Карта сайта

Задумываясь в начале 40-х годов о назначении архитектуры ...

Задумываясь в начале 40-х годов о назначении архитектуры, о социальных ориентирах своего творчества, О. Нимейер писал: «Буржуазное жилище, каким бы роскошным оно ни было, уже никогда больше не станет символом нашей эпохи» [2, с. 16]. Но в реальных условиях капиталистического общества просторное индивидуальное жилище (конечно, далеко не всегда именно «буржуазное») всегда занимало в его работе важное место.

Помимо значительности этой темы в архитектуре Запада в целом, разработка проектов индивидуального жилища — чрезвычайно интересная и благодарная профессиональная задача: многообразие условий строительства и взаимоотношений будущего здания с существующим окружением, выражение в объемно-пространственной структуре специфики образа жизни и деятельности владельцев, а в облике здания — характера семьи, ее ценностных ориентаций и вкусовых предпочтений, соотношения представительности и интимности, замкнутости и раскрытости и т. д. Наконец, в силу относительно скромных размеров, профессиональной разработанности функционально-планировочных и конструктивно-технических решений, а также достаточной свободы, обычно предоставляемой будущим владельцем проектировщику в выборе конкретных средств выразительности, строительство индивидуальных жилых домов в процессе развития архитектуры капиталистического общества часто становилось своеобразной экспериментальной площадкой для поисков и проверки в натуре замыслов новых планировочных, композиционных и декоративных приемов, оригинальных деталей.

В 40—50-е годы проектирование О. Нимейером многочисленных особняков и дач дало важные художественные результаты.

Особое внимание архитектор уделяет поиску соответствия топографическим условиям участка. Особняк в Рио-де-Жанейро (проект 1949 г.) подобно мосту перекинут через небольшой тальвег. При строительстве на рельефе Нимейер размещает основные помещения со стороны открывающегося вида или ярусами по уклону.

Планировка особняков и вилл задумывалась им, как правило, возможно более свободной, раскрытой прозрачными главными фасадами в пространство, где каждое помещение промывается свежим, смягчающим летнюю жару и духоту воздухом.

Характерные для проектов Нимейера этих лет зримая легкость и прозрачность доведены едва ли не до предела в загородном доме Э. Кава-неласа в Педру-ду-Риу (1954 г.). Одноэтажный, несколько вытянутый в плане прямоугольный остекленный объем перекрыт по длинной стороне гибкой металлической пространственной структурой, подвешенной по углам к мощным устоям, которые облицованы естественным камнем Подчеркивающие прозрачность дома — почти палатки — свободно стоящие каменные стены, в одну из которых вмонтирован камин, выгораживают комнату дневного пребывания. Напротив, особняк Ф. Пейшоту в Катагуазисе (1949 г.) трактован как традиционное убежище со сложным планом, ставнями-жалюзи на окнах и со скатной крышей, свес которой опирается на деревянные стойки.

В особняках Пруденти ди Мораис (1943—1949 гг.) и Л. Миранда (1952 г.) Нимейер ввел в строительную практику наклонные фасадные плоскости. Новый характер приобрели солнцезащитные устройства. Задуманные как чисто функциональные конструкции, они в разработках бразильских мастеров Л. Коста, А. Рей-ди, братьев Роберту и других достигли огромного разнообразия, стали важнейшим средством художественной выразительности, создания регионально конкретного образа О. Нимейер выделяет и подчеркивает именно декоративную, подчас символическую роль солнцезащиты.

1 В 50—60-е годы различные вантовые покрытия получили широкое распространение в Бразилии, особенно в проектах архит. С. Бернардиса (выставочные павильоны в Сан-Паулу, Рио-де-Жанейро, Брюсселе и др.).

Проект гостиницы «Mayа»

Проект гостиницы «Mayа» («Китандиньа») в Петрополисе, 1950 г. Планы номеров, перспективы номеров

Проект гостиницы «Mayа» («Китандиньа») в Петрополисе, 1950 г. Планы номеров, перспективы номеров

 

Преуспевающий архитектор, О. Нимейер строит новые дома и для собственной семьи. В 1949 г. в Мендисе, недалеко от Рио-де-Жанейро он построил небольшую одноэтажную дачу. Расположенный на зеленой поляне среди холмов домик программно прост. Он компактен и уютен. Общая комната, занимающая всю ширину здания, и три небольшие спальни обращены на восток — к океану, вспомогательные помещения — в противоположную сторону. Перед каждой комнатой имеются изолированные террасы, деревянные солнцезащитные решетки которых придают домику замкнутость, интимность и традиционность. Декоративность решетки подчеркнута ее более редким шагом в верхней части. Сельский образ усилен отказом от цоколя, односкатной крышей и вынесенной на боковой фасад вертикалью каминной трубы.