Карта сайта

Десять дней отряд находился в тылу ...

Десять дней отряд находился в тылу врага. Он имел задание пожарами ориентировать нашу авиацию на крупные части фашистов, расположенные в некоторых деревнях О'ряд подошел к Пе рищеву, где располагался штаб крупной гитлеровской части. В ночь с 27 на 28 ноября Зоя Космодемьянская и Борис Крайнев вошли в деревню. Крайнев поджег дом, где размещались немецкие солдаты, а Зоя должна была поджечь конюшню...

Космодемьянская не вернулась с задания. А в Петрищеве произошло следующее: Зоя достала из сумки бутылку с бензином, плеснула из нее на строение и уже нагнулась, чтобы чиркнуть спичкой, но ее схватил часовой. Начались допросы, пытки. Об этом советские люди узнали в конце января 1942 г., когда на страницах «Правды» появилась корреспонденция П. Лидова.

Он писал:

«...И вот ввели Зою, указали на нары. Она села. Против нее на столе стояли телефоны, пишущая машинка, радиоприемник и были разложены штабные бумаги. Командир 332-го штабного полка 197-й дивизии подполковник Рюдерер сам допрашивал Зою. Зою спрашивали о том, кто послал ее и кто был с нею. Требовали, чтоб выдала своих друзей. Через дверь, доносились ответы: «Нет», «Не знаю», «Не скажу», «Нет». Потом в воздухе засвистели ремни, и слышно было, как стегали по телу. Через несколько минут молоденький офицерик выскочил из комнаты в кухню, уткнул голову в ладони и просидел так до конца допроса, зажмурив глаза и заткнув уши... Четверо дюжих мужчин, сняв пояса, избивали девушку. Хозяева дома насчитали двести ударов, но Зоя не издала ни единого звука. После опять отвечала: «Нет», «Не скажу», только голос ее звучал глуше, чем прежде. На другой день Зое на грудь повесили отобранные у нее бутылки с бензином и доску с надписью «Поджигатель». Так и вывели на площадь, где стояла виселица. Место казни окружили десятеро конных с саблями наголо, больше сотни немецких солдат и несколько офицеров. Местным жителям было приказано собраться и присутствовать при казни, но их пришло немного, а некоторые, придя и постояв, потихоньку разошлись по домам, чтобы не быть свидетелями страшного зрелища. Один из офицеров стал наводить на виселицу объектив своего «кодака». Зоя воспользовалась этим и, обращаясь к колхозникам и колхозницам, крикнула громким и чистым голосом:

— Эй, товарищи! Что смотрите невесело? Будьте смелее, боритесь, бейте фашистов, жгите, травите!

Стоявший рядом немец размахнулся и хотел то ли ударить ее, то ли зажать ей рот, но она оттолкнула его руку и продолжала:

— Мне не страшно умирать, товарищи! Это счастье умереть за свой народ!.. Вы меня сейчас повесите, но я не одна. Нас двести миллионов, всех не перевешаете, сдавайтесь в плен: все равно победа будет за нами!

Палач подтянул веревку, и петля сдавила Зоино горло. Но она обеими руками раздвинула петлю, приподнялась на носках и крикнула, напрягая все силы:

— Прощайте, товарищи! Боритесь, не бойтесь!»