Карта сайта

§ 2. ОТНОШЕНИЕ ФИЛОСОФИИ ПЛАТОНА К ПРЕДШЕСТВУЮЩИМ И СОВРЕМЕННЫМ ФИЛОСОФАМ.

ОТНОШЕНИЕ ПЛАТОНА К ГЕРАКЛИТОВОЙ И СОКРАТОВОЙ ФИЛОСОФИИ

Платон был первый из греческих философов, который не только всесторонне изучил всех своих предшественников, но и каждым из них в большей или меньшей степени воспользовался при выработке своей системы. По свидетельству Аристотеля (Met. I, 6), еще до знакомства с Сократом, т. е., еще до 20-ти-летнего возраста Платон в общении с Кратилом (см. фил. Эт. ч. I, стр. 122) познакомился с учением Гераклита. Оно оставило столь глубокие следы своего влияния на Платона, что положение о непрестанной перемене и течение всего чувственного стало одним из краеугольных камней системы самого Платона. Гераклитова теория абсолютного движения легла в основание и Платоновой теории чувственного восприятия, объясняемого из двойного движения от субъекта к объекту и обратно134 (см. Гл. I, § 11). Что касается до вопроса о том, как отнесся Платон к гераклитизму после первого знакомства с ним, то на это у нас нет никаких свидетельств. Само собой разумеется, что, - по общим законам умственного развития индивидуума, то отношению Платона к геракпитизму, которое мы встречаем в "Теэтете", не могло быть первоначальным и выработанным в течение долгого времени под влиянием философии Сократа и других школ, с представителями которых Платон, прежде всего, встретился в кружке Сократа135. Так, напр., с элейской философией он мог впервые познакомиться от Евклида из Мегары, с пифагорейской от оиванцев Кивиса и Симмиаса, бывших учеников Филолая прежде, чем они пристали к кружку Сократа. Что Платон не вдавался в глубокое исследование основных начал как гераклитизма, так и других систем ни до сношений с Сократом136, ни даже во время их, доказывается всего лучше теми сочинениями, которые, по мнению Целлера, Штейнгарта и других основательных исследователей, написаны Платоном отчасти при жизни Сократа, отчасти в первые годы после его смерти137. Здесь еще и следа нет как критических отношений Платона к теории познания или метафизике досократовой философии, так и его собственной теории идей: здесь он не выходит из круга сократической философии. В этих ранних сочинениях мы видим Платона овладевающим методом сократического определения и образования понятий, и пытающимся передать его в сравнительно систематической форме. Далее содержанием этих сочинений служат те-же этические понятия, которые вырабатывал и Сократ138, причем опять-таки Платон пытается придать отрывочным этическим положениям Сократа систематическую форму. Наконец, в этих сочинениях Платон старается изобразить своего учителя в его нравственном величии139, или же выставить противоположность его деятельности и учения с деятельностью и учением софистов140.

Период принадлежности к кружку Сократа был для Платона периодом приготовительным, в котором еще ставились те вопросы, решение которых мы находим в позднейших и более зрелых его произведениях. Прежде всего, это были или вопросы, поставленные, но неразрешенные самим Сократом, или же сами собою возникавшие из его деятельности. Так, напр., требовало объяснение, ежедневно вскрываемое Сократом явление, что люди способные и постоянно обращавшиеся с каким-либо предметом, не могли его определить и отличить от других141. Требовалось ответить на вопрос, что представляют суждение, высказываемые ими: знание или незнание? Если знание, то, как оно может казаться незнанием, если незнание, то как возможно, чтобы мысль и слово были воплощением незнания, вообще как возможна ошибка? Точно также Платону предстояло разрешить вопрос, почему в понятиях, точно определениях и обоснованных, словом, в понятиях, которых искал и требовал Сократ, почему в них должно выражаться истинное знание в смысле воспроизведения в нем бытия? Далее, если в определенных понятиях состоит знание и если, по сократическому методу, каждое понятие должно быть отнесено к высшему роду, то спрашивалось, где и как должно останавливаться в обосновке низших понятий высшими. Наконец, Сократом оставлен без удовлетворительного решения вопрос, что такое-то высшее и единое Благо, к которому ведет добродетель или, что все равно, мудрость? В разрешении этих и других, вопросов, назревших в период общения с Сократом, помогло Платону более глубокое знакомство с философией элейской и пифагорейской, а также и основательное изучение математики: и то, и другое произошло в период его путешествий, занимающий двенадцатилетний промежуток жизни Платона142.