Карта сайта

ОСТОЖЕНКА

Продолжая Волхонку, древняя эта улица, а сперва дорога, тянулась параллельно берегу Москвы-реки к Лужникам, а там по броду выходила на старый смоленский путь. Слева от нее простирались густые заливные луга, где после покосов стояли стога сена — остожье. Отсюда и имя улицы — Остоженка. В старину ее называли сокращенно и Стоженной.

В середине XVI века Иван Грозный забрал эту местность в опричнину, с тех пор лучшие участки на ней заняли крупные дворяне, фамилии которых до сих пор живут в названиях примыкающих переулков — Хилков, Всеволожский, Лопухинский, Еропкинский и др.

В 1612 году на Остоженке находился стан князя Д. М. Пожарского. Отсюда начался разгром занявших Москву войск гетмана Хоткевича.

Остоженка ранее, чем Волхонка и соседняя Пречистенка, утратила свой аристократический лоск; с середины прошлого века дворы здешней знати перешли в казну или купеческие руки. Улица захирела: основное население ее составляли мелкие торговцы и ремесленники, чиновники низших классов, студенты и небогатая служилая интеллигенция, снимавшие у купцов-домовладельцев дешевые квартиры. Немало на Остоженке было трактиров и иных злачных мест. В повести «Юность» Л. Толстого студент Семенов запродает себя в рекрутчину во время кутежа в трактире на «Стоженке». На «Стожинке» живет любовница графа — героя рассказа «Холстомер».

Издавна эту улицу пазывали скромной, неприметной. Тургенев в «Муму» определяет ее даже как «одну из отдаленных улиц Москвы» (это в 1,5—2 верстах от Кремля!).

С удорожанием земли в центре города к началу XX века на скромную улицу обратила внимание буржуазия. На месте старых, убогих домишек стали появляться огромные доходные дома и роскошные особняки. Однако в целом улица, утратив свой классический стародворянский облик, не успела приобрести и новый, буржуазный, как бы остановилась на полпути. В ее застройке нет даже относительной цельности, архитектурные же памятники насчитываются единицами.

Однако «неприметная», «второстепенная» улица сумела опровергнуть эту репутацию, осенью 1917 года превратившись в арену ожесточенных революционных боев. Тишина ее разорвалась громом артиллерийских снарядов и треском пулеметных очередей, криками раненых и умирающих. В нескольких местах мостовая была перерезана окопами, перекрыта баррикадами. Ломая бешеное сопротивление юнкеров, красногвардейские отряды Замоскворечья, перейдя Крымский мост, с боями занимали квартал за кварталом и продвигались к одной из главных цитаделей белогвардейцев — штабу Московского военного округа во Всеволожском переулке. Улица и ее дворы обагрены кровью отважных борцов революции — Петра Добрынина, Люсик Лисиновой, Павла Андреева, имена которых вошли в летопись советской столицы.

И второй раз за свою долгую историю «тихая» Остоженка пережила необыкновенное время — в 1933— 1935 годы, когда на ней открытым способом строилась первая линия метро. Мостовая на глазах превращалась в глубокую траншею, улица оглашалась уханьем копров, дребезжанием отбойных молотков, рычанием вывозивших грунт грузовиков. В честь строителей первой очереди Московского метрополитена Остоженка в 1935 году была переименована в Метростроевскую. В 1986 году по требованию общественности ей было возвращено исконное, историческое имя.

Начнем осмотр с левой, нечетной стороны.

На углу с Соймоновским проездом, под № 1,— скромный серый дом, характерный для советского зодчества периода первой пятилетки, когда приходилось усиленно экономить стройматериалы (1929 г., архитектор Η. М. Попов). В нижпем этаже кафе «Остоженка». В доме в 1930-х годах находились редакции Большой советской, медицинской и технической энциклопедий.