Карта сайта

Здесь мы должны сделать замечания, что обозначенные ...

Здесь мы должны сделать замечания, что обозначенные операции известны нам, как логические приемы, прилагаемые ко всякому роду знания, между тем как у Платона они относятся к методологии философского знания. Конечно, и мы согласны, что идеал всякого знания состоит в том, чтобы стать на ступень философского знания; у Платона же, по принципу, было только одно знание, именно, философское, поэтому всякий метод знания вообще был для него ео upso методом философского знания. Вообще у Платона философская теория познания, метафизика и логика составляли единое целое; созидая теорию определения и классификации, он вовсе не подозревал, что эта теория вместе с другими войдет в особую науку, которая разорвет тесную связь, как с его, так и с другими философскими системами, именно логику218. Но если мы, применяясь более к нашему распорядку между науками, и отнесем теории определения и классификации специально к логике, то все-таки найдем в Платоновой диалектике часть, которая специально составляет философскую методу Платона. Эта часть состоит, во-первых, в особом приложении логических операций определения и классификации к решению философских вопросов, которое они имеют у Платона и которое обусловливается особенностями его философской гипотезы, и, во-вторых, выработка этой гипотезы при посредстве критики основных понятий предшествующей философии. Конечно, Платон, не говорит сказанного нами собственными словами, но он говорит это самим делом, а мы только формулируем это дело.

Диалектика и науки. Особенность положения логических теорий определения и классификации к философскому знанию состоит у Платона в том, что логическое понятие получают еще особое, выступающее за сферу логики, значение. Раз понятие выработано и обосновано, со стороны логики от него ничего более не требуется: для него оно есть знание. Но иначе смотрит на него Платонова диалектика, как методология философского знания. Для нее логическое понятие есть гипотеза, но уже в реальном смысле. Платон, как логик, мог удовлетворяться отдельными понятиями или группами понятий, лишь бы они были состоятельны логически219. Но Платон, как философ, требовал всех понятий, целой, законченной их системы, тогда только каждое из них и все вместе получали реальное значение, становились идеями; поодиночке, или же группами они в реальном отношении были только еще гипотезами.
Выражая в нашей формулировке воззрения Платона далее, мы в его требовании: изучить другие науки прежде, чем приступать к диалектике, видим не что иное, как требование обработать логически различные группы понятий. В плато ново время таких обособленных групп обнаружилось немного (математика, астрономия, музыка и пр.): но для философской диалектики (все равно, сколько бы их ни было) они в своей отдельности не имеют значения полного знания, т. е., знание реального. Получая от частных наук, так сказать, в свои руки эти группы понятий, диалектика посмотрит на них, как на гипотезы, и приступит к их систематическому объединению, а тем самым и приведет их к реальному значению, т. е., к идеям.

Итак, задача частных наук, по Платону, состоит в том, чтобы руководясь диалектическими (по нашему, логическими) операциями определения и классификации, подготовить частные системы понятий, именно, они должны были пройти большую часть восходящего пути Платоновой диалектики (§ 20 гл. I). Что в действительности частные науки не представляли этих логически обработанных групп понятий и что сам Платон не сделал этого, то нисколько не мешает нам построить идеальный ход дела с его точек зрения.
Диалектика, как теория познания и метафизика. Но как же окончательно понятия получают реальное значение? При помощи высших философских понятий, отвечаем мы за Платона, и при помощи специальной гипотезы идей, связывающей как эти понятия (бытие, не бытие, перемена, причина, сила, движение, истина, знание и т. п.), так и группы, составляют содержание частных наук, в совершенно замкнутое целое и приводящей все, их из логического к реальному значению. Эта философская гипотеза, дающая окончательное разрешение                               философским вопросам, вырабатывается путем диалектического анализа и критики концепций, данных предыдущими системами, причем вскрывается относительная истина каждой системы и приноравливается к гипотезе Платона, по его мнению, соединяющей в одно органическое целое истины всех систем. Критика гераклитизма ограничивает его истину миром вещей: только этот мир перемены подлежит безусловному движению. Но им не охватывается мир бытия: относительно его истина на стороне элейской философии.

Мир бытия составляет основу и цель мира перемены, бывание. Это положение, примиряющее две противоположные системы, вытекает из критики и развития философии Сократа. Недостаточность ее состоит в отсутствии основания для ее главного положения, что истинное знание может быть только в понятиях. Основание для этой истины сократовой философии и было положено Платоном в философской гипотезе бытия, именно гипотеза идей. Фундамент гипотезы составило психологическое исследование явлений познание и их классификация: характер этих явлений мог, по Платону, быть объяснен только этой гипотезой. Затем, убедившись, с точки зрения психологии в истине Платон приступил к ее полной выработке. Здесь опять важнейшим средством служит критика предшествующих и современных философских систем (пифагореизма, атомизма и пр.) и преобразование их понятий с целью приноравления к гипотезе идей. Затруднение, сопряженные с нею чувствовались, но устранялись убеждением, что без этой гипотезы придется остаться   при односторонностях предшествующих систем, несомненно, обнаруженных критикой, или, что еще хуже, впасть в софистику, коренным образом отрицающую истину и нравственность. Иной же гипотезы, кроме гипотезы идей не представлялось.