Карта сайта

ГЛАВА СЕДЬМАЯ - часть 4 - И потом словно все замерло ...

И потом словно все замерло, оцепенело вдруг в страшный миг предательства: Иуда поцелуем выдает Христа римским воинам. Потом Христа ведут в суд, и вот, наконец, сцена суда. Римский наместник Пилат облачен на этой фреске в золотую кольчугу, корону и по-восточному пышные одежды. Пилат предложил освободить Христа в соответствии с праздничным пасхальным обычаем, но народ, подстрекаемый жрецами, потребовал свободы убийце Варравве и смерти Христу. И тогда Пилат, желая быть непричастным к убийству, умывает руки перед народом. Вот он, этот великолепный Пилат, на троне, и слуга, льющий ему на руки воду из золотого кувшина, и другой слуга, уходящий, изображенный в свободном повороте спины.

Дальше сцена распятия, и солдаты, разыгрывающие в карты одежду казненного, и снятие с креста. И все это удивительно по цвету, непринужденно, изящно и выразительно.

На галерее преобладают библейские темы: сотворение мира, грехопадение, изгнание из рая. Одной из лучших композиций этой церкви считается шествие зверушек парами на Ноев ковчег, который должен спасти их от потопа...

Я не спеша возвращаюсь по переходам навстречу новой экскурсии. По этим переходам можно, не спускаясь на землю, обойти весь Архиерейский дом, именуемый с 1825 года ростовским кремлем. Игорь Грабарь писал, что ростовский кремль — это «не крепость и даже не замок. Это ограда, органически слившаяся в одно целое с церквами, палатами и переходами».

Кремль был детищем Ионы, и после смерти его строительство стало постепенно затухать. Дело в том, что богатейшая митрополия оскудела. Уже в тот самый год, когда ушел на покой и вскоре после этого умер Иона, Петр Первый перечеканил в серебряные монеты чуть не четверть тонны серебряной посуды из митрополичьей кладовой. За восемь лет Петр выкачал из Ростовской митрополии пятнадцать тысяч рублей. Выходят указы, запрещающие дальнейшее строительство, требующие отсылки каменщиков в новые петровские города и крепости — в Азов, Таганрог, Воронеж. Еще в 1693 году пир шел горой на Архиерейском дворе, а в 1708 митрополит Димитрий Ростовский, знаменитый духовный писатель, жалуется патриарху Иову, от которого получил всего-навсего полбочки соленой рыбы: «Не имам чем воздать».

Когда же в последней четверти восемнадцатого века митрополия была переведена в Ярославль, ансамбль митрополичьего дома был отдан под склады вина и соли, под различные службы, под жилье и даже под стойла. Тогда же погибло много книг и рукописей, а к концу прошлого века многие заброшенные здания лежали уже в развалинах. К 1818 году кремль пришел в полное запустение, и, когда решено было строить в Ростове каменные торговые ряды, инженер Бетанкур, составлявший проект, написал следующее:

«Сколько для выгод построения гостиного двора, а не меньше для отвращения безобразия и опасности в городе древний, ветхий и уже к падению клонящийся Архиерейский дом с принадлежностями и с некоторыми уже совершенно разрушившимися церквами, в коих давно и богослужения нет, разобрать и материал употребить на вышеупомянутую постройку».

И все же ростовскому кремлю повезло, пожалуй, больше, чем любому другому провинциальному архитектурному ансамблю. Начать с того, что еще в восьмидесятых — девяностых годах прошлого века началось планомерное восстановление кремля на средства местных патриотов, любителей древности. Сбор средств и восстановление организовали И. Шляков и А. Титов. Купцу и краеведу А. Титову принадлежит особая заслуга в сохранении кремля, в бережном подходе к его реставрации, а также в собирании и публикации древних рукописных материалов и собственных работ по истории Ростова.

Ростову повезло и в наше время. После страшного урагана 1953 года кремль начали реставрировать особенно энергично. Архитекторы вели здесь научную работу, определяя и восстанавливая наиболее древние из сохранившихся элементов. Государство выделило на реставрацию большие средства. Конечно же, со временем подобным образом будут восстановлены и другие провинциальные русские кремли. Тем важнее изучить опыт реставрации и опыт использования ростовского кремля как архитектурного заповедника. Мне уже приходилось говорить на эту тему и с руководством Ярославо-Ростовского заповедника в Ярославле, и с директором музея в Ростове, и с Зоей Александровной, ведающей в здешнем райкоме пропагандой. А на сегодня у меня было назначено свидание с председателем горсовета товарищем Истратием — на вечер, после всех его председательских трудов и заседаний.