дворца или проходили внутрь здания и выстраивались вдоль стен огромного Екатерининского зала. Перед ними выступали депутаты Государственной думы и Совета рабочих депутатов. Произносилась четкая воинская команда, раздавались приветствия, играла музыка, крики «ура» сотрясали воздух. В числе других явился к Таврическому дворцу Гвардейский флотский экипаж, во главе которого стоял двоюродный брат царя вел. кн. Кирилл Владимирович. Это был первый член царской семьи, нарушивший присягу царю и заявивший думским деятелям, что он и вверенный ему экипаж переходят на сторону Государственной думы. Весть об этом получила широкое распространение и оказала известное влияние на дальнейшее поведение офицеров 27.

____

25    Ф. Сорокин. Гвардейский экипаж в февральские дни 1917 г., М., 1932, стр. 47—48.

26    «Большевизация Петроградского гарнизона в 1917 г.». Л., 1932, стр. IV.

27    Это не помешало впоследствии Кириллу Владимировичу самому претендовать на русский престол. Родзянко утверждал, что он содрогнулся, узнав о приходе в Таврический дворец с красным бантом на груди члена императорского дома, что он выразил Кириллу удивление по поводу такого нарушения присяги и просил его удалиться и увести с собой гвардейский флотский экипаж. Однако эти заявления бывший председатель Государственной думы придумал задним числом. На самом деле Родзянко выразил тогда великому князю благодарность за присоединение к революции и признание власти Временного комитета, ибо это как бы оправдывало поведение самого Родзянко, тоже нарушившего присягу царю. («Известия Комитета петроградских журналистов», 1 марта 1917 г.).

 

К восставшему питерскому пролетариату присоединились в этот день рабочие окрестностей. Старый рабочий-большевик, боевик 1905 года, побывавший в тюрьме и в ссылке Н. А. Емельянов принес весть о петроградских событиях в Сестрорецк. 28 февраля рабочие Сестрорецкого оружейного завода бросили работу и собрались на митинг. Большевик В. Творогов говорил, что власть должна принадлежать рабочим. Большевик В. И. Зоф предложил создать Революционный комитет для управления заводом и городом. Рабочие избрали членов Комитета и двух депутатов (В. Зофа и Н. Емельянова) в Петроградский Совет. Направившись к арсеналу, рабочие Сестрорецка захватили там 15 тыс. винтовок и другое оружие, вооружились сами и снабдили винтовками, револьверами и патронами питерских товарищей. Они создали милицию и продовольственную комиссию, сместили старого и назначили нового начальника завода, арестовали жандармского полковника и других представителей царской власти. Сестрорецкие рабочие установили рабочий контроль над железнодорожным сообщением и действиями железнодорожной администрации и заняли важные подступы к Петрограду. Все это явилось существенной помощью развернувшейся революции.

Узнав о революции в Петрограде, забастовали рабочие Шлиссельбургского порохового завода. Пять тысяч рабочих собрались на митинг, а затем, перейдя Неву, со знаменами и лозунгами двинулись в город. Присоединив к себе рабочих мануфактурной фабрики и проведя новый еще более многолюдный митинг, они направились к Шлиссельбургской крепости. Два столетия служила она тюрьмой для борцов за свободу. В ее стенах сидели декабристы, народники, рабочие-революционеры. Теперь восставший народ пришел освободить последних шлиссельбургских каторжан. Делегация рабочих вступила в переговоры с тюремной администрацией. 28 февраля 64 политических заключенных вышли на волю. На другой день были освобождены остальные каторжане 28. Власть в Шлиссельбурге и уезде перешла в руки Революционного комитета.

С 28 февраля Петроград полностью перешел в руки освободившегося народа. С отчаянием обреченных боролись против народа защитники самодержавия. Они широко использовали пулеметы. Переодетые в штатское платье офицеры и городовые вели огонь по мирным жителям, внося дезорганизацию и панику в население. Многие пулеметы были установлены на колокольнях церквей 29.

____

28    Н. Саратов. Февраль в Шлиссельбургском пороховом заводе,— «Пролетарская революция», 1923, № 1 (13).

29    В делах Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства сохранилось несколько списков церквей, колоколен и домов, в которых в период с 27 февраля по 2 марта были обнаружены пулеметы, пулеметные ленты и люди при них. В одном из них значится 54 пункта, в другом — 79. Только на одном Исаакиевском соборе было установлено 11 пулеметов. Пулеметы находились на зданиях Мариинского театра, Аничкова дворца, Путиловского завода, Троицкого собора и пр.

 

Это было сделано но распоряжению Протопопова. Пулеметы называли протопоповскими, а про него самого говорили

Был настолько богомолен, —

Кто порыв его поймет, —

Что на крыше колоколен Ставил даже пулемет.

Но и пулеметы не спасли самодержавия. Сопротивление царизма на улицах Петрограда походило теперь на вспышки догорающего огня. 28 февраля массы народа залили улицы столицы, сметая еще оставшиеся царские гнезда. Продолжался начавшийся накануне разгром полицейских участков. В числе других толпа народа громила участок, расположенный на Заго-роднем проспекте. В разбитые окна вышвыривали на улицу бумаги. Горело два огромных костра, вместе с бумагами в костры летели царские портреты. Подъехала пожарная машина, пришел патруль — тушить надо. «Никак невозможно, — с глубоким убеждением говорил мужчина. — Фараоновы бумаги жгем. Опять же царские портреты. Никак невозможно!» — И пламя продолжало полыхать 30.

В тот день, 28 февраля, народ стал уничтожать внешние атрибуты царского самодержавия. Люди взбирались на фасады зданий, к вывескам аптек и магазинов — поставщиков свергнутого императорского дома — и срывали с них гербы с двуглавым орлом и вензели членов царской фамилии. Под радостные крики толпы рушились наземь эти эмблемы ненавистного старого режима. У Аничкова моста в Фонтанку под восторженный гул народа было сброшено несколько двуглавых орлов.

Борьба продолжалась. На углу Сергиевской улицы Литейный проспект был перегорожен баррикадой; дула двух орудий, установленных на ней, были направлены к Невскому проспекту. Баррикада была сооружена на случай обороны от царских войск, ожидаемых со стороны вокзалов, и напоминала о том, что опасность для революции еще не устранена. Но она так и не была использована и все больше заносилась снегом.

Революция преобразила весь облик города. Петроград окрасился в красный цвет. На фасадах домов висели красные флаги, на штыках солдатских и рабочих винтовок и шашках казаков были прикреплены куски красной материи, на груди военных и штатских красовались красные банты, пуговицы шинелей и кокарды были обтянуты красными лоскутами. Тротуары были заполнены возбужденными толпами народа. По городу разъезжали грузовые и легковые автомобили с вооруженными людьми

____

30 Д. Добронравов. Революция. — «Современный мир», 1928, № 4.

 

и красными флагами, радостно встречаемые толпой. «Очевидно, — пишет свидетель этих дней, — это была первая в истории революция на автомобилях. Как ощетинившиеся огромные ежи, одаренные по воле какой-то сверхъестественной силы способностью молниеносного передвижения, фыркая, визжа и сопя пролетали один за другим, обгоняя друг друга или разъезжаясь при встречах, большие и малые машины с людьми, вооруженными с ног до головы» 31.

С капитуляцией основных сил самодержавия сопротивление врага приняло иную форму; оно разбилось на множество отдельных точек, разбросанных по всему городу. В связи с этим рассредоточилась и борьба народа. Ликвидация отдельных вражеских гнезд стала отныне главной военной задачей революции, без разрешения которой победа народа не могла быть прочной и окончательной. В решении этой задачи особенно важное значение имела инициатива и самодеятельность самих масс. В распространявшейся по городу листовке давались советы восставшим рабочим и солдатам: «На крышах домов и в отдельных квартирах засели остатки полиции, черносотенцев и других негодяев. Старайтесь везде снимать их немедленно пулей или правильной атакой. Солдаты, везде поддерживайте порядок... В опасных местах не забывайте посылать разведчиков, держите между постами связь и охранение... Не позволяйте хулиганам обижать мирных граждан, не давайте разбивать магазины или грабить квартиры— это вредит делу свободы»32. Рабочие, солдаты, учащиеся по своему почину врывались на чердаки домов и колоколен, штурмовали засады полицейских и жандармов, захватывали их пулеметы и винтовки, расправлялись с врагом, стрелявшим в народ из-за угла.

Действия многочисленных наспех сколоченных и слабо связанных между собой революционных отрядов на территории огромного города нашли слабое отражение в документах. Мы можем составить лишь частичное представление о них на основе сообщений, поступивших 28 февраля—1 марта в Военную комиссию Государственной думы. В этих сообщениях указывалось, из каких домов ведется пулеметная стрельба, говорилось, что между Народным домом и Петропавловской крепостью действуют правительственные броневики, что в Коломенском районе «городовые забираются на чердаки домов, вооружены пулеметами, производят выстрелы по собраниям групп народа, наводят панику на солдат»33; что полиция устроила засаду за Московской заставой. Военную комиссию просили выслать вооруженные отряды

____

31    В. Булгаков. Революция на автомобилях. — «На чужой стороне», 1924, № 2, стр. 10.

32    Государственный музей Великой Октябрьской социалистической революции (Ленинград), ф. листовок, инв. № 816.

33    «Красный архив», 1930, № 41—42, стр. 73.

 

ддя охраны вокзалов, предприятий, учреждений. Санитары лазарета, находившегося в Зимнем дворце, просили «прислать туда отряд войск, чтобы арестовать скрывающихся там лиц, прекратить стрельбу с крыш из пулеметов и. охранять дворец. Дворец сейчас ни в чьей власти. Часовые сняты, но внутри еще сторонники царского правительства». Караул запасного батальона Кегсгольмского полка, охранявший здание Сената, просил дать указание, что делать и чьим распоряжениям подчиняться, считая, «что оставить на произвол судьбы здание Сената было бы преступлением ввиду громадной важности находящихся там документов» 34. В Военную комиссию поступили требования о высылке солдат для охраны Петроградского патронного склада, Охтенского порохового завода, завода взрывчатых веществ и других предприятий. Начальник Главного артиллерийского управления генерал А. Маниковский просил Военную комиссию сделать распоряжение о допуске его в здание Управления и предлагал обратиться к рабочим с призывом встать на работу и организовать охрану заводов. «Я бессилен что-либо сделать сам. Помогите, пожалуйста», — писал Маниковский.

Члены Военной комиссии отдавали многочисленные распоряжения по водворению порядка в тех или иных районах города, занятию правительственных учреждений, отправке оружия, охране предприятий и т. д. Эти распоряжения подписывались обычно Энгельгардтом, Филипповским, Пальчинским, Масловским (Мстиславским), Потаповым, иногда Тумановым, Чико-лини, Димитриевым и другими членами или сотрудниками Военной комиссии. Военная комиссия предписывала встретить воинские части, прибывавшие на Балтийский вокзал, занять водопроводную станцию на Шпалерной улице, доставить с Патронного завода 20 тыс. патронов, отправить бронированные автомобили на Николаевский вокзал и т. д. Воинским частям предлагалось занять и охранять центральную телефонную станцию, Государственный банк, Царскосельский вокзал, электрическую станцию Бельгийского общества, сберегательную кассу, главное здание телеграфа, Николаевский вокзал, Эрмитаж, музей Александра III, склад огнестрельных припасов и т. п. Прапорщику Любавскому было приказано «принять командование над юнкерами Николаевского инженерного училища», штабс-капитану Мягкову — «принять командование Волынским полком», прапорщику Андрусову — «вступить в командование своими людьми Павловского полка», прапорщику С. Иванову — «отправиться на Петроградскую сторону для поддержания порядка на улицах», полковнику Цемирову — «принять меры к поддержанию порядка в своем 3-м железнодорожном рабочем батальоне» и т. п. Было подписано приказание «вольноопределяющемуся Таирову Дмитрию

____

34 Там же, стр. 67.

 

и рядовому Маяковскому Владимиру произвести выборы представителей в военно-автомобильной школе, организовать ремонт машин» 35.

Впоследствии, подводя итоги своей работы, Военная комиссия писала, что она выполняла в эти дни роль штаба революции. «Серьезность момента, противодействие сторонников деспотизма, отсутствие планомерности, неожиданность и техническая сложность событий, опасение за успех революции требовали власти и руководящего начала. Временный комитет дал власть Военной комиссии, которая дружной энергичной работой в согласии с Исполнительным комитетом Совета рабочих и солдатских депутатов довела дело переворота до победного конца»36. Но роль Военной комиссии не была столь релика, как сказано в этом документе; в подавляющем большинстве случаев массы действовали по собственной инициативе, не дожидаясь распоряжений сверху. Предписания Военной комиссии исполнялись далеко не всегда, причем иногда их неисполнение было вызвано недоверием к самой Военной комиссии, тогда требовали, чтобы ее предписания были подтверждены Советом рабочих депутатов или левыми депутатами Думы.

С. Мстиславский рассказывал: «Люди приходят, уходят, сменяются. Требуют нарядов, приказов. И я пишу их, листок за листком, все на тех же думских бланках. И чудится, словно в крутящийся вихрь какой-то выбрасываю я эти жалкие, никчемными знаками исчерченные, ничего не меняющие, бессильные лепестки. Те, кто получают приказы, не выполняют их; те, что действуют, действуют без приказа»37. Распоряжения Военной комиссии нередко опаздывали, то или иное учреждение оказывалось занятым восставшими без всякого предписания. Многих командиров и начальников, назначенных Военной комиссией, солдаты не признавали. Важные объекты охранялись рабочими и солдатами по собственному почину. Военной комиссии приходилось задним числом оформлять то, что было уже сделано восставшим народом. И все-таки ее деятельность имела положительное значение. Она вносила известное организованное начало в действия народных масс.

В эти дни в Петрограде появилась угроза стихийных анархических выступлений и эксцессов. Грабители, уголовные преступники, выпущенные из тюрем, хулиганы и тому подобные элементы пытались грабить магазины и квартиры и захватывать винные склады. Агенты царизма нередко провоцировали такие эксцессы, чтобы в погромах и грабежах утопить революцию. Но эта вражеская провокация пресекалась самим народом. В некоторых

____

35    «Красный архив», 1930, № 4—5, стр. 32. ЦГАОР СССР, ф. 3348, on. 1, д. 168, лл. 10—14, 20, 31, 32.

36    ЦГИА СССР, ф. 1278, оп. 10, д. 19, л. 3.

37 С. Мстиславский. Пять дней. М., 1922, стр. 20.

 

случаях сведения о грабежах и других эксцессах оказывались преувеличенными, а иногда даже ложными; они нередко сознательно распространялись сторонниками старого порядка, чтобы вызвать замешательство в лагере восставших и дискредитировать дело революции.

В борьбе против нарушителей революционного порядка решающую роль играли рабочие. Это вынуждены были признать и представители буржуазного лагеря. В письме, поступившем 2 марта в Петроградскую городскую думу, говорилось: «Строго выдержанным и организованным выступлением рабочих масс не только общественные учреждения, заводы и т. п., но и вся столица были ограждены от поползновения черни воспользоваться удобным случаем для грабежа и других эксцессов и что всякие попытки в этом направлении были немедленно и настойчиво подавлены вооруженной силой» 38.

Свержение царизма со всей остротой выдвинуло вопрос о власти. От решения этого вопроса зависел ход дальнейшей борьбы и результаты самой революции.

Какая же борьба развернулась вокруг вопроса о власти на другой день после решающего сражения с царизмом?

 

СОВЕТ РАБОЧИХ ДЕПУТАТОВ И ВРЕМЕННЫЙ КОМИТЕТ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ДУМЫ

К 28 февраля в Петрограде оформилось два политических центра — Совет рабочих депутатов и Временный комитет Государственной думы. Оба центра размещались в одном и том же здании Таврического дворца. Думе пришлось основательно потесниться. Все залы, коридоры и комнаты дворца были заняты вооруженными рабочими и солдатами. Около дворца раскинулся вооруженный лагерь: здесь стояли грузовые автомобили, мотоциклеты, лежали мешки с песком, располагались воинские части. В залы и комнаты дворца с его ослепительно белыми стенами и колоннами, блестящим паркетом ворвалась народная революция. «Внезапный хаос пересоздания, — отмечал Мих. Кольцов, — взмыл старинный дом, расширил, увеличил, сделал его громадным, как при родах, вместил в него революцию, всю Россию. Екатерининский зал стал казармой, военным плацем, митинговой аудиторией, больницей, спальней, театром, колыбелью новой страны. Под ногами хрустит алебастр, отколотый от стен, валяются пулеметные ленты, бумажки, листики, тряпки. Тысячи ног месят этот мусор, передвигаясь в путаной, радостно,й, никому не ясной суете»39. Е. Зозуля писал, что ТавричесААй дворец напоминал в эти дни зал третьего класса провинциальной узловой станции во время посадки войск.

____

38    Ленинградский областной архив, ф. 680, on. 1, лл. 8, 10.

39    М. Кольцов. Февральский март. М., 1927, стр. 6.

 

«Пахло кожей, солдатским сукном, хлебом. Всюду вдоль стен спали вповалку солдаты. А по коридорам, по лестницам сновали тысячи других солдат, матросов, штатских, вооруженных винтовками студентов, офицеров» 40.

В занятом народом Таврическом дворце нашлось место и главарям свергнутого царского режима. С вечера 27 февраля отряды рабочих и солдат стали арестовывать царских сановников, министров, генералов. Их приводили в Таврический дворец и помещали в министерский павильон. Недавние властители России шли сквозь строй толпы, понурив головы, многие дрожали, глаза их бегали по сторонам; они опасались народной расправы. Но солдаты добросовестно охраняли арестованных, в здании дворца не было ни одного случая самосуда.

В числе первых привели во дворец председателя Государственного Совета И. Щегловитова; ненавистного реакционера конвоировали студенты. Подошел Родзянко: «Иван Григорьевич, — обратился он к Щегловитову, — пожалуйста — в мой кабинет». Но студенты не отходили от Щегловитова, толпа волновалась. Явился Керенский. «Медленно, подчеркивая шипящие звуки, он произнес: «Щегловитов — пленник народа. С ним будет поступ-лено по закону». И обращаясь к студентам, сказал: «Отведите его в министерский павильон». Родзянко потупил голову, помолчал и отошел» 41. В министерский павильон доставили бывшего военного министра Сухомлинова. Толпа требовала его выдачи. Но расправу над ненавистным царским министром удалось предотвратить. В числе других арестованных во дворец был доставлен митрополит Питирим, известный своими связями с Распутиным. Он написал заявление о том, что высокое положение в церковной иерархии его всегда тяготило и теперь он желает уйти на покой; Питириму разрешили возвратиться в Александро-Невскую лавру.

Арестованных сановников поместили в министерском павильоне дворца. Заведование павильоном взял на себя А. Керенский. Он сам написал удостоверение на бланке председателя Государственной думы, в котором говорилось: «Временный комитет поручает члену Государственной думы Керенскому заведование павильоном министров, где находятся особо важные арестованные лица» 42. Это удостоверение подписал Родзянко. Министерский павильон Думы представлял в эти дни любопытное зрелище. «Вид заключенных и помещения, — писал журналист Хаганский, — вначале производит впечатление торжественного заседания блестящего генералитета. Ослепительные генеральские погоны, знаки отличия и значительное «количество лысин...

____

40    Е. Зозуля. Пять дней. — «Революция в Петрограде». Пг., 1917, стр. 68.

41    «Вечерняя Москва», 14 марта 1917 г.

42    ЦГАОР СССР, ф. 3348, on. 1, д. 185, л. 15.

 

На большом канцелярском столе, покрытом белой скатертью, лежат груды книг... тут же на столе пустые стаканы и остатки ужина заключенных. В комнате — гробовая тишина, так как узникам строжайше запрещено переговариваться между собой»43. Вскоре режим для арестованных царских сановников был облегчен. Арестованным разрешили читать, разговаривать между собой при условии не касаться политических вопросов. Через несколько дней царских министров и других высокопоставленных лиц перевели в Петропавловскую крепость.

В Таврический дворец доставляли не только крупных деятелей старого режима, но и мелких его служителей — офицеров, жандармов, городовых. Многие из них являлись сами и, боясь расправы толпы, просили их арестовать. Переодетые в штатское платье, дрожащие за свою жизнь жандармы и городовые выстраивались в очередь, дожидаясь пока их возьмут под охрану революционных солдат. Число арестованных увеличивалось и размещать их во дворце становилось все труднее. Для содержания арестованных были отведены хоры зала заседания, буфетные и другие комнаты дворца.

Массовые аресты представителей царского режима вовсе не входили в намерения Думского комитета, и Комитет официально отмежевывался от них. В № 3 «Известий петроградских журналистов» от 28 февраля 1917 г. было напечатано: «Временный комитет Государственной думы заявляет, что до сего времени по его распоряжению никаких арестов не производилось и впредь аресты будут производиться не иначе, чем по особому в каждом случае распоряжению Комитета».

Но отдавать распоряжение по каждому отдельному случаю было невозможно. Думскому комитету пришлось издать общее указание о том, кто подлежит аресту. В приказе от 1 марта, подписанном членом Государственной думы М. Карауловым, указывалось, что немедленному аресту подлежат лица, нарушающие порядок и тишину, пьяные, поджигатели, стреляющие в воздух и т. д., чины наружной п тайной полиции и корпуса жандармов, а также лица, производившие обыски и аресты, не имея на то особых полномочий. Приказ Караулова предусматривал «задержание» царских сановников и генералов. Арестованных предлагалось направлять в комендантское управление или в градоначальство, военную тюрьму и т. п., а задержанных сановников и генералов препровождать в Таврический дворец 44. На другой день появилось дополнение к приказу, в котором указывалось, что чины корпуса жандармов аресту не подлежат.

Так была сделана попытка ограничить и регламентировать аресты и обыски и оградить царских служителей от действий

____

43    Г. П. (Г. Перетц). В цитадели русской революции. Пг., 1917, стр. 62.

44    «Известия Комитета петроградских журналистов», 1917, № 4.

 

вооруженных отрядов рабочих и солдат. Но у Временного комитета Думы не было сил и средств добиться осуществления этих распоряжений* Отряды вооруженных рабочих и солдат не следовали указаниям думского Комитета, не ждали его распоряжений, а производили аресты и обыски, руководствуясь своим революционным правосознанием. Они действовали с необходимой быстротой и решительностью, дабы до конца разрушить ненавистный царский режим и обезвредить его сторонников. Руководители думского Комитета сетовали на то, что их распоряжения по вопросу об арестах и обысках не выполняются. М. Родзянко писал: «Авторитет и полнота власти Государственной думы и ее председателя, в столице по крайней мере, стояли не так высоко, как казалось с места... Временный Комитет неоднократно объявлял о незакономерности таких арестов, но они продолжались с поразительной планомерностью» 45.

Такое положение объяснялось тем, что реальная сила была на стороне Совета. Вооруженные массы рабочих и солдат видели в Совете своего единственного руководителя и подчинялись только ему. К Совету рабочих депутатов потянулись нити со всех концов столицы, с предприятий, из казарм. Здесь спрашивали советов, сюда обращались за указаниями и распоряжениями. Массы инстинктивно чувствовали, что родилась новая, невиданная в истории организация, призванная сыграть историческую роль в их жизни.

28 февраля состоялось второе заседание Совета рабочих депутатов. Как и предыдущие заседания Совета, оно проходило в комнате 13. Было тесно, количество членов Совета и гостей все увеличивалось, убрали стулья. Люди стояли вплотную друг к другу. Это заседание прошло в обстановке огромного подъема. Обсуждение деловых вопросов неоднократно прерывалось выступлениями представителей воинских частей. Делегаты запасных батальонов Волынского, Павловского, Литовского, Финляндского и других гвардейских полков, пехотных и специальных частей под бурные овации собравшихся заверяли Совет рабочих депутатов, что их части присоединяются к рабочим, чтобы вместе бороться за свободу. «Зал слушал, — писал Суханов, — как дети слушают чудесную, дух захватывающую и наизусть известную сказку, затаив дыхание... Имя каждого из славных полков, положивших начало революции, встречалось бурей оваций. Но не меньше внимания вызывало и название новых частей, вновь вливающихся в народно-революционную армию и несущих ей победу» 46.

Едва затих гул аплодисментов и возобновилась деловая работа Совета, как в зале раздалась горячая речь молодого солдата запасного

____

45    М. Родзянко. Государственная дума и Февральская 1917 г. революция. Ростов-на-Дону, 1919, стр. 50.

46    Н. Суханов. Записки о революции, кн. 1. Пг., 1919, стр. 98—99.

 

батальона гвардейского Семеновского полка, того самого полка, который со времен первой русской революции считался надежной опорой царизма. Он сказал: «Мы все до единого постановили присоединиться к народу против проклятого самодержавия и мы клянемся все служить народному делу до последней капли крови». Речь семеновца открыла новую волну выступлений представителей воинских частей, присоединившихся к революции.

Заседание Совета вылилось в мощную демонстрацию единства армии и народа и укрепило мысль о необходимости объединения рабочих и солдатских депутатов в едином Совете.

28 февраля Совет рабочих депутатов принял новые постановления по ряду важных вопросов. Совет постановил провести регистрацию всех автомобилей и организовать при Исполнительном комитете собственный автомобильный отряд. Было решено поставить вопрос о привлечении думского Комитета к финансированию Совета рабочих депутатов, пока же Совет обратился с призывом к населению жертвовать средства на революционные нужды. В обращении Совета говорилось: «Товарищи и граждане! Совет рабочих депутатов обращается ко всем, кому дорога победа над старым режимом, посильно жертвовать на нужды революции деньги и припасы... Независимо от общенациональных мер, которые по мере развития побед революции дадут ей нужные средства в широких размерах, Совет рабочих депутатов рекомендует всем гражданам содействовать денежными взносами делу свободы, всюду организовать питательные для солдат и милиционеров пункты, столовые и т. д. При Совете рабочих депутатов учреждены финансовая и продовольственная комиссии (Таврический дворец, коми. 13), куда и следует направлять взносы и пожертвования» 47. Добровольные взносы различных организаций и частных лиц в пользу Совета явились основным источником его финансирования. Думский Комитет, а затем и Временное правительство не соглашались «принять участие» в финансировании Совета.

Согласно решению Совета, Исполнительный комитет был пополнен представителями партий. От большевиков в него вошли К. Шутко, П. Залуцкий, В. Молотов, от меньшевиков — Б. Батурский, Б. Богданов, В. Крохмаль, от эсеров — В. Зензинов, от «Бунда» —М. Рафес, Г. Эрлих, от трудовиков — Л. Брамсон^т межрайонцев — И. Юренев, от польской социал-демократий — М. Козловский, от социал-демократии Латышского края —  П. Стучка. Три последних члена Исполнительного комитета поддерживали большевиков, но в целом вхождение представителей

____

47 «Известия Петроградского Совета рабочих депутатов», 1 марта 1917 г.

 

партий еще более усилило в нем правое, соглашательское крыло. Большевики оставались в меньшинстве48.

Линия большевиков по основным вопросам революции была определена прежде всего Манифестом Центрального комитета РСДРП. Инициаторами его выпуска являлись члены Выборгского комитета большевиков. Они сначала хотели договориться о написании Манифеста с членами Бюро ЦК, но, не найдя их, сами взялись за его составление. В. Каюров рассказывает, что Манифест писали он и Хахарев; В. Молотов и П. Залуцкий его отредактировали, и Манифест был отпечатан и расклеен по улицам49.

А. Шляпников несколько по-другому излагает этот факт. Он пишет, что проект, составленный Хахаревым, Лебедевым и Каюровым, рано утром 28 февраля был доставлен в Таврический дворец, где находились члены Бюро ЦК. «Вдвоем с товарищем Молотовым, — пишет А. Шляпников, — мы обсудили „Манифест", внесли ряд поправок и исправлений и решили напечатать его от имени Центрального Комитета социал-демократической рабочей партии» ®°. Манифест вышел в прибавлении к № 1 «Известий Петроградского Совета рабочих депутатов» вечером 28 февраля и в виде отдельных листовок. В. Бонч-Бруевич рассказывает, что эсеро-меньшевистские лидеры Совета возмущались тем, что большевистский Манифест появился на страницах «Известий Совета». «Я утешал злопыхателей тем, что сообщил, что помимо помещения в газете Совета я отпечатал Манифест еще отдельно в количестве ста тысяч экземпляров и что он уже расклеивается по Петрограду, рассылается по фабрикам, заводам и казармам и направлен во все концы России» 5l. Видимо, Манифест был отпечатан также в типографии газеты «День» 52.

____

48    Полный состав представителей партий, вошедших в Исполнительный комитет Совета р. и с.д., установить не удалось. Фамилии, упомянутые нами, взяты из списка, опубликованного в книге: «Петроградский Совет р. и с. д. Протоколы Исполнительного Комитета». М.—Л., 1925 г., стр. 361—362. Многие представители партий, первоначально вошедшие в Исполнительный комитет, в дальнейшем были заменены другими лицами.

49    В. Каюров. Шесть дней Февральской революции. — «Пролетарская революция», 1923, № 1.

50    А. Шляпников. Семнадцатый год, кн. 1. М., 1923, стр. 185.

51    В. Бонч-Бруевич. На боевых постах Февральской и Октябрьской революций. М., 1931, стр. 10—11.

62 Об этом свидетельствует печатник М. Агеев. В воспоминаниях «От ареста до освобождения» он пишет: «В тот же вечер в типографии газеты „День11, захваченной нами, был набран и отпечатан „Манифест Российской социал-демократической рабочей партии (большевиков)» («Печатник», 1927, № 7—8). X. Астрахан в заметке, опубликованной в «Вопросах истории КПСС» (1965, № 6, стр. 64—65), отмечает, что шрифт листовки, хранящейся в Ленинградском музее Октябрьской революции, совпадает с шрифтом газеты «День», тогда как шрифт других сохранившихся экземпляров листовки с текстом Манифеста одинаков с шрифтом газеты «Известия». Манифест, видимо, печатался и в типографии «Известий», и в типографии «День», а, возможно, и на гектографе. Более спортим является вопрос о дате выхода листовки. При перепечатке Манифеста в газете «Правда» (5 марта 1917 г.) было ошибочно помечено: «Манифест выпущен 26 февраля». Несмотря на то, что содержание Манифеста противоречило этой дате («Твердыни царизма пали», — говорилось в Манифесте) и что А. Шляпников еще в 1923 г. отметил ошибочность такой датировки Манифеста, некоторые авторы настаивали на ней в 1956 г. (Е. Бугаев. Когда утрачивается научный подход. — «Партийная жизнь», 1956, № 14, стр. 69—70). На самом деле листовки с таким текстом Манифеста не могли выйти ранее вечера 27 февраля.

 

Манифест ЦК РСДРП поставил в качестве важнейшей задачи рабочего класса и революционной армии: «... создать Временное Революционное правительство, которое должно встать во главе нового нарождающегося республиканского строя. Временное Революционное правительство должно взять на себя создание временных законов, защищающих все права и вольности народа, конфискацию монастырских, помещичьих, кабинетских и удельных земель и передать их народу, введение 8-часового рабочего дня и созыв Учредительного собрания на основе всеобщего, прямого, равного избирательного права с тайной подачей голосов».

Немедленной и неотложной задачей Временного Революционного правительства Манифест считал: «Войти в сношение с пролетариатом воюющих стран для революционной борьбы народов всех стран против своих угнетателей и поработителей, против царских правительств и капиталистических клик и для немедленного прекращения кровавой человеческой бойни, которая навязана порабощенным народам». ЦК РСДРП в своем Манифесте предлагал рабочим и солдатам немедленно выбирать своих представителей во Временное Революционное правительство, призывал по всей России поднимать красное знамя восстания, по всем городам и селам создавать правительство революционного народа. «Вперед1 Возврата нет! Беспощадная борьба! Под красное знамя революции! Да здравствует демократическая республика! Да здравствует революционный рабочий класс! Да здравствует революционный народ и восставшая армия!» 53

Манифест ЦК РСДРП определил главное направление борьбы, выдвинув задачу создания подлинно революционного правительства, призванного установить демократическую республику, осуществить другие требования социал-демократической программы-минимум и добиться немедленного прекращения империалистической войны. В. И. Ленин высоко оценил значение Манифеста. «В этом документе, — писал он, — нет ни слова ни о поддержке тучковского правительства, ни о свержении его; рабочие и солдаты призываются к организации вокруг Совета рабочих депутатов, к выбору представителей в него для борьбы против царизма за республику, 8-часовой рабочий день, за конфискацию помещичьих земель и хлебных запасов, а главное — за прекращение грабительской войны.

____

63 «Известия Петроградского Совета рабочих депутатов», 28 февраля 1917 г. Прибавление к № 1.

 

При этом особенно важйа й особенно злободневна та совершенно правильная мысль нашего ЦК, что для мира необходимы сношения с пролетариями всех воюющих стран» 54.

В Манифесте не было ответа на вопрос, каким путем избирать Временное революционное правительство, и ничего не говорилось о Совете 55, но о том, что власть должна перейти в руки революционного народа, в Манифесте было сказано со всей определенностью. Призывом к созданию Временного Революционного правительства был проникнут весь Манифест.

Иную позицию занимали меньшевики и эсеры. Они выступали против царского самодержавия, но не призывали рабочих и солдат брать в свои руки власть и создавать Временное Революционное правительство. Меньшевики и эсеры по-прежнему исходили из того, что на смену царской монархии должна прийти буржуазная власть, призванная провести буржуазно-демократические преобразования, а задача пролетариата состоит в том, чтобы толкать буржуазную власть к этому. Поскольку руководство Советов находилось в руках меньшевиков и эсеров, их позиции по этому решающему вопросу отразилась на всей деятельности Совета.

Обладая реальной силой, Совет рабочих депутатов действовал как орган власти. На заседании 28 февраля Совет обсуждал вопрос о работе железнодорожного транспорта. «В связи с продовольственным кризисом Совет рабочих депутатов признал необходимым восстановить железнодорожное сообщение между Петроградом и Москвой. Особой Комиссии поручено рассмотреть вопрос о контроле над товарным движением и, в согласии с продовольственной комиссией, выяснить необходимость функционирования тех или других дорог». Важную роль Совет отводил вопросам связи. Он поручил Исполнительному комитету «разрешение вопроса о наблюдении за почтой и телеграфом с образованием в случае надобности особых комиссий». Совет высказался против возобновления трамвайного движения в Петрограде, считая этот шаг несвоевременным 56.

Совет создал финансовую комиссию и по ее предложению постановил немедленно изъять все государственные финансовые средства из рук старой власти. «Для этого немедленно революционными караулами должны быть заняты в целях охраны: а) Государственный банк, б) главное и губернское казначейства, в) монетный двор, г) экспедиция заготовления государственных

____

54 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 31, стр. 34.

65 В. И. Ленин писал, что Манифест призывал к организации масс вокруг Совета. Но за границей не было подлинного текста Манифеста. Ленин читал не вполне точное извлечение из него, опубликованное во «Франкфуртской газете» (см. В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 49, стр. 412, 553).1917

66 Известия Петроградского Совета рабочих депутатов», 1 марта 270

 

бумаг». Однако Совет не провел в жизнь это важнейшее мероприятие сам: он поручил осуществление его Временному комитету Государственной думы. Совет постановил совместно с Комитетом Государственной думы создать финансовый комитет, подобно уже существовавшим на таких же началах военной и продовольственной комиссиям. Совет возложил на этот комитет принятие всех мер, необходимых для упорядочения финансового дела в* стране; надзор и контроль за нормальным течением всех денежных и кредитных операций во всех кредитных учреждениях, предоставление ассигнований на нужды революционных учреждений, закрытие в случае надобности кредитов, открытых старой властью, и т. п.57 Несмотря на это постановление, финансовый комитет не был создан. Совет рабочих и солдатских депутатов стремился проводить свои решения через думский Комитет и действовать совместно с ним. Наоборот, думский Комитет пытался поступать самостоятельно как полноправный орган власти.

Буржуазия не хотела доверять охрану города рабочей милиции. Она образовала свои органы, призванные блюсти общественный порядок. Новые органы создавались по образу и подобию старых: вместо градоначальника Петрограда генерала Балка Временный комитет Государственной думы утвердил градоначальником профессора Военно-медицинской академии В. Юревича, прибавив к названию его должности слово «общественный». 28 февраля было опубликовано объявление В. Юревича, которое гласило: «Временным комитетом Государственной думы я назначен петроградским общественным градоначальником... Принимаются все меры к ограждению личной безопасности граждан и их имущества. Учреждаются в городе районные гражданские комитеты для охраны порядка и для продовольствия граждан» 68.

От прилагательного «общественный» ничего не менялось. Наблюдение за личной безопасностью граждан поручалось назначенному сверху лицу. В. Юревич со своими помощниками и штатом сотрудников, сохранившимся с царских времен, обосновался в обширном здании градоначальства, издавал «Ведомости», которые мало кто читал, и подписывал обязательные постановления, с которыми мало кто считался. Градоначальство по сути дела отмерло вместе с царским режимом и существовало по инерции, не имея ни реальной силы, ни реального дела. Царский градоначальник опирался на полицию. Общественному градоначальнику не на кого было опереться. Охрана общественной безопасности оказалась в других руках.

____

57    Там же. В 1905 г. Петроградский Совет рабочих депутатов ограничился призывом к населению изымать вклады из сберегательных касс и не платить налогов. Теперь вставал вопрос о ликвидации всей финансовой системы царизма.

58    «Известия Комитета петроградских журналистов», № 2, 28 февраля 1917 г,

 

Городская милиция была создана не при градоначальнике, а при Городской думе. Гласные Петроградской городской думы на чрезвычайном заседании 28 февраля постановили «в интересах обеспечения жизни и имущества населения» учредить городскую милицию, поручив ее организацию гласному Д. Крыжанов-скому и отпустив для этой цели кредиты из городского бюджета 59. Избрав начальника городской милиции, Городская дума установила сборные пункты для милиционеров и назначила районных уполномоченных главным образом из числа своих гласных. В создании милиции принял участие Комитет военно-технической помощи, объединявший русско-техническое общество, общества технологов, инженеров-электриков, гражданских инженеров, Металлургическое общество и другие научные и технические организации; он установил порядок несения службы и обязанности патрулей, призывал записываться в милицию студентов. В обращении от 28 февраля Комитет военно-технической помощи объявил, что в задачи новой организации порядка входит: «1) прекращение бесполезной стрельбы, 2) отобрание оружия у малолетних и нетрезвых, 3) предотвращение грабежей и 4) наблюдение за порядком на улицах и в общественных местах и проч.» 60.

Управление городской милиции разместилось сначала в помещении Городской думы, а затем —в здании Градоначальства. Как рассказывал секретарь милиции 3. Кельсон, ее деятельность началась с изготовления нарукавных белых повязок, на которых писались буквы «Г. М.» (городская милиция), ставился номер, прикладывалась печать городской управы. Повязок было заготовлено 10000, но число милиционеров было намного меньше. В городскую милицию вступали преимущественно служащие, студенты, гимназисты. 3. Кельсон даже называл городскую милицию «милицией младенцев». По просьбе штаба милиции население сдало часть оружия в Городскую думу; это и дало возможность вооружить городских милиционеров.

Жители города обращались в управление милиции со своими повседневными нуждами. Сюда приходили за разрешением на похороны, на беспрепятственную езду по городу, на право ношения оружия и пр. В милицию сообщали о кражах и насилиях, ее просили взять под охрану отдельные здания или квартиры. В милицию приводили арестованных на улице полицейских. Управление милиции удовлетворяло многие просьбы населения, но самой милиции как боевой силы в первые дни революции не существовало. 3. Кельсон утверждает, что 3 марта городская милиция функционировала как четко налаженный аппарат 61. Но это — явное преувеличение. В первые дни революции охрана

____

69 Ленинградский областной архив, ф. 513, он. 19, д. 852, лл. 2—3.

60    ЦГИА СССР, ф. 691, он. 1, д. 21.

61    3. Кельсон. Милиция Февральской революции. — «Былое», 1925, № 1 (39), стр. 168.

 

города находилась в руках нескольких не зависимых друг от друга организаций. Тот же 3. Кельсон признает, что уже 28 февраля по призыву Совета рабочих депутатов возникли боевые ячейки на предприятиях, которые он называет Красной гвардией, что в Московском, Нарвском, Выборгском районах существовали комиссариаты рабочей милиции, «организованные самостоятельно, без участия городской милиции», и что эта рабочая милиция явилась не только организацией для поддержания порядка, но и боевой силой для защиты завоеваний революции 62.

Организуя рабочую милицию, Совет рабочих депутатов одновременно содействовал образованию милиции при Городской думе. В приказе по городской милиции говорилось, что она образована «согласно распоряжению Временного комитета Государственной думы и Совета рабочих депутатов». 1 марта в «Известиях Совета» было помещено воззвание к революционному студенчеству, подписанное студенческими группами социал-демократов, социа-листов-революционеров и «Бунда», в котором с ссылкой на Совет рабочих депутатов студенты призывались вступить в гражданскую милицию при Городской думе. В воззвании говорилось: «В Городской думе организуется гражданская милиция. К участию в ней призвано и студенчество. Представительство революционного пролетариата, Исполнительный комитет Совета рабочих депутатов, решил объединить центральный орган рабочих комиссариатов (районных и подрайонных. — Э. Б.) с этой думской организацией. Ввиду этого мы призываем товарищей студентов энергично записываться в создаваемую охрану. Помните, товарищи, что вы принимаете участие в милиции по поручению Совета рабочих депутатов. Помните, что Совет рабочих депутатов — Ваше Верховное начальство». И рабочие, и солдаты, и студенты видели «верховное начальство» не в думском Комитете, а в Совете рабочих депутатов. Вот почему Городская дума не могла создать свою милицию без поддержки Совета.

Смирившись с уничтожением одного из оплотов самодержавия-полиции и создавая при помощи Совета новые органы охраны общественного порядка, буржуазия хотела оставить в неприкосновенности другие звенья царского государственного аппарата. Революционный вихрь обезглавил прежние государственные учреждения. Высшие царские чиновники были арестованы восставшими рабочими и солдатами или попрятались, боясь народного гнева. Но колеса государственной машины по инерции продолжали вращаться, чиновники ходили на службу, скрипели

____

62 Там же, стр. 171. В недавно вышедшей работе В. Старцева «Очерки истории Петроградской Красной гвардии и рабочей милиции» (М.—Л., 1965, стр. 52—53) указывается, что уже в первые дни революции в Петрограде насчитывалось 85 районных и подрайонных комиссариатов, причем огромная территория промышленных районов столицы охранялась рабочей милицией.

 

по-прежнему перья, шли служебные заседания, рассылались бумаги, стучали пишущие машинки... Комиссары, назначенные Комитетом Государственной думы в министерства и ведомства, являлись скорее наблюдателями, чем представителями власти, они почти не вмешивались в дела, и текущая работа последних шла по-прежнему, словно никакой революции не произошло. Из всех думских комиссаров наиболее деятельным оказался прогрессист А. Бубликов — комиссар по министерству путей сообщения. В этой области государственного управления нельзя было только наблюдать. Бубликову приходилось самому отдавать распоряжения железнодорожной администрации по вопросам движения поездов, воинских перевозок и пр. Эти распоряжения не могли, однако, осуществляться без поддержки железнодорожных рабочих и служащих, связанных с Советом рабочих депутатов. Транспорт находился под их контролем, и они зорко наблюдали за тем, чтобы железные дороги не были использованы во вред революции.

Наиболее актуальным вопросом, от решения которого зависели дальнейшие судьбы революции, был вопрос о ее вооруженных силах. Организация царской армии не была разрушена, подобно полицейскому аппарату царизма, но революция основательно подорвала ее основы. Буржуазия не хотела примириться с потерей такого важного звена старого государственного аппарата, как армия, и всячески стремилась возродить ее в слегка подновленном виде. Не решаясь отобрать оружие у рабочих, она пыталась разоружить солдат и отдать их под власть прежних офицеров, воскресить в армии палочную дисциплину. Буржуазия хотела вернуть петроградский гарнизон в рамки прежней военной организации, чтобы остановить дальнейшее развитие революции и обеспечить продолжение империалистической войны. Временный комитет Государственной думы так определял свою задачу: «Дума стремится установить связь между офицерами и нижними чинами. Чувствуется настоятельная потребность в организации воинских масс, исполненных лучших стремлений, но еще не организованных, слишком быстро идут события. Поэтому офицеры приглашаются оказать всемерное содействие Государственной думе в этом тяжелом труде... Опасность дезорганизации одинаково понимается всеми. Граждане, организуйтесь! — вот основной лозунг момента. В организации — спасение и сила. Слушайте Временный комитет Государственной думы» 63.

Опасность дезорганизации армии была действительно велика. Уйдя из казарм, большинство солдат разбились на множество групп и, объединившись с рабочими, разошлись по городу. В Военную комиссию поступила от неизвестного автора записка, в которой говорилось: «Солдаты дезорганизованными группами бродят

____

63 Известия Комитета петроградских журналистов, № 2, 28 февраля

 

по городу, равным образом отсутствие организации чувствуется как в стенах Таврического дворца, так и вблизи него. В казармах полная анархия. Многие нижние чины за отсутствием ночлега и порядка возвращаются в казармы, где они совершенно не осведомляются о положении, о ходе дела. Мы предлагаем Комиссии немедленно принять следующие меры:

1)    солдат собрать по полкам на их постоянных квартирах,

2)    назначить временных командиров и младших офицеров,

3)    установить караул, занять дороги, вокзалы и другие важные общественные и государственные учреждения, 4) прекратить бесцельное шатание автомобилей по улицам (без надобности), 5) организовать продовольствие по полкам и казармам, 6) установить связь общих питательных пунктов с казармами путем заимствования хлеба и других продуктов, где их много, 7) не оставлять солдат долго в казармах без внимания, руководства и информации со стороны восставшего народа, 8) Петропавловскую крепость и Таврический дворец обратить в опорные базы (крепости) для всего Петрограда, 9) из местных казарм отдельных полков сделать базы для районов, 10) изолировать, не допускать в казармы офицеров, не примкнувших к народу, а самих офицеров (героев тыла), могущих вредно влиять на солдат, изъять из обращения путем ареста» 64. Записка кончалась следующими словами: «Во имя народа и свободы действуйте решительно и энергично».

Мероприятия, намеченные в этой записке, не устраивали руководителей думского Комитета. Они хотели восстановить военную организацию петроградского гарнизона на старых началах, под начальством прежнего офицерства. Б. Энгельгардт рассказывает, что, возглавив Военную комиссию, он решил прежде всего добиться возвращения солдатской массы в казармы и восстановления прежнего внутреннего порядка в частях. В ночь на 28 февраля он и Бубликов написали, а Родзянко от имени Временного комитета Государственной думы подписал следующий приказ войскам Петроградского гарнизона: «1) всем отдельным нижним чинам и воинским частям немедленно возвратиться в свои казармы, 2) всем офицерским чинам возвратиться к своим частям и принять все меры к водворению порядка, 3) командирам частей прибыть в Государственную думу для получения распоряжений в И час. утра 28 февраля» 65.

С таким же призывом к солдатам обращались думские лидеры на митингах у Таврического дворца и в воинских частях. Они настойчиво пропагандировали порядок, дисциплину, подчинение офицерам. Это был расчет на незрелость солдатской массы, на ее привычку к слепому повиновению начальству. Родзянко

____

64    ЦГАОР СССР, ф. 3348, on. 1, д. 170, лл. 6-7.

65    ЦГИА СССР, ф. 1175, оп. 2, д. 4, л. 1.

 

благодарил лейб-гренадеров за то, что они пришли помочь восстановить нарушенный порядок. «Поддержите традиции доблестного российского полка, — говорил он, — слушайтесь ваших офицеров, ибо без начальников воинская часть превращается в толпу, неспособную водворить порядок... Прошу вас в согласии с вашими начальниками спокойно разойтись по казармам и делать то, что прикажут вам ваши офицеры» 66. С такими же словами Родзянко обратился к солдатам из запасного батальона Преображенского гвардейского полка. «Спасибо за то, что вы пришли сюда помочь членам Государственной думы водворить порядок... Я прошу вас подчиниться и верить вашим офицерам, как мы им верим. Возвращайтесь спокойно в ваши казармы, чтобы по первому требованию явиться туда, где вы будете нужны». Юнкерам Михайловского артиллерийского училища Родзянко говорил о том, что солдаты и офицеры должны найти друг друга и ждать приказаний Временного комитета Государственной думы. «Это единственый способ победить» 67.

Речи лидеров меньшевиков и эсеров перед солдатами отличались от речей думских руководителей. В них говорилось о борьбе против царского режима, о революции, о демократии. Но и лидеры эсеров и меньшевиков предлагали солдатам соблюдать порядок и беспрекословно подчиняться офицерам. «Мы должны, — говорил Керенский, — в три дня создать полное спокойствие в городе, полный порядок в наших рядах». Керенский призывал солдат и офицеров к единению и доверию друг к другу. Руководители Думы ссылались на то, что их действия одобряются всеми членами думского Комитета, в том числе социалистами. В статье «Задачи Исполнительного комитета Государственной думы», опубликованной 28 февраля в «Известиях Комитета петроградских журналистов», говорилось: «Несмотря на глубокое различие политических и социальных идеалов членов Государственной думы, вошедших в состав Временного комитета, в настоящую трудную минуту между ними достигнуто полное единение».

Буржуазия видела, что в лице Совета рабочих депутатов вырастает новый орган власти; она всячески стремилась не допустить двоевластия, сосредоточив всю власть в своих руках. Лидеры буржуазии призывали воинские части подчиняться только Временному комитету Государственной думы и выполнять лишь его приказы. В речи перед солдатами Гренадерского батальона 28 февраля П. Милюков доказывал необходимость подчиняться единой власти. «Властью этой является Временный комитет Государственной думы. Ему нужно подчиняться и никакой другой власти, ибо двоевластие опасно и грозит нам распылением и раздроблением сил».

___

66 «Известия Комитета петроградских журналистов» Кг 2, 28 февраля 1917 г.

67 Там же.

 

Вслед за Милюковым к солдатам обратился командир батальона. Он сказал: «Верьте, что Государственная дума сделает все по чистой совести. Мы будем в ее распоряжении». Об опасности двоевластия говорил П. Милюков и офицерам 1-го запасного полка, стоявшего на Охте. «В настоящее время есть единственная власть, которую все должны слушать, — это Временный комитет Государственной думы. Двоевластия быть не может». Солдатам этого полка П. Милюков заявил: «Надо быть с офицерами, которые пойдут рука об руку с Государственной думой 68.

То же говорили солдатам и офицеры. В «Известиях Комитета петроградских журналистов» было опубликовано воззвание, в котором группа офицеров предлагала солдатам возвратиться в свои части для дружной работы вместе с офицерами и содействовать водворению порядка. «Приложим общие усилия для нашего совместного объединения, для окончательной победы над врагом, как на фронтах, так и внутри России». Офицеры заверяли представителей думского Комитета, что они будут следовать во всем указаниям Комитета. Командир 9-го запасного кавалерийского полка перед строем солдат объявил: «Я буду исполнять все то, что мне будет приказывать председатель Государственной думы». Такие заверения нередко давали и солдаты. Охваченные общим подъемом первых дней революции, многие солдаты еще не разбирались, кто их истинные друзья и враги. Елейные речи Родзянко, Милюкова и других лидеров думского Комитета туманили их сознание, и, когда их призывали к единению, дисциплине и порядку, они нередко отвечали привычными словами: «рады стараться». Но отрезвление наступало быстро. Солдаты поступали не так, как советовали им Родзянко и Милюков. Они боролись против возрождения царских порядков, палочной дисциплины и неограниченной власти прежних начальников.

В борьбе за армию принял активное участие А. Гучков. Лидер октябристов, председатель Думы прежнего состава, а ныне член Государственного Совета и председатель Военно-промышленного комитета, он в первые дни революции пытался найти выход из создавшегося положения посредством подавления народного движения. Гучков беседовал с генералом Занкевичем и другими представителями военных властей, выяснял соотношение сил и, убедившись в отсутствии необходимых военных средств для подавления революции, примкнул к думскому Комитету. А. Гучков был связан с командным составом армии и считался знатоком военных вопросов, его прочили в военные министры. Думский Комитет назначил Гучкова главой Военной комиссии. В Комиссии продолжал оставаться и Энгельгардт. Он стал теперь комендантом Таврического дворца и начальником

___

68 Там же.

 

гарнизона. А. Гучков отправился в части петроградского гарнизона для приведения их в «должный порядок», но был встречен солдатами враждебно. Автомобиль Гучкова был обстрелян солдатами, один из его спутников убит.

Попытки думского Комитета восстановить прежнюю военную организацию и подчинить себе войска петроградского гарнизона наталкивались на сопротивление солдатской массы. В этом, как и во всех других вопросах, думский Комитет не мог действовать как орган власти, он не располагал доверием вооруженного народа. Не имея твердой почвы под ногами, он колебался, лавировал, обходил острые вопросы и старался избежать конфликтов с Советом.

Писательница 3. Гиппиус огорчалась тем, что либералы проявляют безвластие, робость, нерешительность. Она писала: «У либералов нет связи с революционным движением и четкого плана действий ... Безвластие думцев. Они сами не знают, чего желают, даже не знают, как им быть, с царем, без царя? Они только обходят осторожно все вопросы, все ответы. Стоит взглянуть на комитетское извещение, подписанное Родзянко. Робость, растерянность, нерешительность. Причины этого кроются в том, что у либералов теплится надежда, что царь утвердит думский Комитет как официальное правительство, дав ему широкие полномочия. .. Революция свергла эту власть. Они не свергли. Они лишь механически остались на поверхности. Пассивно-явочным порядком. Но они, естественно, безвластны, ибо взять власть они не могут, власть должна быть им дана, и дана сверху» 69.

Главная причина безвластия думцев состояла в том, что реальная сила была не на их стороне, что массы восставших рабочих и солдат признавали и поддерживали не их Комитет, а Совет рабочих депутатов. Объявив себя властью, думский Комитет фактически властью не обладал. Он существовал и распоряжался лишь постольку, поскольку этому не противодействовал единственный реальный орган власти — Совет рабочих депутатов. Правда, и тогда, и позднее думский Комитет называли «правительством», его признавали как Временное правительство буржуазно-помещичьи организации — Земский и Городской союзы, Военно-промышленный комитет, Петроградская городская дума и др., а также державы Антанты. 1 марта 1917 г. в «Известиях Комитета петроградских журналистов» крупными буквами было напечатано: «Французский и английский послы официально заявили председателю Государственной думы, что правительства Франции и Англии вступают в деловые сношения с Временным Исполнительным комитетом Государственной думы, выразителем воли народа и единственным Временным правительством России».

___

69 «О днях петербургских (из дневника 3. Гиппиус)». Газ. «Возрождение», 14 сентября 1928 г.

 

Но ни признания буржуазно-помещичьих организаций, ни деловые сношения с правительствами Франции и Англии не могли придать думскому Комитету силу власти.

Превратное представление о роли Государственной думы и ее Комитета, как об органах власти, сложилось под влиянием высказываний думских деятелей и прежде всего телеграммы, посланной 28 февраля комиссаром думского Комитета А. Бубликовым во все концы России. Используя телеграфную сеть железных дорог, он сообщил железнодорожникам о событиях, происшедших в Петрограде. Текст телеграммы гласил: «По поручению Комитета Государственной думы я сего числа занял Министерство путей сообщения и объявляю следующий приказ председателя Государственной думы: „Железнодорожники! Старая власть, создавшая разруху всех отраслей государственного управления, оказалась бессильной. Государственная дума взяла в свои руки создание новой власти. Обращаюсь к вам от имени отечества, от вас зависит теперь спасение родины, — они ждет от вас больше, чем исполнение долга, — она ждет подвига. Движение поездов должно производиться непрерывно, с удвоенной энергией. Слабость и недостаточность техники на русской сети должна быть покрыта вашей беззаветной энергией, любовью к родине и сознанием важности транспорта для войны и благоустройства тыла. Председатель Государственной думы Род-зянко“. Член вашей семьи, я твердо верю, что вы сумеете ответить на этот призыв и оправдать надежду на вас нашей родины. Все служащие должны остаться на своем посту. Член Государственной думы Бубликов» 70.

Эта телеграмма, переданная всем железнодорожным станциям, явилась первой вестью о событиях в Петрограде, полученной на местах. Однако она искаженно осветила происшедшие события. Как рассказывал Бубликов, проект приказа председателя Государственной думы, который он дал на подпись Родзянко, начинался следующими словами: «„Старая власть пала“. Родзянко заметил: „Как можно говорить пала? Разве власть пала?" И он заменил эти слова другими: „Старая власть оказалась бессильной" и подписал приказ»71. Из телеграммы следовало, будто перемена произошла оттого, что старая власть создала разруху в государственном управлении и оказалась бессильной (в чем?). Выходило, будто ухода прежнего правительства добилась Государственная дума, которая и создает теперь новую власть.

Ближайший помощник Бубликова Ю. Ломоносов признавал: «из телеграммы Бубликова все узнали, что уже 28 февраля фактическая власть была в руках Думы.

___

70 «Известия Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов», 1 марта 1917 г.

71 А. Бубликов. Русская революция. Нью-Йорк, 1918, стр. 23.

 

Было ли это так на самом деле? Конечно, нет! Бубликов постудил так же, как Бисмарк с эмской телеграммой: он подправил действительность, он эадержал естественное течение революции, окружив Думу совершенно незаслуженным ореолом. Первое впечатление всегда самое сильное. Вся Россия впервые узнала о революции и поняла, что ее сделала Дума. Нужны были месяцы, чтобы гуща русского народа поняла эту фальсификацию» 72.

На самом деле Дума не делала никакой революции. Она порвала с царским правительством, когда судьба царизма фактически была уже решена, чтобы, возглавив народное движение, направить его в желательное для себя русло. Но ей не удалось овладеть движением. Б. Энгельгардт отмечает, что если Родзянко, он и другие деятели оказались в революционном стане, то это не потому, что хотели идти революционным путем. «Мы приняли революцию как свершившийся факт и в течение трех дней с виду якобы возглавили, а фактически плелись за событиями, делая в то же время безнадежные попытки задержать ее развитие» 73.

Временный комитет Государственной думы не был «временным правительством первого состава», как это пишут некоторые авторы74. Положение создалось своеобразное: думский Комитет объявил о взятии власти в свои руки, но его власть была призрачной, Совет рабочих депутатов не провозгласил себя властью, но фактически власть находилась в его руках. Именно Совет, а не думский Комитет являлся выразителем воли народа и единственно законным временным правительством России. В ходе революции влияние и авторитет Совета рабочих депутатов неуклонно росли. А. Пешехонов писал: «В течение ночи Совет, представлявший собой вчера совершенно случайную и самочинную организацию, успел снестись с фабриками и заводами и потребовать от них присылки депутатов, — и эти депутаты уже избраны, они уже явились. О существовании Совета — и притом своего, выборного — знают уже широкие круги населения:

___

72    Ю. Ломоносов. Воспоминания о мартовской революции 1947года. Стокгольм—Берлин, 1921, стр. 27.

73    Государственная библиотека СССР имени В. И. Ленина. Рукописный отдел, ф. 306, д. 3, л. 726.

74    Так утверждает историк Д. В. Ознобишин в статье «Временный Комитет Государственной думы и Временное правительство» («Исторические записки», т. 75, стр. 275). Д. Ознобишин ссылается при этом на Ленина, упуская из виду, что Ленин называл думский Комитет первым временным правительством, находясь за границей, но, приехав в Россию, Ленин узнал, что власть, первоначально находившаяся в руках Совета, была добровольно уступлена им буржуазному правительству. В речи на общегородской партийной конференции 14 апреля 1917 г. он говорил: «Только на месте, здесь мы уже узнали, что Совет Р. и С. д. отдал власть Временному правительству» (В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 31, стр. 240).

 

оно прокламации со вчерашнего вечера разбрасываются и читаются на улицах и т. д. О думском Комитете массы, вероятно, даже не знают. Знают Думу, но она ведь легко может быть причислена к старому строю и отброшена вместе с царской властью» 75.

А. Пешехонов сравнивал Совет с кристалликом в насыщенном растворе, к которому потянулись все активные элементы. О возрастающей роли Совета писали и буржуазные авторы. «Самозванный Совет рабочих депутатов, — отмечал депутат Думы С. П. Мансыров (надо отдать ему справедливость), —работал вовсю. Уже к вечеру 27 февраля от него были разосланы посланцы на петроградские заводы, а также в войсковые части для спешных выборов депутатов, и уже явилось более 120 человек, избранных главным образом с заводов и фабрик. Совет стал превращаться из самозванного в реальное, основанное как-никак на волеизъявлении рабочих, учреждение». С. Мансырев писал, что «Совет заседает беспрерывно, делегации, прибывшие туда, находили самый радушный прием, с ними подробно беседовали, их снабжали инструкциями и разъясняли настоящее и наводили на будущее» 76.

Совет рабочих депутатов, обладая огромной силой, не использовал ее, однако, по-настоящему. Он выполнял отдельные функции государственной власти, но выполнял неполно, непоследовательно, «вполголоса». Его действия были скованы убеждением, что сменить царизм призвана только буржуазная власть. Вот почему Совет оказался не на высоте положения, когда после свержения самодержавия поднялась вторая волна революции и решался вопрос о том, остановится ли революция на полпути или она дойдет до конца и, решительно покончив со старым, проложит России путь в будущее. За первой волной революции последовала вторая.

Против кого же была направлена эта вторая волна?

 

БОРЬБА ПРОТИВ БУРЖУАЗНОЙ ВЛАСТИ

Разрыв буржуазии с царизмом облегчил его свержение. Создалось видимое единство всех слоев населения. Однако попытки примирить интересы буржуазии и народа были обречены на провал. Противоречия между буржуазией, с одной стороны, рабочими и солдатами, с другой, обострялись. Еще не спала первая волна революции, направленная против царизма, как развернулась борьба трудящихся против Временного комитета Государственной думы и установления буржуазной власти, за утверждение власти революционного народа.

___

75    А. Пешехонов. Первые недели. — «Февральская революция». М.-Л., 1925, стр. 438.

76    С. П. Мансырев. Мои воспоминания. — Там же, стр. 271.

 

Требование создания Временного Революционного правительства, выдвинутое большевиками в первые дни революции, получало в ходе борьбы развитие и конкретизацию. Комитет Государственной думы, как и созданное им правительство, не могли осуществить народных чаяний и стать органами народной власти. Создать подлинно революционное правительство мог только Совет рабочих депутатов. Большинство Совета не хотело вступать на этот путь. «И все же, — отмечал А. Шляпников, — другого органа, способного создать Революционное правительство, не было, и мы решили проводить в Петербургском Комитете, а также в самом Исполнительном комитете Совета наш взгляд на создание Временного Революционного правительства из недр революционной демократии, организованной в Совете. На деле мы предполагали возможным создание Революционного правительства из тех социалистических партий, которые окажутся большинством в Совете»77.

Борьба за такое решение вопроса о власти приняла особенно широкий размах в Выборгском районе. Этот район, первым выступивший против царизма, являлся теперь центром, откуда поднималась вторая волна революции. 1 и 2 марта на Выборгской стороне состоялись многочисленные митинги рабочих и солдат. Они проводились преимущественно в здании Сампсоньев-ского братства на Большом Сампсоньевском проспекте, в центре Выборгского района. Это скромное здание не походило на пышный Таврический дворец и заполнялось в эти дни не разношерстной публикой — от почтенных думских деятелей до солдат, — а однородной массой трудового люда, объединенного единой целью и единой волей.

1 марта в здании Сампсоньевского братства состоялось первое легальное собрание Выборгской организации большевиков. Большой зал этого здания был переполнен; на собрание явилось огромное число беспартийных рабочих и до начала партийного собрания был проведен общий митинг. Собравшаяся рабочая масса была решительно настроена против буржуазно-помещичьей Государственной думы и созданного ею Комитета. Основная мысль докладчика — члена Петербургского комитета большевика К. Шутко — состояла в том, что в целях развития и закрепления революции надо создать такой орган, который мог бы превратить победу революции в Петрограде в победу революции во всей России. К. Шутко говорил, что таким органом призвано быть Временное революционное правительство, которое должен организовать Совет рабочих депутатов.

___

77 А. Шляпников. Указ, соч., стр. 186—187.

 

В воспоминаниях Ф. Дингельштедта говорится, что это собрание открыл Иван Чугурин, а после докладчика Шутко выступил Владимир Залежский и другие товарищи. «Собрание, встретившее неодобрительно известие об образовании думского правительства, большинством голосов приняло резолюцию о его устранении, о передаче власти Совету и о сложении полномочий членами Государственной думы, этой опоры царского режима»78 Резолюция, принятая на этом собрании, была издана в виде листовки. В отчете о деятельности Комиссии печати Выборгского райкома РСДРП говорилось, что вышел в свет «Плакат-резолюция, принятая на общем собрании Выборгского РК, бывшем 1 марта. Общие положения: выбор Временного революционного правительства и подчинение Временного комитета 12 членов Государственной думы этому Временному правительству. Требование о сложении полномочий членами Государственной думы, так как она — опора царского режима» 79.

Полный текст резолюции, принятой на общем собрании Выборгской организации РСДРП 1 марта и изданной листовкой, гласил: «Общее собрание Выборгского района РСДРП, обсудив настоящий политический момент, постановило: 1. Для победоносного довершения великого дела революции необходимо немедленное образование Временного революционного правительства из недр восставших рабочих и войск. 2. Во имя этой цели восставшие войска должны организовать себя заново, дабы закрепить низвержение оставшегося и остающегося верным царскому режиму. 3. Возникший Совет рабочих и солдатских депутатов, непрерывно вовлекая новые революционные кадры восставших народа и армии, должен объявить себя Временным революционным правительством и неотложно провести следующие мероприятия: поставить Временный комитет, состоящий из 12 членов Государственной думы, в непосредственное подчинение Временному революционному правительству. 4. Сложить полномочия народного представительства с Государственной думы, учрежденной на основе избирательного закона, послужившего опорой низвергнутому царскому режиму» 80.

___

78    Ф. Дингельштедт. Весна пролетарской революции. — «Красная летопись», 1925, № 1 (12), стр. 193.

79    «Правда», 8 марта 1917 г.

80    «Революционное движение в России после свержения самодержавия». М., 1957, стр. 6. А. Шляпников опубликовал несколько иной текст резолюции, принятой на этом собрании и переданной ему К. Шутко. Вместо неясной фразы о том, что восставшие войска должны организовать себя, «дабы закрепить низвержение оставшегося и остающегося верным царскому режиму», в тексте, переданном Шутко, имеется другая совершенно ясная фраза: «необходимо создать единый орган восстания, для чего, вбирая все новые и новые ряды восставших рабочих и солдатских масс, перестроить заново армию, заменяя оставшийся и остающийся верный царскому режиму офицерский состав представителями революционных рабочих и крестьян» (А. Шляпников. Указ, соч., стр. 226—227).

 

Значило ли принятие этой резолюции, что большевики уже тогда стояли за создание республики Советов? Нет, этот лозунг был выдвинут позднее. Большевики тогда еще не стояли за власть Советов, как особую форму государственного строя. Они рассматривали Совет как орган революционной демократии, единственно правомочный дать стране то Временное революционное правительство, которое было необходимо для окончательной ликвидации царского режима, созыва Всенародного Учредительного собрания, установления демократической республики. В февральско-мартовские дни 1917 г. большевики не выдвигали требования Советской республики, но сделали в этом направлении шаг, имевший большое принципиальное значение. По примеру 1905 года большевики видели в Советах органы революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства.

Большевики Выборгской стороны выступили перед массами с требованием объявления Совета Временным революционным правительством. 1 и 2 марта состоялись многочисленные митинги и собрания, на которых выступали большевистские агитаторы. Здесь принимались решения, в основу которых было положено постановление Выборгской организации РСДРП от 1 марта. Вот их текст: «1) Вся власть до созыва Учредительного собрания должна быть сосредоточена в руках Совета рабочих и солдатских депутатов как единственно революционного правительства. 2) Армия и население должны исполнять только распоряжения Совета Рабочих и Солдатских Депутатов и считать распоряжения членов Исполнительного (Временного. — 5. Б.) Комитета Государственной думы недействительными. 3) Все чиновничество п офицерство, служившее старому режиму, должно быть обезврежено и устранено от управления. Точно так же должны быть устранены от управления страной и городом все лица и организации, которые не солидарны с Советом рабочих и солдатских депутатов. 4) Совет рабочих и солдатских депутатов должен позаботиться о созыве Всенародного Учредительного собрапия, которое решит вопрос о новом государственном строе и о прекращении войны. 5) Совету рабочих и солдатских депутатов поручается приветствовать революционный германский пролетариат, ставший на борьбу со своим правительством» 81.

Линия большевиков на отстранение думского Комитета и признание Совета Временным революционным правительством сочувственно встречалась передовыми рабочими. В. Залежский отмечает, что рабочие кварталы считали вполне естественным, чтобы Временное правительство образовалось из среды восставшего народа, что подобные резолюции были не единичны.

____

81 А. Шляпников. Указ, соч., стр. 236.

 

Ф. Дингелыптедт даже утверждает, что «не было ни одного митинга, рабочего собрания, которое отклонило бы нашу резолюцию такого содержания, если только было, кому ее предложить»м. Он описывает большой митинг, который состоялся 1 марта в 8але кинематографа «Урал». Собралось 2 тыс. рабочих и солдат. Ф. Дингельштедт зачитал Манифест ЦК РСДРП, призывал бороться за создание демократической республики и, не дожидаясь созыва Учредительного собрания, осуществлять основные требования революции — введение 8-часового рабочего дня, конфискацию помещичьей земли и др. Незадолго до того возвратившийся из ссылки большевик Пахомов, указав на то, что буржуазия организовала Комитет Государственной думы для захвата власти, призвал рабочих и солдат взять на себя решение своей судьбы 83.

Но подобные резолюции принимались не на всех митингах. Среди рабочих были и другие настроения. Так, рабочие завода Либель на собрании, состоявшемся 28 февраля, хотя и выразили опасения за действия лиц, входивших во Временный думский Комитет, но вынесли решение «не восставать против других классов населения». Рабочие завода Гейслер на собрании 1 марта приняли постановление, в котором указывали, что «успех революционного движения может быть обеспечен только при условии единения всех классов народа, принявших участие в революционном перевороте и сочувствующих ему». Такое стремление к единству всех классов не было характерно для настроений передовых слоев рабочих. Эти слои решительно выступали против единения с буржуазией и ее думским Комитетом.. Но среди части рабочих такие призывы встречали поддержку.

Рост недоверия к буржуазному думскому Комитету нашел отражение на страницах «Известий Совета рабочих депутатов», хотя в общем эта газета проводила линию на сотрудничество с буржуазией. В статье «Народное хозяйство для народа», опубликованной газетой 2 марта, говорилось, что старые министры заменены временно комиссарами Комитета Государственной думы, «но нет никаких указаний на перемену не только лиц, но и системы управления всей хозяйственной жизнью страны. Думский Временный комитет считает, что крестьянское хозяйство может встать на ноги без наделения крестьян землей. Думает ли Временный комитет, что наша промышленность пойдет полным ходом без 8-часового рабочего дня?.. Мы не знаем ничего, что думают они предпринять для разрешения тех огромных спорных задач, которые выдвинуло революционное движение... Можно ли рассчитывать, что народное хозяйство будет для народа? Вся Россия с тревогой ждет ответа на эти вопросы».

____

82    Ф. Дингельштедт. Указ, статья, стр. 194.

83    Там же, стр. 193.

 

Требования рабочих масс о создании подлинно революционного правительства из недр Совета продолжали раздаваться и после того, как с санкции Совета было образовано буржуазное Временное правительство. 3 марта митинг рабочих и солдат в количестве 1 тыс. человек, обсудив факт признания Советом рабочих и солдатских депутатов Временного правительства, постановил: «1. Это Временное правительство не является действительным выразителем народных интересов; недопустимо давать ему власть над восставшей страной, хотя бы на время, недопустимо поручать ему созыв Учредительного собрания, которое должно быть созвано в условиях безусловной свободы. 2. Совет рабочих и солдатских депутатов должен немедленно устранить это Временное правительство либеральной буржуазии и объявить себя Временным революционным правительством» 84.

Митинги с такими требованиями по-прежнему собирались в зале Сампсониевского братства. Большевик Судаков рассказывает о митинге, проведенном здесь вечером 4 марта. Зал до отказа был заполнен рабочими Выборгского района и солдатами Московского полка, многие из которых пришли на митинг с винтовками. Председательствовал М. Лацис. А. Судаков изложил требования программы-минимум РСДРП и доказывал необходимость передачи власти Советам. Когда выступал студент-путеец, призывавший к поддержке Государственной думы и Временного правительства, в зале поднялся большой шум, раздались негодующие крики. Оратору пришлось уйти с трибуны. На нее поднялся большевик Кузьмин, разоблачивший истинный смысл лозунга поддержки Временного правительства. Он встретил горячее сочувствие собравшихся. А. Судаков справедливо замечает, что митинги в помещении Сампсониевского братства были знаменательны поддержкой линии большевиков, направленной против Государственной думы и буржуазного правительства. Это были первые в России призывы снизу, призывы масс к установлению власти Советов 85.

Как и в первые дни революции, когда решалась судьба царизма, теперь, когда развернулась борьба за устранение буржуазии и создание подлинно революционного правительства, передовые рабочие обращались за поддержкой к солдатам. Союз этих двух сил мог обеспечить победу на новом этапе революции, подобно тому как он обеспечил ее на первой стадии борьбы. В воззвании от 1 марта 1917 г., призывая солдат выбирать представителей в Совет, Выборгский районный комитет большевистской партии писал: «Необходимо организоваться, создать новую власть — Временное Революционное правительство, которое созовет Учредительное собрание». В воззвании говорилось: «Улучшить положение народа, дать свободу народу, положить конец

____

84    «Правда», 9 марта 1917 г.

85    Ленинградский партийный архив, ф. 4000, оп. 5, д. 1053, лл. 19—20.

 

кровавой войне может только Учредительное собрание, созвать которое должно Временное Революционное Правительство. Не во имя смены лиц, стоящих у власти, подняли мы революционное знамя и проливали на улицах свою кровь! Мы боремся за Демократическую республику, требуем конфискации монастырских, удельных, кабинетских и помещичьих земель и передачи их крестьянам. Установление 8-часового рабочего дня. Эти требования должны защищать наши представители в Совете Рабочих Депутатов. Товарищи солдаты! Вы до сих пор стойко защищали дело свободы. Довершите начатое дело, идя нога в ногу с рабочими» 86.

Примерно те же лозунги выдвигались Межрайонным комитетом РСДРП и группой эсеров в совместном воззвании к солдатам, выпущенном 1 марта 1917 г. Авторы воззвания призывали солдат не доверять буржуазной власти, а вместе с рабочими создать Временное Революционное правительство, чтобы осуществить основные требования народа. В воззвании отмечалось: «Вот уже два дня, как Петроград во власти солдат и рабочих, два дня, как распущенная Государственная дума выбрала Временный комитет и называет его Временным правительством; но до сих пор вы не слышали ни от Родзянко, ни от Милюкова ни одного слова о том, будет ли отнята земля у помещиков и передана народу. Надежда плохая! Солдаты! Будьте на страже, чтобы паны-дворяне не обманули народ! Идите к Думе, спросите у нее: будет ли земля народу, будет ли воля, будет ли мир... нужно с корнем вырвать самодержавный произвол. Если мы не доведем дело до конца, если не будет созвано Учредительное собрание, в которое послали бы своих депутатов все крестьяне и все рабочие, а не как в нынешней Думе — кто побогаче и посановитее, то погибнет народное дело». Листовка призывала солдат посылать своих представителей в Совет. «Ваши представители и рабочие депутаты должны стать Временным Революционным правительством народа, от него вы получите и землю и волю» 87.

Рабочие и солдаты, объединившись в восстании против царизма, имели общие интересы и на следующем этапе революции. Правда, солдатская масса еще не ставила таких* больших задач, какие ставили передовые слои пролетариата. Солдаты боролись против отдельных действий буржуазии и прежде всего против восстановления прежних порядков в армии, тогда как передовые рабочие, выражая недоверие буржуазии, требовали, чтобы Совет рабочих депутатов создал подлинно революционное правительство, и, придавая общим требованиям «хлеба, мира, свободы» более конкретные очертания, выступали за осуществление основных пунктов социал-демократической программы-минимум.

____

88 «Выборгская сторона». Сборник статей и воспоминаний. Л., 1957, стр. 77.

87 ЦГАОР СССР, ф. печатных изданий, инв. № 3470.

 

Борьба революционного пролетариата с буржуазией за солдатские массы определяла весь ход последующего революционного развития. Буржуазия хотела разрушить союз рабочих и солдат и подчинить себе солдат. Но эти попытки натолкнулись на упорное противодействие солдатской массы. Приказ Родзянко, о котором мы говорили выше (см. стр. 275), о возвращении солдат в казармы и подчинении прежним офицерам справедливо был расценен солдатами как первый акт контрреволюции, направленный к восстановлению прежних порядков в армии. Солдаты требовали немедленной отмены приказа. М. Рафес сообщает, что Исполнительный комитет Совета заслушал по этому поводу объяснения Чхеидзе и Керенского как членов думского Комитета. Те заявили, что «этот приказ не был предметом обсуждения Комитета, что Комитет не может нести за него ответственность, что это личная инициатива самого только Родзянко... Во время прений по поводу приказа раздавались очень яркие и страстные речи с определенным призывом арестовать Родзянко и Временный комитет Государственной думы, раздавались обвинения в провокаторстве, предательстве и т. п.» 88 Б. Энгельгардт писал: «Желание ввести солдат в рамки дисциплины и порядка он (Совет. — 3. Б.) рассматривал как попытку приостановить, даже задушить начавшуюся революцию. Впервые был брошен упрек в контрреволюции» 89.

Б. Энгельгардт сообщал, что рабочие не допустили печатания приказа Родзянко, а члены Исполнительного комитета Совета говорили, что они запретили его распространение. На самом деле приказ был отпечатан и получил распространение. В. Базаров рассказывал, что он дежурил в типографии, когда принесли приказ Родзянко для напечатания. «Два лаконичных предписания солдатам: вернуться в казармы и повиноваться офицерам, нп слова о новом строе, о борьбе с врагами, о поддержке его... Мы были очень смущены, получив от революционной власти такого сорта документ, а присутствовавшие вместе с нами в типографии интеллигентные солдаты пришли в ужас. Они умоляли нас уговорить Временный комитет Государственной думы отказаться от публикования этого акта, совершенно резонно указывая, что солдатская масса поймет его как шаг контрреволюционный, как попытку запереть восставшие полки в казармах и выдать их старой власти при помощи офицеров — сторонников царского правительства». В течение длительного времени все попытки убедить представителей думского Комитета в необходимости отменить приказ ни к чему не приводили. Только к утру «удалось урезонить Временный комитет, добиться от него распоряжения приостановить распространение воззвания (приказа. — 3. Б.). Но было уже

____

88 М. Рафес. Мои воспоминания. — «Былое», 1922, № 19, стр. 193.

89 «Общее дело», 16 марта 1921 г.

 

поздно. Один из думских автомобилей успел уже захватить часть отпечатанных экземпляров и раздать солдатам»90.

Большевики стремились направить взрыв стихийного негодования солдатской массы, вызванный приказом М. Родзянко, в организованное русло и сплотить солдатскую массу вокруг Совета, чтобы через него оказывать влияние на ход событий. В. Базаров отмечал, что «революционная армия обнаружила поразительную сдержанность и самообладание. Вместо того, чтобы ринуться всей негодующей массой к Таврическому дворцу, что могло иметь самые печальные последствия, солдаты быстро сорганизовались, выбрали представителей по одному от каждой роты и послали их отстаивать свои требования в Думе. Совет рабочих депутатов превратился в Совет рабочих и солдатских депутатов. И первым актом этого нового представительства был знаменитый приказ № I» 91.

На первом заседании Совета рабочих депутатов 27 февраля представителей солдат еще не было. Совет не был связан тогда с гарнизоном столицы. А. Шляпников отмечает, что идея общего совета рабочих и солдатских депутатов не встречала сочувствия эсеров и меньшевиков, они боялись вовлекать армию в политическую борьбу и говорили о недопустимости «засорять» чисто пролетарский орган мелкобуржуазными элементами. Наиболее правая их часть высказывала опасения, что «революционная работа и политика может сделать армию небоеспособной, потому и не спешили привлекать солдат к организации»92. Подобного рода настроения действительно имели место среди меньшевиков и эсеров. Но открытого противодействия вхождению солдат в Совет с их стороны все же не было. Во всяком случае еще Временный Исполнительный комитет, состоявший из эсеров и меньшевиков, в первом же своем обращении о выборах в Совет призывал все перешедшие на сторону народа войска «немедленно избрать своих представителей по одному на каждую роту». Отступить от этого призыва было невозможно.

Разбуженная революцией солдатская масса обратила свои взоры к Совету. Н. Подвойский рассказывает: «Солдаты, желая получить директивы от Совета, обращались к каждому, но не могли ничего добиться. Припоминаю ночь на 28 февраля. В Таврическом дворце было два члена Бюро ЦК, я и еще несколько товарищей. Мы решили направить в определенное русло движение среди солдат, приходивших за указаниями, и предложили им возвращаться в свои батальоны, производить выборы представителей и требовать от рабочих депутатов введения в Совет и солдатских депутатов». На следующий день солдатские представители

____

90    В. Базаров. Первые шаги русской революции. — «Летопись», 1917, № 2-4, стр. 381.

91    Там же, стр. 381—382.

92    А. Шляпников. Указ, соч., стр. 193.

 

Пришли на заседание Совета, чтобы (выразить свое отношение к действиям думского Комитета и офицеров. Н. Подвойский вспоминал, что лидеры эсеров и меньшевиков пытались скрыть от Совета эти действия, а солдаты требовали, чтобы «их пустили на заседание для сообщения о тех контрреволюционных шагах, которые уже предпринимаются в некоторых полках. Их не хотели впускать. Тогда солдаты ворвались (в зал заседания, взобрались на столы и силой заставили себя выслушать» 93.

Депутаты Совета от солдат выражали свое возмущение приказом Родзянко, видя в нем одно из звеньев в политике буржуазии, направленной на защиту старого порядка, первое покушение на революцию. Вот что говорили депутаты Совета и солдаты на заседании 28 февраля: Грибков отмечал реакционные тенденции думских лидеров; Сухаревский заявлял, что приказ Родзянко — контрреволюционный акт и требовал считать действительными только те приказы, которые подписаны Советом; Савинков говорил, что действия Родзянко направлены против того дела, за которое рабочие и солдаты проливали свою кровь. Многие считали нужным потребовать объяснения от Родзянко. В. Молотов предлагал признать приказ Родзянко контрреволюционным выступлением, провокацией и ввиду этого сжечь его.

Но раздавались и примирительные голоса. Предлагалось выяснить, уточнить, договориться... Указывалось на необходимость заявить протест против приказа Родзянко через членов думского Комитета Чхеидзе и Керенского и протестовать не от имени Совета, а от имени социал-демократической и трудовой фракции Думы. «Нет необходимости обострять отношения», — заявлял бундовец Рафес. «Не настало время делить шкуру неубитого медведя, слишком многое поставлено на карту», — убеждал Чхеидзе 94. Руководителям Совета удалось в конце концов утихомирить страсти и отложить обсуждение острых вопросов до следующего заседания Совета. О том, что говорилось на заседании Совета 28 февраля, в печати не было сообщено. В «Известиях Совета» указывалось лишь, что в связи с вопросом о мерах, принятых для организации армии, решено выяснить взаимоотношения между Комитетом Государственной думы и Советом рабочих депутатов и на следующем заседании Совета первым поставить вопрос о тактике рабочего класса в связи с общим политическим положением 95.

В связи с приказом Родзянко взаимоотношения между думским Комитетом и Советом рабочих депутатов обострились. Энгельгардт рассказывает, что на заседании Военной комиссии

____

93    «Шестой съезд РСДРП (большевиков). Протоколы». М., 1958, стр. 59.

94    Архив Октябрьской революции Ленинградской области, ф. 1000, он. 73, д. 1, л. 15.

95    «Известия Петроградского Совета рабочих депутатов», 1 марта 1917 г.

 

1 марта представители Совета обвиняли членов думского Комитета в том, что они потворствуют контрреволюционным выступлениям офицерства и даже сами руководят ими. Говорилось О том, что Родзянко хочет «прикрыть революцию». Перед лицом таких обвинений руководителям думского Комитета и Военной комиссии пришлось пойти на попятную. Энгельгардт признавал, что стремление думских деятелей свернуть революцию натолкнулось на решительное противодействие народных масс. Образовав Временный комитет Думы, буржуазия решила приостановить дальнейшее развитие революции и «восстановить порядок». «Но демократия взглянула на дело иначе и нашла приказ Родзянко преждевременным, так как царизм еще далеко недостаточно расшатался, возможна контрреволюция и, кроме того, многое далеко не достигнуто» 96. Стремясь успокоить солдатскую массу, Энгельгардт подписал приказ, в котором было сказано: «Сего

1    марта среди солдат Петроградского гарнизона распространился слух, будто бы офицеры в полках отбирают оружие среди солдат. Слухи эти проверены в двух полках и оказались ложными. Как председатель Военной комиссии Государственной думы я заявляю, что будут приняты самые решительные меры к недопущению подобных действий со стороны офицеров вплоть до расстрела виновных» 97.

Приказ Энгельгардта получил широкое распространение. В. Бонч-Бруевич предложил типографии «Известий Совета» отпечатать 100 тыс. экземпляров этого приказа: «Напечатать приказ Энгельгардта крупными летучками о расстреле офицеров, которые будут отнимать оружие у солдат»97а. Судя но воспоминаниям большевика К. Орлова, распоряжение о недопустимости разоружения и об аресте контрреволюционных офицеров, еще до приказа Энгельгардта, было сделано Н. Чхеидзе от имени Исполнительного комитета Совета. Однако текст такого приказа Н. Чхеидзе нам обнаружить не удалось 98.

Исполнительный комитет Совета рабочих депутатов занял в этом вопросе двойственную позицию. Он предлагал солдатам подчиняться офицерам и вместе с тем объединяться вокруг рабочих. Вот текст его обращения к солдатам: «Временный комитет

____

96    Личный фонд М. Полиовктова. Материалы Комиссии опросов. Беседа с Б. Энгельгардтом.

97    «Известия Комитета петроградских журналистов», 2 марта 1917 г. ЦПА ИМЛ, ф. 17, on. 1, д. 15, л. 1.

98    К. Орлов утверждал, что под нажимом группы большевиков Чхеидзе подписал распоряжение о том, чтобы ни одна винтовка ни у рабочих, ни у солдат не была отобрана, чтобы оружие, отобранное у воинских частей, было возвращено, а контрреволюционные офицеры арестованы (К. Орлов. Записки рабочего революционера. М., 1929, стр. 42). К этому тексту книги Орлова имеется следующее примечание редакции: «Этот факт до сих пор не был опубликован. В редакции имеются подтверждения сообщенным Орловым фактам со стороны других участников, как-то: Шмидта, Хахарева и Зайцева».

 

Государственной думы при помощи Военной комиссии организует армию и назначает начальников ее частей. Не желая мешать борьбе со старой властью, Исполнительный комитет Совета рабочих депутатов не рекомендует солдатам отказываться от сохранения прочной организации и от подчинения распоряжениям Военной комиссии и назначенных ею начальников. Но вместе с тем он советует всем войсковым частям немедленно избрать от каждого полка по одному представителю в Совет рабочих депутатов для создания единой сплоченной воли всех слоев рабочего класса. Каждый солдат должен проявлять активный интерес к происходящим событиям и прилагать все усилия к тому, чтобы никто не мог предпринимать действий, противоречащих интересам народа. Товарищи солдаты, организуйтесь и присоединяйтесь к вашим братьям рабочим!» 99

Большевики решительно осудили действия думских лидеров. Они призывали солдат не подчиняться приказу Родзянко. В воззвании к солдатам 1 марта Выборгский районный комитет большевиков писал: «Офицеры от имени Родзянко и всего Исполнительного комитета призывают вас возвратиться в казармы, сдать оружие и подчиниться старым начальникам. Не слушайте их! Это приведет к старому порядку, к прежнему порабощению» 100. Большевики призывали солдат крепко держать в своих руках оружие и, не доверяя реакционному офицерству, избирать комитеты для управления частями. С таким же призывом обращалась к солдатам группа межрайонцев и эсеров. «Для того чтобы вас не обманули дворяне и офицеры — эта романовская шайка, возьмите власть в свои руки. Выбирайте сами взводных, ротных и полковых командиров, выбирайте ротные комитеты для заведы-вания продовольствием; все офицеры должны быть под контролем этих ротных комитетов. Принимайте к себе только тех офицеров, которых вы знаете как друзей народа. Подчиняйтесь только депутатам, посланным от Совета рабочих и солдатских депутатов» 101.

Возвращение к старым порядкам в армии создавало угрозу возрождения только что свергнутого царского режима. Дело, за которое проливали кровь рабочие и солдаты на улицах столицы, оказалось в смертельной опасности. Массы рабочих и солдат пришли в движение и поднялись на борьбу, чтобы защитить революцию, закрепить и развить ее завоевания. Попытки офицеров отобрать у солдат оружие кончились для них весьма плачевно. В 18-м флотском экипаже и других частях, в ответ на попытки разоружить солдат, несколько командиров было расстреляно.

В связи с действиями думского Комитета на улицах Петрограда царило большое возбуждение. Рабочие и солдаты выражали

____

99    ЦГАОР СССР, ф. печатных изданий, инв. № 4313.

100    «Выборгская сторона». Сборник статей и воспоминаний. Л., 1957, стр. 77.

101    ЦГАОР СССР, ф. печатных изданий, инв. № 3470.

 

недоверие буржуазным деятелям и видели защитника своих интересов только в Совете. Член Выборгского районного продовольственного комитета сообщал тогда в «Бюро донесений» Таврического дворца: «У нас в толпе появляются лица, которые подстрекают толпу и солдат, чтобы они не слушали приказов, подписанных Родзянко, так, например, приказа о размещении войск в казарме по своим частям. Говоря, что целью этого приказа будет то, что их обезоружат и перебьют из пулеметов, что будто бы приказ исключительно Родзянко, а не Совета депутатов. Жители просят, чтобы все приказы были подписаны не Родзянко, а Советом рабочих депутатов. Отдельные личности стали оскорблять (видимо Родзянко. — Э. В.) и говорят о необходимости его ареста... требуют прекращения войны, ибо предполагают, что и германские товарищи требуют и добиваются того же» ,102.

О распространении такого рода настроений сообщала также группа офицеров в своем письме во Временный комитет Государственной думы: «На всех улицах можно слышать обвинения со стороны ораторов, к которым начинают уже прислушиваться солдаты и народ, в измене Временного правительства и, в частности, его председателя, в желании предать народ старой власти, в обязательном намерении противодействовать народу ввести республиканский строй и созвать Учредительное собрание» 103.

Не доверяя думскому Комитету, солдаты обращались за поддержкой в Совет рабочих депутатов. 1 марта их представители явились на заседание Совета, чтобы вместе с рабочими обсудить положение, создавшееся в частях, и наметить новые основы армейской организации. Для солдатских депутатов Н. Соколов сделал специальный доклад, в котором рассказал, как организовался и работает Совет и какие отношения сложились между ним и Временным комитетом Государственной думы и его Военной комиссией. В связи с вхождением в Совет депутатов от солдат, Совет пополнил Исполнительный комитет их представителями. В Исполком были избраны А. Садовский (меньшевик-интернационалист, 6-й саперный батальон), А. Падерин (большевик, Преображенский полк), Ф. Линде (меньшевик-интернационалист, Финляндский полк), А. Борисов (меньшевик, Литовский полк), И. Барков (Царскосельский гарнизон), Климчинский (Измайловский полк), В. Баденко (меньшевик-интернационалист, пехотный запасный полк), Вакуленко (большевик, Егерский полк), Кудрявцев (эсер, автомобильный отдел Красного Креста), Соколов (моряк) 104. Так, на своем третьем заседании (1 марта) Совет

____

102 ЦГАОР СССР, ф. 3348, on. 1, д. 185, лл. 15—16.

103    «Протокол событий», стр. 45.

104    Данные о партийности этих товарищей приведены на основе записей А. Садовского. Сам Садовский в июле 1917 г. вступил в большевистскую партию (ЦПА ИМЛ, ф. 124, on. 1, д. 1699, ч. 2, лл. 243, 268). Солдатские депутаты составили впоследствии отдельную секцию. Ее возглавил новый орган — Исполнительная комиссия. На заседании солдатских депутатов 6 марта было утверждено около 85 членов этой комиссии. Председателем солдатской секции Совета был избран эсер Утгоф.

 

рабочих депутатов преобразовался в Совет рабочих и солдатских депутатов. Изменилось и название его печатного органа. С № 3 он стал называться «Известия Совета рабочих и солдатских депутатов».

Большую часть заседания Совета 1 марта, на котором обсуждался вопрос о новых основах армейской жизни, председательствовал Н. Соколов. Он же записывал на клочках бумаги основные постановления, принятые собравшимися. Совету не был представлен доклад по указанному вопросу, ибо вопрос возник по инициативе не Исполнительного комитета, а самих солдат. Главными ораторами на заседании Совета были также солдаты. Отвергнув приказ Родзянко о возвращении в казармы и сдаче оружия, солдаты выражали резкое недовольство действиями буржуазного думского Комитета, который пытался надеть на них прежнее ярмо. Солдат Кливанский (Максим) говорил «об угрожающем поведении Временного комитета Государственной думы по отношению к революционному войску». Он заявил, что думские лидеры представляют «партию порядка, которая хочет превратить трудящихся в свое стадо. Эти лидеры боятся, чтобы рабочие и солдаты и крестьяне не вышли из повиновения, и хотят с помощью верных им частей задушить революцию... Солдаты должны не сдавать оружия, а в политических выступлениях подчиняться только Совету» 105.

Солдат Марченко рассказывал: офицеры рассуждают так — пусть солдаты посвоевольничают, потом опять возьмем их в свои руки, будет для них хуже прежнего. Но солдаты не допустят возвращения старых офицеров и выберут свое начальство. Представитель Егерского батальона рассказал, что солдаты батальона изгнали всех офицеров, не присоединившихся к революции, избрали батальонного и ротных командиров, а над хранением оружия установили контроль. Солдат Литовского полка отмечал, что Военная комиссия захвачена офицерами и необходимо создать Военную комиссию из солдат. Солдат Кудрявцев предлагал установить контроль над существующей Военной комиссией. Матрос Соколов призывал брать оружие и не верить Государственной думе и Родзянко.

Из рассказа Тарасова-Родионова можно почерпнуть дополнительные сведения о выступлениях солдат на заседании Совета 1 марта. Один из солдатских представителей возмущенно говорил: «Для этого, стало быть, мы и революцию делали, чтобы опять Государственная дума офицеров нам на шею сажала?!. Обороняться

____

105 «Известия Петроградского Совета рабочих депутатов», 2 марта 1917 г.; Архив Октябрьской революции Ленинградской области, ф. 1000, оп. 73, д. 2, л. 5.

 

мы, конечно, согласны, но разрешите тоже и нам но ндраву себе оставлять офицеров. А тех, кто по мордам нас лупили, тех, что царям и князьям сочувствуют, тех, кто немцу фронт согласны открыть, — нам таких не надобно... Раз у нас теперь свой Совет и все мы признаем сейчас, чтобы и у себя во всех частях ввести ротные комитеты, чтобы продовольствием ведать, пускай эти комитеты и за офицерами наблюдают... Пускай всем этим (оружием. — 3. В.) распоряжаются теперь одни только наши выборные ротные комитеты, и чтоб офицерам ни в каких случаях, ни по каким приказаниям ничего не выдавать. Не выпускай оружья, товарищи!» 106.

Солдат Борисов спрашивал: «Кто будет защищать наши свободы, кто защитит наш Совет? Я предлагаю Исполнительному нашему Комитету немедленно издать строжайший боевой приказ, чтобы весь петроградский революционный гарнизон ни в коем случае никуда отсюда не отправлять». Корнет Сакс из 9-го кавалерийского полка сообщал, что Гучков и Энгельгардт отстранили весь прежний состав Военной комиссии и поставили офицеров из Генерального штаба. «Оставлять военный штаб революции в таком положении нельзя. Все их приказания и распоряжения необходимо теперь проверять очень осторожно и в случае малейших сомнений запрашивать Пополнительный комитет Совета рабочих депутатов. А чтобы были в ней (в Военной комиссии. — Э. Б.) и наши военные представители, я предложил бы выбрать туда от нашей солдатской части Совета равное им количество членов» 107.

Солдат-большевик Падерин из Преображенского полка заявлял, что командная власть офицеров допустима исключительно только в строю и на занятиях. В политических выступлениях мы, солдаты, должны подчиняться только Совету. «И вне службы и строя все солдаты должны быть абсолютно уравнены во всех и политических и гражданских правах. И дурацкое вставание во фронт, и отдавание чести вне службы и строя для солдат должны быть абсолютно отменены. Мы собрались в свой Совет не в бирюльки играть, а делать революцию. И только мы, представители революционных рабочих и солдат, являемся временной революционной властью» 108.

Решение поднятых вопросов Совет предоставил только солдатским депутатам. Они приняли постановление, сводившееся к 8—9 пунктам. В выдержке из протокола заседания Совета от 1 марта, опубликованной в № 3 «Известий Совета», перечислены следующие пункты, как принятые Советом: «Не выдавать оружия. Выбирать ротные и батальонные комитеты, которые заведы-вали бы всем внутренним распорядком полков. Организовать

____

106    А. Тарасов-Родионов. Февраль. М., 1931, стр. 205.

107    Там же, стр. 206.

108    Там же, стр. 207.

 

солдатскую массу в Совете солдатских и рабочих представителей. Подчиняться распоряжениям Военной комиссии лишь до той поры, пока они не расходятся с постановлениями Совета рабочих депутатов. Делегировать в состав Военного Комитета (Комиссии) представителей от солдат». Н. Соколов рассказывал, что Совет также постановил, что «офицерство сохраняет власть над солдатскими массами лишь в чисто военном отношении», политическое руководство должно принадлежать Совету рабочих и солдатских депутатов 109.

Выдвигая вопрос о введении новых правил армейской организации перед Советом, представители некоторых частей гарнизона хотели, чтобы эти правила или хотя бы часть их утвердил также думский Комитет. Б. Энгельгардт рассказывал, что поздно вечером 1 марта к нему пришли выборные солдаты 20 частей гарнизона и заявили, что они «не могут доверять своим офицерам, которые не принимали участия в революционных выступлениях, а посему требуют издания приказа о производстве выборов в ротах, эскадронах, батареях и командах» 110. Солдаты предлагали издать приказ об избрании офицеров, о предоставлении солдатам контроля над всеми хозяйственными операциями части и установлении новых отношений между начальниками и нижними чинами.

Энгельгардт передал требования солдат думскому Комитету. Члены Комитета и Гучков категорически воспротивились принятию этих требований. Они поручили Энгельгардту успокоить солдат обещанием, что в ближайшем будущем будет создана комиссия, которая займется детальной разработкой вопросов внутренней жизни войск и, в частности, обсудит вопросы, поднятые солдатами. Кое-как успокоив солдат, Энгельгардт возвратился в думский Комитет. Но вскоре представители воинских частей вновь вызвали его. Подошел солдат, который отрекомендовался членом Совета рабочих и солдатских депутатов. Он сказал: «Делегация ряда частей требует выработать новые правила военной организации. Совет очень заинтересован этим вопросом и предлагает Временному комитету Думы разработать их совместно». «Я возразил ему, — писал Энгельгардт, — Временный комитет находит опубликование таких правил недопустимым». «Тем лучше, — ответил он мне, — сами напишем». И, круто повернувшись, ушел, не добавив больше ни слова» 111. Так кончилась попытка привлечь к составлению новых правил военной организации думский Комитет.

Как говорилось выше, новые основы военной организации были приняты Советом рабочих и солдатских депутатов на заседании 1 марта. Их осталось превратить в единый документ. Н. Соколов писал, что на этом заседании было кем-то предложено оформить принятые постановления в виде воинского приказа, так

____

109    Н. Соколов. Как родился Приказ № 1. — «Огонек», 1927, № И.

110    «Общее дело», 18 марта 1921 г.

111    Там же.

 

как «мы, военные, привыкли подчиняться не резолюциям, а лишь приказам». Собрание избрало комиссию для осуществления этого предложения, уполномочив ее подписать приказ от имени Совета рабочих и солдатских депутатов 112. А. Садовский сообщал, что составление приказа было поручено не особой комиссии, а солдатам, избранным членами Исполнительного комитета Совета. «В ночь с 1 на 2 марта, — вспоминал А. Садовский, — солдаты, члены Исполнительного комитета, собрались в комнате (не помню в какой), где присутствовал Соколов, которому окружившие его солдаты диктовали пункт за пунктом. Соколов их редактировал и все это вылилось в форме Приказа № 1. Затем Кудрявцев побежал в какую-то типографию, где ночью отпечатали этот приказ и утром распространили по частям» 113.

Шляпников, Садовский и Суханов рисуют примерно одинаковую картину написания приказа. За длинным столом, покрытым зеленым сукном, сидел Соколов, окруженный солдатами — членами Исполнительного комитета или членами специальной комиссии. Они диктовали Соколову параграфы приказа. «Частенько в группе возникали споры, тогда все вставали, переходили к окну, выходящему в запушенный снегом сад, а затем возвращались к столу и вновь продолжали писать» 114.

Солдаты — члены комиссии (или члены Исполнительного комитета Совета), возглавляемые Соколовым, не составили какой-то новый документ, а лишь оформили в виде приказа постановление, уже принятое Советом. Коллективным автором Приказа № 1 явился Совет; этот исторический документ был поистине продуктом народного творчества 115.

В протоколах Исполнительного комитета и пленума Совета нет следов утверждения Приказа № 1 этими органами. После окончательного редактирования он был, видимо, оглашен перед еще не разошедшимися депутатами Совета, вызвав бурю восторга. «Солдаты и рабочие, — писал А. Шляпников, — заслушали приказ в торжественной тишине. Нужно было видеть лица солдат, чтобы понять, какое революционное значение имел тогда этот приказ. Гул одобрения, как будто гигантский вздох облегчения, раздался в душных, набитых комнатах Совета» 116.

На другой день Приказ № 1 за подписью Совета рабочих и солдатских депутатов появился в «Известиях Совета».

Приказ № 1 определял характер новой армии и устанавливал, в чьих руках будут вооруженные силы, кому будут они подчиняться.

____

112    «Огонек», 1927, № И.

113    ЦПА ИМЛ, ф. 124, on. 1, д. 1699, ч. 2, л. 269.

114    А. Шляпников. Указ, соч., стр. 211—212.

115 В свете этого неверно считать автором Приказа № 1 Н. Соколова, имевшего отношение лишь к редактированию приказа, а тем более называть автором приказа Ю. Стеклова, как это утверждается в предисловии к кн.: Ю. Стеклов. Воспоминания и публицистика. М., 1965, стр. 4.

116 А. Шляпников. Указ, соч., стр. 212.

 

Параграф первый приказа гласил: «Во всех ротах, батальонах, полках, парках, батареях, экспедициях и отдельных службах разного рода военных управлений и на судах военного флота немедленно выбрать комитеты из выборных представителей от нижних чинов вышеуказанных воинских частей». В частях, где еще не избраны депутаты в Совет, предлагалось немедленно избрать таковых —по одному на роту. Приказ устанавливал, что «во всех своих политических выступлениях воинская часть подчиняется Совету рабочих и солдатских депутатов и своим комитетам... Приказы Военной комиссии следует исполнять за исключением тех случаев, когда они противоречат приказам и постановлениям Совета рабочих и солдатских депутатов». Таким образом, приказы и постановления Совета объявлялись высшим законом для воинских частей.

Перейдя на сторону народа, признав своим политическим руководителем Совет, солдаты не могли оставить право распоряжаться оружием за старым командным составом — опорой царизма и буржуазии. Оружие должно было находиться в руках революционных солдат. Пятый параграф приказа гласил: «Всякого рода оружие, как-то: винтовки, пулеметы, бронированные автомобили и прочие, должны находиться в распоряжении и под контролем ротных и батальонных комитетов и ни в коем случае не выдаваться офицерам даже по их требованиям».

Подчиняя армию интересам революции, Совет не мог оставить без изменения ее организацию. Приказ № 1 определил основы внутренней жизни воинских частей, установив новые отношения между солдатами и офицерами. В приказе говорилось: «В строю и при отправлении служебных обязанностей солдаты должны соблюдать строжайшую военную дисциплину по всей службе и строя; в своей политической, общегражданской и частной жизни солдаты ни в чем не могут быть умалены в тех правах, коими пользуются все граждане. В частности, вставание во фронт, обязательное отдание чести вне службы отменяется. Равным образом титулование офицеров: ваше превосходительство, благородие и т. п. заменяется обращением — господин генерал, господин полковник и т. д. Грубое обращение с солдатами всяких воинских чинов, и в частности обращение к ним на „ты“, воспрещается и о всяком нарушении сего, равно как и о всех недоразумениях между офицерами и солдатами, последние обязаны доводить до сведения ротных комитетов». Так ликвидировалось унижение человеческого достоинства солдата, сохранившееся со времен крепостного права. Превратившись из послушной «серой скотинки» в революционного борца, солдат завоевал право быть полноправным гражданином России.

Приказ № 1 представлял собой новую армейскую конституцию. Как и всякая конституция, она оформляла и закрепляла то, что было уже завоевано в петроградском гарнизоне, и распространала завоевания революции на всю армию. Приказ был издан Петроградским Советом рабочих и солдатских депутатов по гарнизону Петроградского округа: «Всем солдатам гвардии, армии, артиллерии и флота для немедленного и точного исполнения, а рабочим Петрограда — для сведения». Телеграф находился в руках восставших, и Приказ № 1 тотчас же был передан по всем армиям и гарнизонам и всюду стал руководством к действию. Подобно тому как восстание в Петрограде имело решающее значение для победы революции по всей стране, приказы и распоряжения Петроградского Совета играли важнейшую роль в жизни всех частей действующей армии и тыловых гарнизонов.

Ни одно мероприятие первых дней революции не было встречено капиталистами и помещиками так враждебно, как Приказ № 1. Это и понятно: он отнимал у них армию. Буржуазия и командные верхи видели в приказе начало «разложения» войск. Приказу № 1 приписывали призыв к самочинной расправе с офицерами. На самом деле он предлагал солдатам соблюдать строжайшую военную дисциплину и затруднял расправу с офицерами. На заседании Совета, происходившем 11 марта с участием командования военным округом, говорилось о том, что Приказ № 1 был издан тогда, когда части Петроградского гарнизона остались без начальников, а часть офицеров оказывала сопротивление революции, что именно благодаря Приказу № 1 удалось овладеть движением, предупредить развитие эксцессов 117. Такое же утверждение мы встречаем в воспоминаниях С. Мстиславского. Он пишет, что в дни революции стояла задача «ввести в уставные и дисциплинарные берега разбушевавшееся солдатское море, старый царский устав для этого был непригоден. Положение осложнялось тем, что в Февральской революции не участвовал ни один офицер, — поголовное дезертирство офицеров, восстановление порядка можно было провести только силами и средствами самих солдат... в силу самоустранения офицеров — организоваться без них». 118

Приказ № 1 вводил «разбушевавшееся солдатское море» не в старые, а в новые берега. Он означал начало конца царской армии как опоры буржуазии и помещиков и орудия осуществления их империалистических замыслов. Приказ № 1 закладывал первые основы новой, революционной армии. Именно поэтому буржуазия и верхи армии отнеслись к нему с такой ненавистью. Но их ненависть была бессильной: власть была не в их руках. Б. Энгельгардт впоследствии говорил генералу Куропаткину, что, встав во главе войск Петрограда, он был «хозяином положения только 6 часов. Затем фактическая власть перешла к Совету солдатских и рабочих депутатов и он не мог. предотвратить издание приказа № I»119. Л. Гучков рассказывает, что он узнал о приказе

____

117    ЦГАОР СССР, ф. 5827, on. 1, д. 6, лл. 4-6.

118    С. Мстиславский. Указ, соч., стр. 86.

119    «Красный архив», 1927, № 1 (20), стр. 72.

 

по возвращении из Пскова, тотчас протелеграфировал в Ставку об этом «самовольном» акте Совета рабочих и солдатских депутатов и просил принять меры против его распространения, но сам он что-либо реальное для той же цели не сделал. «В центре, — писал Гучков, — правительство было бессильно по отношению к независимо от него возникшему Совету. Нашу внутреннюю политику мы могли строить лишь на попытках соглашения между Временным правительством и Советом рабочих депутатов... Я, конечно, мог отменить приказ властью министра, но такая отмена не имела бы никаких практических последствий» ,20.

Приказ № 1 укрепил положение Совета рабочих и солдатских депутатов. Н. Соколов отмечал, что до этого приказа руководители Думы относились к Совету как нежелательной организации и даже задавали вопросы, когда он уйдет из Таврического дворца. «С опубликованием Приказа № 1 положение Совета рабочих депутатов резко изменилось к лучшему. Совет как-то сразу осознал себя как реальную величину, опирающуюся на подлинно реальную силу — Петроградский гарнизон. Осознали его как силу и „друзья" революции справа — кадеты и сродные им элементы, которые до этого лишь „терпели" в Таврическом дворце Совет... Солдаты, толпами приходившие в Таврический дворец до опубликования Приказа № 1 и заявлявшие о желании представиться кому-либо из правительства, теперь прямо шли в Исполнительный Комитет представиться и записаться» 120 121.

Солдатские массы увидели в Приказе № 1 больше, чем в нем действительно было написано, и шли дальше того, что он предусматривал. Приказ ослаблял власть офицеров над солдатами, а солдаты стремились полностью ее ликвидировать. В Приказе № 1 говорилось о выборности ротных и батальонных комитетов, а солдаты распространяли принципы выборности на офицерский состав 122.

Новые порядки начали вводиться в армии еще до официального обнародования Приказа № 1. 1 марта во многих частях Петроградского гарнизона началось смещение старого и выборы нового командного состава. В запасном батальоне Егерского полка были отстранены от должностей командиры, не соответствующие

____

120    «Последние новости», 20 сентября 1936 г.

121    «Огонек», 1927, № И.

122    В первом томе «Истории гражданской войны в СССР» (М., 1935 г.) указывается, что в Приказе № 1 Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов был пункт о выборности командиров «но уже при печатании приказа в газете выборность распоряжением Соколова была снята» (стр. 79). Однако доказательства этого они не приводят. В постановлении Петроградского Совета, положенном в основу Приказа № 1, пункта о выборности офицеров нет. В. Миллер в сообщении «Из истории приказа № 1 Петроградского Совета». («Военно-исторический журнал», 1966 г., № 5), указав на несостоятельность отмеченных выше утверждений, связывает призыв к выборам командного состава с листовкой межрайонцев и эсеров (см. стр. 292 настоящей работы).

 

«призванию офицера революционных гвардейских войск». Солдаты Петроградского конного дивизиона избрали командира дивизиона, командира нестроевого отделения, командиров эскадронов и других командиров и начальников из офицеров, примкнувших к революционному движению. Общее собрание Охтенской пехотной команды 1 марта постановило: «Полковника Шелудченко, прапорщика Коханова и фельдфебеля Зюлина как не пользующихся их доверием и как не присоединившихся к общему движению в команду не принимать. Начальником команды просить быть прапорщика Бунакова, а младшими офицерами штабс-капитана Александрова и прапорщика Кубышкина» 123.

1 марта солдаты запасного батальона Гвардейского Московского полка обсуждали вопрос — принимать ли обратно офицеров, покинувших их в решающие дни революции. «Решили не принимать. Вышли все на плац. Привезли приказ Временного правительства с призывом к офицерам присоединиться к своим частям. Офицеры были рады этому, но солдаты закричали: „Не надо их. Арестовать". Подошли солдаты других частей... Офицерам предложили сдать оружие, требовали, чтобы они сдались... Выбрали ротных командиров из своих товарищей солдат, 2-х офицеров арестовали и направили в Таврический дворец» 124.

В некоторых случаях выборы офицеров происходили при участии рабочих-большевиков. В. Каюров рассказывал, как он встретил две роты солдат инженерных войск. Командир обратился к ним с речью, поздравил со свержением старого правительства, говорил, что осталось победить врага внешнего, что Временное правительство призывает солдат к успокоению, просит вернуться в казармы и по-прежнему подчиняться офицерам. «Несколько лиц крикнуло: „Рады стараться". Большинство же смотрело растерянно. Я попросил слова: „Товарищи, разве для замены одного помещика другим на улицах Петрограда проливалась в течение трех дней кровь рабочих? .. Пролетариат не пойдет на заводы, пока не добьется своих прав... Мы сможем успокоиться только тогда, когда у власти станет рабочий и мужик..." — Офицеры молчат... Я предлагаю их арестовать и из своей среды избрать командный состав. Проносится гул одобрения. Тут же избираются ротные командиры» 125.

Так было положено начало борьбе за армию. Будут ли изменены взаимоотношения рядового и командного состава? Остается ли прежняя армия, служившая орудием царского режима, или эта важнейшая часть государственного аппарата будет перестроена на новых началах? Буржуазия стремилась к тому, чтобы оставить царскую армию без сколько-нибудь существенных

____

123    ЦГИА СССР, ф. 1278, оп. 10, д. 34, л. 60.

124    «Правда», И марта 1917 г.

125    В. Каюров. Шесть дней Февральской революции. — «Пролетарская революция», 1923, № 1 (13), стр. 170.

 

изменений, заставив ее служить своим интересам. Рабочие и солдаты, наоборот, хотели разрушить старую армию и заложить основы вооруженных сил революции.

Думский Комитет стремился осуществить свою политику, опираясь на старое офицерство. В условиях развернувшейся всенародной революции это офицерство не могло встать на защиту царизма и после некоторых сомнений и колебаний вынуждено было порвать с ним и признать Временный комитет Думы. Подавляющее большинство командного состава Петроградского гарнизона заявило, что оно будет беспрекословно выполнять все распоряжения думского Комитета и служить верой и правдой новому строю, пришедшему на смену царскому режиму. Два дня — 1 и 2 марта, согласно приказу думского Комитета, шла регистрация командного состава гарнизона. Толпа офицеров всех званий заполнила комнаты, коридоры и лестницы огромного здания Собрания армии и флота. Офицеры складывали свои удостоверения на большие подносы и в корзины для регистрации. Удостоверения офицеров скреплялись подписями работников Военной комиссии Думы. Военная комиссия давала офицерам отдельные поручения, ставила их во главе частей или ограничивалась взятием на учет в предвидении будущих заданий.

В том же помещении Собрания армии и флота 1 марта 1917 г. состоялось собрание офицеров столицы. 1500 участников этого собрания приняли следующую резолюцию: «Офицеры, находящиеся в Петрограде, идя рука об руку с народом и собравшись по предложению Исполнительного (Временного. — Э. В.) комитета Государственной думы, признавая, что для победоносного окончания войны необходима скорейшая организация народа и дружная работа в тылу, единогласно постановили признать власть Исполнительного комитета Государственной думы до созыва Учредительного собрания» 126. На другой день аналогичную резолюцию приняли еще 2 тыс. офицеров, находившихся в столице.

Но поддержка офицерства не могла укрепить позиции Временного комитета Думы. Солдатская масса выражала недоверие и офицерству и Государственной думе. Она сомневалась, искренне ли и надолго офицеры присоединились к народу, — ведь это присоединение призошло уже после победы революции. В. Станкевич вспоминает, что его сообщение об образовании думским Комитетом Временного правительства было встречено солдатами саперного батальона довольно сухо и, хотя он говорил об этом с воодушевлением, «в аудитории чувствовался холодок» 126а.

____

126 Государственный музей Великой Октябрьской социалистической революции (Ленинград), ф. листовок, № 10851.

126а В. Станкевич. Воспоминания. М., 1928, стр. 35.

 

Действия солдатской массы подорвали власть офицерства и всю организацию старой армии. Солдаты сорвали контрреволюционные мероприятия Временного комитета Государственной думы, направленные на восстановление прежнего режима в воинских частях, а главное, не дали себя разоружить. То, что оружие осталось в руках солдат и военная организация царизма была до основания расшатана, ослабляло позиции возникавшей буржуазной власти. Больше того, выступления рабочих и солдат создавали угрозу самому существованию буржуазной власти. Журналист В, Карик в дневнике от 2 марта отметил, что идет агитация против Родзянко, Милюкова и других умеренных членов правительства, что многие большевики призывают солдат не повиноваться офицерам. В более поздней записи (14 марта) он писал, что «рабочие под шпорами большевиков закусили удила и, не считаясь ни с какими обстоятельствами, требуют осуществления программы-максимум — ни копейки меньше» 127. В. Карик явно преувеличивает: осуществления программы-максимум никто не требовал, но борьба за осуществление социал-демократической программы-минимум и прекращение империалистической войны действительно развернулась. На многочисленных митингах раздавались громкие призывы к миру, установлению демократической республики и передаче земли крестьянам.

На одном из митингов оратор разоблачал истинное лицо Родзянко, агитировавшего за войну до победного конца. «Ну еще бы. У него есть, что спасать. Поезжайте, к примеру, в Екатеринославскую губернию. Там десятки тысяч черноземной земли, да и какой еще земли, товарищи! Чья, — вы спросите, — это земля? Председателя Родзянки, — вам ответят, товарищи. Спросите тогда еще в Новгородской и Смоленской губерниях: чьи же эти богатые поместья и чьи эти несметные леса? Председателя Думы Родзянко, — вам ответят, товарищи. А вот вы спросите-ка там жо тогда: И чьи же эти огромные винокуренные заводы? Чей это большой завод, который сейчас поставляет по бешеным ценам на всю нашу многомиллионную армию березовые ложа для солдатских винтовок? Председателя Государственной думы, — вам ответят, товарищи. Ну, почему же тогда, вы скажете, товарищи, и не воевать теперь председателю Думы Родзянко до полной победы?» Эти слова находили единодушное одобрение солдатской массы. В ответ на речи ораторов неслись гневные крики толпы: «Долой Родзянко! Долой войну!»

М. Родзянко 1 марта сообщая Рузскому, что «настала одна из страшнейших революций, побороть которую будет не так-то легко», выражал опасение, что он может быть посажен в Петропавловскую крепость, «так как агитация направлена на все, что более умеренно и ограниченно в своих требованиях» 128. Через день — 3 марта — в разговоре с Рузским по прямому проводу

____

127 «Голос минувшего», 1918, № 4-6, стр. 73.

128 «Красный архив», 1927, № 2 (21), стр. 56.

 

Родзянко сообщил, что в Петрограде вспыхнул солдатский, а по сути дела крестьянский бунт; солдаты — эти «взятые от сохи мужики заявили теперь все свои мужицкие требования». «Только и слышно было в толпе: „Земли и воли!“, „Долой династию!", „Долой Романовых!", „Долой офицеров!". И началось во многих частях избиение офицеров; к этому присоединились рабочие, и анархия дошла до своего апогея» 129.

То, что Родзянко называл анархией, на самом деле было дальнейшим развитием революции. По поводу разговоров об анархии и беспорядках солдаты резонно замечали: «Какая же это анархия? Как о земле речь пошла, так тут и анархия. Да тут всем им такую бы анархию прописать надо!» В дни 28 февраля — 2 марта революционные события в Петрограде развивались с головокружительной быстротой. То, что утром казалось наиболее радикальным, днем вызывало сомнения, к вечеру оказывалось устаревшим. В этой смене проявлялась совершенно определенная тенденция. «Вечером 1 марта, когда окончательно определилась победа революции, — писал Б. Энгельгардт, — ясно почувствовался подъем второй революционной волны, идущей уже против старых порядков, старого уклада жизни, старой дисциплины» 130. На этом новом этапе борьбы рабочие и солдаты выступали не только за полное уничтожение царского режима, по и за устранение от власти буржуазии, выражая ей недоверие.

Думский Комитет и работники Военной комиссии все с большей тревогой следили за тем, что делается на улицах столицы, и озирались па левое крыло Таврического дворца, где помещался Совет рабочих депутатов. Распространились слухи, что толпы народа направляются к Таврическому дворцу, чтобы разогнать Государственную думу, арестовать думский Комитет и передать власть Совету. Полковник Половцев из Военной комиссии писал, что Совет рабочих и солдатских депутатов становился все более «неприятным» учреждением, что он выступает против Государственной думы и прислал своих наблюдателей для контроля за работой Военной комиссии. «Утром 1 марта кто-то начал говорить, что сегодня знаменательный день, что, быть может, его будут праздновать, как французы — день взятия Бастилии. Паль-чинский на это заметил, что, может быть, мы сейчас сами сидим в Бастилии. И, действительно, было довольно паршиво, когда на перроне Государственной думы ораторы призывали толпу уничтожить буржуев, сиречь нас» 131.

А. Тыркова также отмечала усиление влияния левых сил. Она писала в своем дневнике, что из полков прибывают «дурные вести». В то время как лидеры кадетов (генералы без армии —

____

129    «Красный архив», 1927, № 3 (22), стр. 28.

130    «Общее дело», 17 марта 1921 г.

131    П, А. Половцев. Дни затмения. Париж, [б/г], стр. 20—21.

 

подчеркивает Тыркова) доказывают необходимость сохранения монархии, а один из них — В. Маклаков — утверждает, что улица не имеет права изменять основные законы империи, по всему городу происходят митинги и демонстрации, рабочие и солдаты несут красные плакаты с надписями: «Земля и Воля», «Демократическая республика». 3 марта 1917 г. Тыркова записала в своем дневнике: «Сегодня вообще легче, чем вчера. Но опасно еще» 132.

То, что 28 февраля—2 марта поднялась новая волна революции, подтверждается сообщениями, которые поступали в эти дни из столицы в Ставку Верховного главнокомандующего. Эти сообщения исходили от военных властей, которых особенно тревожило настроение солдатских масс, не подчинявшихся офицерам и шедших за рабочими и их Советом. 28 февраля Главный морской штаб докладывал, что «Дума делает попытки собрать войска в казармы и подчинить их офицерам. Но ей надо опереться на какой-либо правительственный акт, который послужил бы началом успокоения». Штаб указывал, что всякое промедление крайне опасно, «может образоваться рабочая организация, которая подымет социалистическое знамя и устранит Думу» 133. На другой день — 1 марта — тот же Главный морской штаб сообщал: «Порядок налаживается с большим трудом. Есть опасность возможности раскола в самом Комитете Государственной думы и выделение в особую группу крайних левых революционных партий и Совета рабочих депутатов» 134. Член Думы Ознобишин впоследствии сообщал, что по предложению Родзянко собралось тайное совещание нескольких думцев в библиотеке, размещенной в одном из дальних помещений Думы. На совещании выяснилось, что Государственная дума постепенно утрачивает власть, которая переходит к Совету рабочих депутатов. «Надо что-нибудь предпринять. Но что-то никто не высказывался определенно. Тогда Караулов сказал, что надо арестовать Совет рабочих депутатов, если Государственная дума дает мне соответствующий мандат, я со своими казаками это поручение исполню. Такое практически жизненное и трезвое решение вопроса ввергло совещание в недоумение. Начался краткий обмен мнений, сопровождавшийся боязливым поглядыванием на двери. Никто не сказал ни „да“, ни „нет“, но количество участников совещания стало быстро уменьшаться» 135. Нерешительность думцев вполне объяснима. У них не было сил, чтобы отстранить, а тем более арестовать Совет (даже казаки не могли явиться надежной опорой). Лидерам Думы не оставалось ничего другого, как заключить соглашение с Советом.

____

132    ЦГАОР СССР, ф. 629, on. 1, д. 20, л. 10-11.

133    «Красный архив», 1927, № 2 (21), стр. 29.

134    Там же, стр. 42—43.

135    А. Ознобишин. Воспоминания. Париж, 1927, стр. 263.

 

Исполняющий обязанности начальника Главного генерального штаба генерал Аверьянов 2 марта телеграфировал Алексееву: «Временный комитет прилагает все усилия удержать войска от перехода на сторону крайней левой рабочей партии и поставить их под команду офицеров, но эти усилия разбиваются энергичной пропагандой Совета рабочих депутатов. Хотя сегодня установлено соглашение между Временным комитетом и Советом рабочих депутатов о необходимости сохранения порядка в войсках и установления связи их с начальниками, но соглашение это ненадежно и разрушительная работа среди войск продолжается» 135а.

События 28 февраля—2 марта укрепили позиции Совета рабочих и солдатских депутатов и выдвинули его на первый план. Полковник Доманевский, командированный Генеральным штабом к главе карательной экспедиции генералу Иванову, доказывал последнему, что ликвидировать развернувшееся движение можно только путем соглашения с умеренной частью Государственной думы и думским Комитетом. Доманевский отмечал, что «в среде восставших обозначилось два совершенно определенных течения: одни примкнули к думским выборным, к Временному правительству, другие — поддерживали Совет рабочих. Первые остались верными монархическому принципу, желали лишь некоторых реформ, стремились к скорейшей ликвидации беспорядков с тем, чтобы продолжить войну, вторые искали крайних результатов и конца войны. До 1 марта престиж думского правительства стоял высоко, и фактически оно являлось хозяином положения по крайней мере в столице. Но было ясно, что с каждым днем положение думского правительства, не поддержанного законом, становилось все труднее, а власть все больше могла перейти к крайне левым. Все это приводило к заключению, что в настоящую минуту вооруженная борьба только осложнит, ухудшит положение, что каждый час дорог и что порядок и нормальный ход можно восстановить легче всего соглашением с Временным правительством» 136.

Новый натиск рабочих и крестьян двигал революцию вперед. Он был направлен не только против любой формы монархии, но и против установления буржуазной власти. Передовые слои пролетариата требовали создания Временного Революционного правительства Советом рабочих депутатов. Правда, широкие слои рабочего класса и основная масса солдат не поднялись до прямой поддержки этого требования. Но, выражая недоверие Государственной думе и ее Комитету, они объективно боролись за осуществление этой цели. Создание Временного Революционного

____

135а «Красный архив», 1927, № 3 (22), стр. 6.

136 ЦГАОР СССР, ф. ЧСК, д. 466, л. 129. Доманевский неправ. Думский комитет не был хозяином положения и до 1 марта.

 

правительства Советом еще не означало бы установление диктатуры пролетариата. Совет рабочих и солдатских депутатов являлся тогда органом революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства, призванным довести до конца буржуазно-демократическую революцию. Но такая диктатура открывала путь к наиболее быстрому и безболезненному переходу к социалистической революции.

В. И. Ленин назвал свое первое «Письмо из далека», написанное 7 марта 1917 г.: «Первый этап первой революции». Процитировав слова Скобелева, приведенные нами в эпиграфе к данной главе, Ленин отметил: «Я не могу судить отсюда, из моего проклятого далека, насколько близка эта вторая революция. Скобелеву там, на месте, виднее... Я подчеркиваю лишь подтверждение „сторонним свидетелем", т. е. не принадлежащим к нашей партии Скобелевым, того фактического вывода, к которому я пришел в первом письме, именно: февральско-мартовская революция была лишь первым этапом революции. Россия переживает своеобразный исторический момент перехода к следующему этапу революции или, по выражению Скобелева, ко „второй револю-ции“» 137.

Вторая революционная волна, развернувшаяся 28 февраля— 2 марта, выражала тенденцию к перерастанию буржуазно-демократической революции в революцию социалистическую. Буржуазия видела создавшуюся для нее угрозу и стремилась во что бы то ни стало отбить эту волну. Она хотела отстранить от власти Совет рабочих и солдатских депутатов и всю власть взять в свои руки, чтобы остановить дальнейшее развитие революции. Борьба за власть обострилась.

Как же она протекала и к каким результатам привела?

____

137 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 31, стр. 36. В. И. Ленин приводит слова М. Скобелева: «Россия накануне второй настоящей революции» по сообщению, опубликованному в «Фоссовой газете» 21 марта 1917 г. (вечерний выпуск). В сообщении говорится, что 2 (15) марта состоялось заседание социал-демократической и трудовой фракций Государственной думы с представителями 15 рабочих союзов, на котором Скобелев и произнес цитируемые Лениным слова. К сожалению, упоминание об этом совещании в русской прессе нам обнаружить не удалось.

 

К содержанию - ВТОРАЯ РУССКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ