Карта сайта

В ВЕРХОВЬЯХ - часть 5 - Эксперты восхищались отделкой изделий ...

Эксперты восхищались отделкой изделий, привезенных купцом "из России. Перочинный ножик легко, как морковку, перерезал твердое дерево карандаша.

— Какая закалка! Лезвие ножа нисколько не затупилось. Замечательный русский фабрикант!

А «замечательный фабрикант», чье имя осталось никому не известным, в это время стоял за верстаком, с засученными рукавами, обливаясь потом. Сынишка его, красный от натуги, наводил на ножи глянец. Дочка же, напевая песню, вертела точило. Звенела сталь и мелькали золотистые искры.

«Таких людей, — писал А. М. Горький, — я видел не мало, и, вероятно, это они внушили мне уверенность, что пролетариат может создать свое искусство, свою культуру, даже находясь в плену у буржуазии. Сколько талантливых людей бесплодно истратили оригинальные дарования свои на грошевый труд, притупляющий разум, на труд ради нищенского куска хлеба».

Лес и в наше время имеет огромное значение в советском народном хозяйстве. Дерево везде необходимо — на стройках заводов, фабрик, домов, при прокладке железнодорожных путей. Лес необходим на автомобильных и вагоностроительных заводах, заводах сельскохозяйственных машин, которых год от года нам требуется все больше и больше. А горная и угольная промышленность, могут ли они обойтись без крепежного леса? Наконец, и в настоящее время еще очень много общественных зданий и жилых домов отапливается дровами.

Через болота и леса, расположенные на огромном пространстве Заволжья, течет местами через каменистые пороги речка Унжа. Пробирается она к Волге, раздвигая свои берега, на которых растут ели и могучие сосны, желтея на закате прямыми стволами.

Освободится Унжа ото льда, наполнится талой водой, широко-широко разольется и понесет на себе лес к Волге. А буксиры поспешат отвести плоты поскорее в Балахну на переработку древесины на бумажном комбинате и картонной фабрике.

В старое время в России не было мощных деревообрабатывающих заводов. Маленькие кустарные лесопилки на Волге всего на одну-две рамы производили, пожалуй, только одни доски.

В наше время крупнейший Балахнинский целлюлозно-бумажный комбинат выпускает целлюлозу и несколько сортов бумаги.

Вплоть до первых морозцев лес идет плотами в Балахну. Здесь тракторы безостановочно вытаскивают из воды на отлогий песок мокрые бревна.

На пригорке стоят сияющие электрическим светом огромные здания. В них, сквозь строй оглушающих машин, проходят бревна. Они расщепляются, как в мельнице, между камнями, которые, точно жернова, превращают их в древесную крошку. Крошка закладывается в котлы, где налита варочная кислота, и кипит в них, выделяя, как сало из жирного мяса, — смолу и разные примеси, превращаясь в целлюлозу, из которой изготовляются картон, бумага, искусственное волокно, целлофан.

Железобетонная плотина Горьковского гидроузла закрывает у Городца ход судам.

Большое, глубокое водохранилище разливается отсюда как громадное озеро по верховой волжской долине, подходя к городам и селениям вплоть до города Кинешмы. Вот и еще одно искусственное море, в два раза превышающее по площади Цимлянское! Горьковская гидростанция — это еще одна «фабрика электрической энергии». Отсюда течет электрический ток для промышленных предприятий и сельского хозяйства всего лесного края.

О а поворотом реки, на розоватом фоне утреннего неба виднеется «Красное Сормово» — судостроительный завод, выпускающий дизель-электроходы, речные ледоколы, теплоходы, землечерпалки, нефтеналивные баржи и подъемные краны.

Лет сто назад у нас на Волге еще не было своих заводов, где могли бы строить пассажирские пароходы. Приходилось выписывать их из Голландии и в разобранном виде доставлять на Волгу. Здесь рабочие Сормова «собирали» пароходы.

На таких пароходах тот, кто мог заплатить за проезд подороже, не дрожал осенью от пронизывающего холода, а грелся в каюте около чугунной печки и мог вечерами даже читать при свете керосиновой лампы.

Пароходы ходили на дровах. Бывало, идет пароход, и вместе с клубами дыма из его трубы дождем сыплются искры. И нередки были случаи, что ночью, когда все пассажиры крепко спали, на открытой палубе, где были сложены дрова, стояли баки с керосином и плетеные корзины, — возникал пожар.