Карта сайта

Но это требует лесохозяйственных мер ...

Но это требует лесохозяйственных мер, а они расходов, и немалых. Однако, приняв во внимание нужду в железе и великую для того пригодность именно приуральских и уральских лесов, тут легко выйти не с убытком, а с явным и немалым доходом, назначив "попенную" плату разумную и совершенно определенную заранее на долгий срок, например лет на 50 вперед. Такою платою для мест, близких к рекам и железным дорогам, я с своей стороны считаю 1 руб. с куб. сажени, для мест же, удаленных от рек и железных дорог, равно и для мест очень северных, труднее эксплуатируемых, та оплата должна быть постепенно сбавляема - копеек до 25 с куба "попенных". Сдача в долгосрочную аренду, мне кажется, должна практиковаться только для заводчиков, обязующихся выплавлять столько-то чугуна в год, а для остальных должна вестись на сроки краткие, лет на 10-20 не более, и по жребию, а не с торгов, где набавка цен может иметь только кажущийся, фискальный интерес, а не будет отвечать государственной надобности в скором и верном развитии железного дела на Урале и в удешевлении там чугуна, железа и стали.

Да и сумма доходов у казны тогда выйдет, вероятно, наибольшею, потому что на дешевом топливе, от казны легко получаемом, скорее всего можно ожидать возникновения сразу многих предприятий всякого размера, а они-то и надобны для скорого роста железного дела на Урале. Развивать все это до мелочей мне здесь вовсе неприлично, на то есть свое Лесное ведомство, от просвещенных представителей которого я не раз слышал много прекрасных мыслей о лесном деле в уральских краях. Неуместно мне входить здесь также и во многие другие стороны дела, хотя близко соприкасающиеся с выработкою железа (таковы, например, вопрос о правах на "недра", долженствующий встать на очередь тотчас за полным уяснением прав на "поверхность" земли; о правах на "отводы", о ссудах, о банках и мало ли еще какие иные вопросы Урала), но уже более общего характера и притом требующие особо подробного рассмотрения и изложения. А мне пора кончить, потому что и без того книга вышла гораздо большею, чем можно было рассчитывать, приступая к ее составлению. Виною этому первее всего обширность Урала, его безграничные богатства, едва початые, и важность задач, выпавших на составителей книги, положивших в нее крайнее свое разумение и спешивших изложить узнанное так скоро, как только было возможно. По причине этой спешности да простят нам возможные у каждого пропуски и ошибки. Но не прощайте мне, когда не оправдается уверенность в полном успехе, если выполнится то, о чем говорил выше. Выполнить это можно года в два или три, и если чрез пять лет после выполнения всего вышеуказанного спокойный ход русских дел - как ныне -сохранится, а железо на Урале не станет дешевле, чем в Германии, Франции, Англии и Бельгии, я буду виноват, хотя бы и не дожил до того времени. А если жив буду и оправдается -порадуюсь от всего сердца.

Но сперва надо выполнить, и без пропусков, все то, о чем говорено выше. Если же упущения сделаются, хотя бы на вид и малые (вроде отнесения железных заводов к тому или иному министерству), вину на меня прошу не налагать, потому что в природе дела связь всех девяти перечисленных мер несомненна. Отправляясь на Урал, я знал, конечно, что еду в край богатый железом и могущий снабдить им Россию. Поездивши же по Уралу и увидевши его железные, древесно- и каменноугольные богатства глазами не только своими, но и трех моих деятельных спутников, я выношу убеждение, неожиданное для меня: Урал - после выполнения немногих, не особо дорого стоящих и во всяком случае казне выгодных мер - будет снабжать Европу и Азию большими количествами своего железа и стали и может спустить на них цены так, как в Западной Европе это просто немыслимо. Такое убеждение сторицею вознаграждает меня за труды поездки и позволяет спокойно приняться за другие дела, стоящие на моем череду. Вера в будущее России, всегда жившая во мне, прибыла и окрепла от близкого знакомства с Уралом, так как будущее определится экономическими условиями, а они -энергиею, знаниями, землею, хлебом, топливом и железом более, чем какими бы ни было средствами классического свойства.

УГОЛЬНАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ РОССИИ КАМЕННЫЙ УГОЛЬ И ДРУГИЕ ВИДЫ ТОПЛИВА

Топливо, а особенно каменный уголь, в наше время составляют первейшее - после людей -условие всего промышленного развития всякой страны и всякой ее части, потому что при помощи его передвигаются люди и товары, т. е. совершается главная сухопутная и водная торговля, движущая промышленность. Топливом же работают машины фабрик и заводов, умножающие людскую силу, на топливе идут все многочисленные (например, металлургические, стеклянные, гончарные и т. п.) огневые превращения, совершаемые на заводах, и топливом производится большинство нагреваний и испарений, столь обыкновенных во множестве случаев, начиная с нагревания кухонных очагов и кончая паровыми ваннами, действующими на большинстве заводов, в каждой аптеке и в каждой красильне или сушильне. Каменноугольное топливо определяет всю промышленную, а от нее и всю мировую политическую силу Великобритании. Если бы С.-А. С. Штаты не имели своего каменноугольного топлива в таком же, если еще не в большем изобилии, чем Англия, они не могли бы составить той новой и важной мировой силы, которая доныне одна в состоянии противопоставиться с великобританскою.

И если бы Россия не обладала своими, едва початыми, запасами столь же громадных каменноугольных залежей, как Англия или С.-А. С. Штаты, нельзя было бы никогда и никакими тарифными или иными способами достичь широкого промышленного развития нашей страны. А так как и с этой стороны естественные условия России чрезвычайно благоприятны, только не развиты и еще мало кому в должной мере ясны, то, исследуя русскую промышленность со стороны возможного ее роста, считаю необходимым особо остановиться на различных вопросах, представляющихся в отношении к топливу, как одному из важнейших корней всего промышленного роста. Посетив в 1887 и 1888 гг. все главные места богатейшего русского каменноугольного бассейна, а именно Донецкого, я тогда же написал статью об этом предмете. Она помещена в журнале "Северный вестник" за 1888 г. и далее воспроизводится в этой книге44.