Карта сайта

Оружейная палата - 17 - Конюшенная казна

Конюшенная казна

В торжественных церемониях двора XVI и XVII веков важное место занимали выезды, когда царь открыто появлялся перед народом, демонстрируя свою исключительность, могущество и богатство.

Один из дворян свиты датского принца Иоанна так описывает выезд Бориса Годунова 6 октября 1602 года: «Поезд открывался 600 конными людьми по три в ряд. . . затем следовали 25 .'вводных лошадей под дорогими покрывалами. Лошадей вели столько же богато одетых конюхов. Затем везли пустую золоченую кадету. .. Наконец, явился и великий князь. Его везли на белых лошадях. Карета его была обшита бархатом, и верх ее опирался на четыре подпоры, украшенные серебряными шарами. На полчаса езды следовала царица в великолепном, просторном, везомом десятью белыми лошадьми дорожном экипаже, перед каретою вели 40 богато украшенных заводных лошадей весьма богато одетые конюхи. Затем в плотно закрытой карете ехала ца-евна Ксения. Карета была запряжена восемью красивыми лошадьми. Сопровождавшая царицу и царевну свита ехала верхом на белых лошадях. Процелсию замыкали 500 всадников»27.

Для изготовления и хранения драгоценного убранства царских выездов, видимо, в конце XV столетия была создана Конюшенная казна во главе с конюшим боярином, должностью в Московском государстве очень высокой28. Достаточно заметить, что при царе Федоре Иоанновиче конюшим служил Борис Годунов.

Самое древнее седло, хранящееся в музее, относится к годам царствования Ивана Грозного. Оно было обтянуто вишневым бархатом и украшено золотыми пластинами с драгоценными камнями. По бархату вышиты серебром двуглавые орлы, травы и единороги. Изображение единорога, по мнению историка В. Н. Татищева, было личным гербом Ивана IV. Здесь же представлено и седло Бориса Годунова с чеканными масками львов. По своей конструкции эти седла отличаются от европейских, рассчитанных на жесткую посадку закованного в броню всадника. Русские седла близки к иранским, что хорошо заметно при сравнении их с даром шаха Аббаса I царю Федору Иоанновичу. В таком седле всадник может поворачиваться и легко натягивать лук.

Нечто среднее между седлом восточного наездника и европейского рыцаря представляет собой польское так называемое гусарское седло — дар польского короля Сигизмунда царю Борису Годунову. Эти седла были распространены в Москве в середине XVII столетия.

В XVII веке мастера Конюшенной казны создавали специальные походные небольшие седла с подушкой, пристегивающейся к сидению, — арчаки. Самый нарядный из них был изготовлен в последней четверти XVII столетия. Его золотая оправа украшена голубой эмалью. На передней луке изображен двуглавый орел со львом и единорогом по бокам, на задней луке — двуглавый орел под охраной грифонов. А по бокам — вооруженные копьями всадники и пешие стрелки.