Карта сайта

Однако теплее от этого не стало ...

Однако теплее от этого не стало. Ведь экипировка наша была рассчитана на летние месяцы.

Подошло к концу короткое полярное лето. Солнце уже на долгое время прячется за горизонт. Нужно спешить, чтобы добраться до Нижних Крестов — конечного пункта нашего водного маршрута.

Река Погынден слила свои воды с многоводным и быстрым Анюем. На два часа остановились в поселке Анюйск, бывшем остроге первых казаков-землепроходцев. Заходим на почту: даем телеграммы домой и в клуб туристов. Берем газеты почти двухнедельной давности. Но для нас они свежие. Пополняем запасы горючего, продовольствия и курева.

Один из старожилов Анюйска посоветовал нам идти дальше не по Малому Анюю, который здесь сильно петляет, а по протоке Мальчиковой, впадающей в Колыму на 20 километров ниже, чем Анюй.

Разбиваемся на две вахты и идем круглосуточно...

Волна с шумом обрушилась на резиновую лодку, перекатилась через нее и унесла в темноту ночи запасные весла. Резкий порыв ветра подхватил ее и погнал на темнеющий у берега лесной завал.

— Все на правый борт! Навались на шесты! — перекрывая шум воды и ветра, скомандовал старший по вахте Петр Лукоянов. Послышался треск — это сломался шест, а через минуту от неожиданного толчка полетели за борт двое вахтенных.

— В лодке пробоина, вода затопляет кормовой отсек,— доложил моторист Юра Уваров.

Ветер грозил опрокинуть лодку.

— Руби стойки кабины! Нужно уменьшить парусность!

Упираясь плечами в скользкую резину, они еще и еще раз подводили брезентовый пластырь под пробоину. А разыгравшаяся стихия, словно озлившись на молчаливое и ожесточенное упорство людей, рвала из рук коробившийся брезент и валила с ног. А потом два часа лодка кружила по кипящему озеру, то и дело наталкиваясь на полузатопленные деревья и рискуя снова пропороть ненадежную резину бортов. В это безымянное озеро нас привела протока Мальчиковая, а теперь в сгустившейся темноте мы не можем найти ее продолжение и бесцельно кружим по озеру.

— Ура! Вот эта заколдованная протока, — вздохом облегчения вырвался крик у вахтенного.

Через полчаса напряженных усилий удалось завести один мотор. За кормой появились буруны. На горизонте забрезжил рассвет...

Нижние Кресты — воздушные ворота Чукотки. Отсюда началось наше воздушное путешествие на самолетах полярной авиации. За несколько оставшихся дней отпуска мы побывали на гнездовьях канадского гуся, увидели многотысячные оленьи стада, участвовали в охоте на моржей, ознакомились с рыболовными промыслами.

За сорок дней участники экспедиции прошли пешком по Чукотке более 200 километров в горах и в тундре, проплыли около 700 километров на резиновой лодке по порожистым рекам. В памяти остались бесчисленные встречи и знакомства с героями чукотских будней: старателями, рыбаками, геологами.

И пусть нам не удалось в этот раз разыскать овеянную легендами Серебряную гору, разгадать тайну Серебряного льда Пильхуэрта-Нейку, но мы совершили увлекательнейшее путешествие. А поиски Серебряной горы продолжим в следующем году.

Л. Мельникова, Ю. Мельников

СКВОЗЬ ДЖУНГЛИ СИХОТЭ-АЛИНЯ

Нас шестеро. Трое из нас достаточно хорошо знают особенности и слабости друг друга, так как не один раз ходили вместе в походы. Другая половина группы ни о ком не имеет подробных сведений, даже друг о друге.

Получится ли из нашей группы хороший коллектив, покажет время.

Собрались мы на Дальний Восток, чтобы пройти от берегов Амура через Сихотэ-Алинь к таежной реке Тум-нин и спуститься по ней на байдарках до Тихого океана. Всего около 500 километров, из них 70 километров пешком по тайге через перевал, а остальные — по водному бездорожью.

От Комсомольска-на-Амуре до рыболовецкого колхоза Ново-Ильиновки добрались катером, а оттуда на лошадях, которых мы с трудом взяли в колхозе, в Карги.

Первый день похода. Мы в Каргах. Афанасий Михайлович — наш проводник. С нами кроме Афанасия идет в качестве погонщика еще молодой нанаец Коля.

Наконец лошади навьючены. Идем по болоту. Дальше—лес. На каждом шагу поваленные деревья.