Карта сайта

Глава IV - ПО ШЕКСНЕ - Часть 2

Из рассадника грамотности, каким он был первые годы существования, монастырь превратился в рассадник дикости и невежества. Постепенно пещеры стали заменяться каменными покоями, скромность—роскошью. Помыслы духовной знати были направлены на приобретение земель и денег. Монастырь стал владельцем вотчин и под Москвой, и под Угличем, и под Костромой, и во многих других местах.

В XVI веке его окружили каменными стенами. В смутное время они защищали монахов от интервентов. Между 1633 и 1666 годами крестьянами окрестных деревень были построены новые высокие стены, на трех ярусах которых размещалось до 80 пушек. Эти стены отлично сохранились до наших дней.

В церкви Ивана Предтечи и других древних монастырских храмах, построенных народными архитекторами, сохранились фрески, написанные талантливейшими народными художниками. Они написаны красками, которые приготовляли, растирая цветные камешки с берегов Бородаевского озера.

В XVIII веке при монастыре устроили политическую тюрьму. Здесь в камерах особого тюремного двора после пыток держали узников «до скончания живота», т. е. до смерти, причем некоторых — с кляпом во рту. Крест и кровь, молитва и пытка издавна уживались вместе за монастырскими стенами.

На большой площади внутри монастыря — музей под открытым небом. Сюда переносятся из зоны затопления Волго-Балта ценные памятники деревянного зодчества, в частности, церковь из села Бородавы. В ней были иконы, писанные знаменитым живописцем Дионисием— великим русским мастером, жившим на рубеже XVI века. Они экспонировались в советских павильонах на выставках в Брюсселе и Нью-Йорке.

Неподалеку от Кирилло-Белозерского монастыря — знаменитое Ферапонтово, где тем же Дионисием расписаны стены собора. Каждый год сюда приезжают художники и искусствоведы из разных стран мира.

Но вернемся в Топорню, чтобы продолжить путешествие по Мариинской системе.

Вскоре за этой пристанью — Иванов Бор. Село растянулось по гребню гривы. Здесь до шлюзования реки были знаменитые Ивановские пороги: маята для бурлацких ватаг, раздолье для кабатчиков, обосновавшихся в селе у порога.

За Ивановым Бором Шексна так извилиста, что рулевой, весь в поту, едва успевает перекатывать штурвалом руль старого парохода. Трудно сообразить, идет ли видимый издали над лугами буксир навстречу или предстоит его обгон.

Над зелеными приречными лугами — село Горицы с монастырскими строениями: на рыбной Шексне монастырская братия селилась охотно и густо.

Несколько поодаль от Гориц — гора Маура. Ее хорошо видно из Кириллова. Прямой дорогой через гору от Шексны до города всего 7 километров.

Маура скорее холм, чем гора. Возможно, что название монастыря пошло от нее: за малость и незначительность прозвали гору уменьшительно «горицей» — вот и Горицы, Горицкий монастырь. Маура приятно разнообразит пейзаж зелеными луговыми склонами, отороченными негустым сосняком.

Горицкий монастырь был женским, и дорогу-прямуш-ку через Мауру протоптали монахи. Легенды утверждают, что имелся даже подземный ход, соединяющий оба монастыря...

Когда повыше Гориц стали разрабатывать песчаный мыс, в ковшах экскаваторов неожиданно обнаружили человеческие черепа. Тогда вспомнили, что где-то в местах Оыл Никитскии погост-монастырь уппазл-ненный в середине XVIII века.

Здешние погосты существовали с XV века. На Волге перед затоплением работали археологические экспедиции. Не следует ли, пока не поздно, произвести археологическое обследование затопляемых мест Озерного края?