Карта сайта

С противной стороны тоже не дремлют, как видно ...

С противной стороны тоже не дремлют, как видно из переменности "счастья", т. е. из возрастания ввоза, несмотря на усиление окладов и на подвоз донецкого угля. Что же делают для этого? А просто и прямо сбавляют цену. Но на местах добычи или отправки нельзя в Англии изменить цен угля, потому что там цены назначаются для миллиардных масс угля и по ним идет плата рабочим, следовательно, для миллионов пудов менять всего общего дела нельзя. Это не то, что у нас, где уголь казне, либо железным дорогам продают много дороже, чем частным покупателям, а за наличные так делают и того большие уступки.

Ничего этого нельзя проделать в Англии даже для целей борьбы. А все же сбавлять цены английского угля в Одессе можно, потому что цена угля при провозе почти удваивается. Можно сбавлять цену фрахта. Он дело личное, частное, случайное и очень изменчивое. Его и сбавляют. Это не скрывается, это ясно из публикуемых отчетов, часть которых, собранную в Министерстве финансов при изучении таможенной пошлины на уголь, Вместо 12 шилл. с тонны фрахты понижены до 7-8 шилл., т. е. в 1 1/2 раза, или на 4 1/2 шилл. с тонны, что составляет около 2 1/4 коп. зол. с пуда или (курс 150) около 3 1/3 коп. кред. На этом не останавливаются. В октябре 1890 г. фрахт ньюкастельского угля дошел до 5 шилл. с тонны, а в октябре 1881 г. он был 10 шилл., т. е. понизился в два раза. Кредит, устроенная торговля со складами и известность свойств английских углей сильно клонят на их сторону шансы борьбы противу выступающих новичков, неопытных во всем этом деле, да и мало капитальных. Стоит ослабить таможенную поддержку - победа наверное на сей момент останется за английским углем, а русские начинатели разорятся и, пожалуй, закаются принимать участие в таком народном экономическом деле, хотя казацкий дух и будет привожу для июля, когда подвоз английского угля к Одессе наибольший. Средние июльские фрахты за провоз тонны каменного угля из Англии в Одессу в шиллингах: привожу для июля, когда подвоз английского угля к Одессе наибольший. Средние июльские фрахты за провоз тонны каменного угля из Англии в Одессу в шиллингах:

их звать на борьбу, где ставкою служит не цена угля а уже вся жизнь. Поэтому, затеяв борьбу в данном пункте, следует, ради общего результата, не ослаблять ее понижением окладов. Возвышать их нет основания. Ухудшение курса, происшедшее в текущем 1891 г. и отвечающее малой урожайности хлеба, уже служит к усилению покровительства, потому что удорожает иностранный товар; но нет никакого основания и ослаблять таможенную поддержку начавшимся усилиям, тем больше, что совершенно то же, что делается в Одессе, следует проделать и в Балтийском море, а для этого необходимо устройство новых вывозных железных дорог и больших каботажных пароходов, к чему необходимо собрать силы и средства.

В результате мое мнение сводится к тому, что при пересмотре к июлю 1892 г. пошлины на уголь, ввозимый в порты Черного моря, следует назначить на каменный уголь пошлину не менее 4 коп. зол. с пуда, на кокс не менее 6 коп. зол. с пуда, а при пересмотре к 1898 г. тарифа на уголь, привозимый в балтийские порты, такую же пошлину следует назначить и для портов этого моря, потому что с нею донецкий уголь может вступить в борьбу с английским углем даже в Кронштадте, если к тому времени успеют развиться вывозные средства донецкого угля для доставки его к морю, а именно: регулируется сплав по Донцу и Дону, разовьется разработка копей угля около берегов Донца, построятся специальные пути для подвоза южно-донецких углей к морю, и начнет расти русский каботажный флот. Все эти задачи первостепенные, все легко выполнимы, потребуют лишь немногих правительственных средств, все они обещают участникам крупные выгоды, а России - свой уголь и начало своей промышленности, силу и корни которой должно искать прежде всего в донецких углях. Борьба этих углей с английскими в Одессе есть борьба важная: победа там откроет возможность победы и в других местах. Окончив то, что я считал необходимым сказать об отношении угля к таможенному тарифу, перепечатываю вышеупомянутую свою статью 1888 г., потому что в ней, под живым впечатлением виденного на месте, сказалось многое конкретное так, как я не могу теперь писать, обсуждая всю совокупность статей тарифа.

МИРОВОЕ ЗНАЧЕНИЕ КАМЕННОГО УГЛЯ И ДОНЕЦКОГО БАССЕЙНА

Много, много веков в земле пластом лежат, не шевелясь, могучие черные великаны. По слову знахарей их поднимают в наше время и берут в услугу. Без рабов стали обходиться, а сделались сильнее, такие дела великанами производят, о каких при рабах не смели думать. Черные гиганты шутя двигают корабли, молча день и ночь вертят затейливые машины, все выделывают на сложных заводах и фабриках, катят, где велят, целые поезда с людьми или с товарами, куют, прядут, силу хозяйскую, спокойствие и досуг во много раз увеличили. Не из сказки это, - из жизни, у всех на глазах. Эти поднятые великаны, носители силы и работы - каменные угли, а знахари - наука и промышленность. Людей на свете живет около 1500 млн. Если бы все они, ничего другого не делая, только вертели бы машины во всю силу по 8 часов в день, ели да спали бы, то они при всем усердии производили бы постоянную работу меньшую, чем в 50 млн. паровых сил.

Если бы люди заставили с собою работать, также по 8 часов в день, все 50 млн. лошадей и все 170 млн. разведенных и прирученных быков и коров, то и тогда работа только удвоилась бы, т. е. в каждый момент, общими усилиями всего мира, могущего работать, можно было бы достичь не более 100 млн. паровых сил. Подобное, крайне изнурительное, напряжение сил сгубило бы весь живой труд в очень короткий срок, и всю работу возможную во всем мире для людей и рабочих животных, едва, можно сказать, достигающею до 35 млн. паровых лошадиных сил. А в мире ныне уже действует не меньшая сила пара. Считают около 25 млн. лошадиных сил в паровозах, около 5 - в пароходах и не менее 15 млн. сил в постоянных заводских и фабричных машинах. Если принять, что половину времени все эти машины не работают, а при работе потребляют в час на каждую силу 1 кг угля или 1/100 τ оказывается, что для исчисленного количества паровых машин в год требуется около 200 млн. или около 12 000 000 000 пуд. каменного угля. Его добывается в два раза более не только потому, что паровым машинам не дают предположенного отдыха, но и потому, что каменный уголь употребляют для множества других целей, кроме одного создания силы, увеличившей людское могущество по крайней мере в два раза. Конечно, и без каменного угля люди не только топили свои дома, делали чугун и железо, исполняли машины, гнали водку, испаряли свекловичный сок для добычи сахара и т. п., но с ним всего этого стали добывать во много раз больше и гораздо дешевле. Это доказывать нет необходимости.

Дело, однако, не в механическом могуществе машин, если ими управляет слабый человек; суть в другом. Пушкину казалось, что Все куплю - сказало злато, Все возьму - сказал булат. Так оно и было еще недавно, еще в пушкинское время. А теперь бы следовало сказать как-нибудь иначе, следовало что-нибудь прибавить о могуществе восставших черных гигантов, потому что в них сила непобедимая и быстро растущая. Посмотрим для убеждения на цифры. Они очень прозаичны, их приходится искать в кропотливых трудах статистиков, но в их прозе есть свое красноречие. Сократы и Цицероны убеждали, конечно, иной прозой, а многое из того современные поэты воспели стихами. И грубую прозу статистики они когда-нибудь облекут в стихи, потому что цифрами открывается сила, власть, людские слабости, пути истории и много других таких сторон мира, которые вдохновляют поэтов. Вот, например, выписка из "History of prices since the year 1850, by Michael G. Mulhall" (London, 1885, p. 72).

Англия, отечество автора этой интересной книги, десятки лет преобладает в общей мировой пропорции, и только за последние годы ее добыча менее, чем всех остальных стран, как это видно из более подробных данных, например для 1880 г.:

Россия поименована вместе с другими, не упомянутыми странами, добыча которых сравнительно мала. По официальным данным горного департамента (Горнозаводская производительность России в 1885 г., ч. II, 1888, стр. XXIII), в России было добыто каменных углей (в пудах) [см. стр. 391]. Следовательно, добыча России в 1880 г. была не более 373 млн. т каменного угля, или менее 1% всемирной добычи, которая растет и растет крупно в целом свете. Она возрастает год от году и у нас, особенно со времен прекращения крепостной зависимости и появления железных дорог. До 60-х годов добыча мала, потом все растет явно. Так, например, в 1876 г. вся наша добыча равнялась 112 млн. пуд., в 1880 г. - более 20, в 1885 г. равнялась 261, а в прошлом 1887 г. была уже разве немногим менее 300 млн. пуд. Общую же добычу угля в прошлом году нужно считать превосходящею 400 млн. т, или достигающую до 25 млрд. пуд. в год. Из 1500 млн. жителей земного шара в России около 110-120 млн.