Карта сайта

БОЛЬШАЯ ПОЛЯНКА

Прочитав или услыхав это название, немосквич усмехнется: нелепость, если уж полянка, а не поляна, то большой быть не может. Москвич же не заметит никакого алогизма, а сразу представит длинную и волнистую, как синусоида, улицу, идущую от Малого Каменного моста к Добрынинской площади. Полянок, как и Ордынок, в Москве две, определения «большая» и «малая» служат для их различения.

Почему же Полянка? Давным-давно отсюда начинались поля. Сегодня, глядя на плотно застроенные кварталы, это трудно себе представить. Такого рода названия раскрывают древнюю топографию города, и потому их надо беречь так же тщательно, как материальные исторические памятники.

В древности здесь проходила дорога из Великого Новгорода в Рязань, затем — дорога от Боровицких ворот Кремля к Серпуховским воротам (ныне Добрынинская площадь), которые, словно воронка, втягивали в себя Пятницкую, Большую Ордынку и Большую Полянку, направляя все три потока в единое русло Серпуховской дороги (Большая Серпуховская, Большая Тульская, Варшавское шоссе).

Прошлое Большой Полянки мало чем отличается от истории двух ранее описанных улиц Замоскворечья. Сначала поля, потом редкие избы крестьян, затем поселения ремесленников и торговцев, стрельцов и казаков, наконец, к XIX веку — неотъемлемая часть «темного царства». В начале XX века улица заметно европеизировалась, обогатилась доходными домами, обрела водопровод, канализацию и электрическое освещение.

За годы Советской власти улица видоизменялась и благоустраивалась в нарастающем темпе.

Большой дом № 1 по левой стороне с изящной угловой башенкой, доминирующей над линией застройки, построен в 1940 году по проекту А. Г. Мордвинова. Дом № 3 (архитекторы А. К. Буров и Б. Н. Блохин) сооружен в 1939 году. Он сложен из блоков, но они спрятаны за квадратными плитками. В одной из его квартир с 1943 по 1968 год жил знаменитый конструктор стрелкового оружия Ф. В. Токарев.

Следующие два дома — дореволюционной постройки, из них интересен № 9 с балконом весьма странной конфигурации, напоминающим прилепленный к фасаду маленький домик с террасой. Часть этого дома была занята типографией Кирстена, рабочие которой активно участвовали в забастовочно-революционном движении 1905 года.

Далее характер улицы меняется, застройка ее в чем-то сохраняет черты, отмеченные жителем этих мест, литературным критиком и поэтом Ап. Григорьевым (1822—1864): «...ничто особенное не поражает вас. Дома как дома, большею частью каменные и хорошие, только явно назначенные для замкнутой семейной жизни, оберегаемой и заборами с гвоздями, и но ночам сторожевыми псами на цепи...»

Вглядимся в стоящее за садом скромное строение под № 11. За позднейшими наслоениями скрыты палаты середины XVIII века — ожидающий реставрации ценный памятник архитектуры.

Двух- и трехэтажные дома, расставленные далее по улице, носят большей частью облик, присущий строениям первой половины прошлого века, но тщательное исследование их специалистами, возможно, установит и более почтенный возраст, и более оригинальный, давно утраченный первоначальный вид.

Разряженной, жизнерадостной русской красавицей смотрит недавно обновленная колокольня церкви Григория Неокееарийского (дом № 29). Эта церковь, воздвигнутая в 1667—1669 годах Карпом Губой и Иваном Кузнечиком,— прекрасный образец московского церковного зодчества второй половины XVII века с его вполне земным тяготением к сочному и пестрому декору. Недаром в народе эту церковь называли красной, т. е. красивой.