Карта сайта

АРХИТЕКТУРА ОБЩЕСТВЕННЫХ ЗДАНИЙ - Часть 2

Столицей Украины в те годы был Харьков, и его общественный центр располагался на стыке старой и новой частей города. Основой его стала круглая в плане площадь Дзержинского (архитектор В. Троценко, 1925 г.) с ради-ально отходящими от нее улицами. По периметру площадь обрамляли здания центральных учреждений, образуя величественный ансамбль.

В начале 30-х годов был создан общественный центр столицы Казахстана— Алма-Аты, включавший здание Дома правительства, управления Туркестано-Сибирской железной дороги и Дома связи. С 1926 г. стала формироваться центральная площадь Еревана — ныне площадь Ленина (архитектор А. Таманян), получившая свое завершение уже в послевоенный период. Однако более активный процесс создания и реконструкции республиканских, областных и местных общественных центров в новых и уже сложившихся городах страны развернулся со второй половины 30-х годов.

Многое в преобразовании облика городов страны после свершения революции связано с осуществлением знаменитого ленинского плана монументальной пропаганды (1918 г.), предусматривавшего использование искусства как агитационного средства и создание памятников выдающимся революционерам и деятелям культуры.

По инициативе В. И. Ленина Совет Народных Комиссаров принял декрет «О снятии памятников, воздвигнутых в честь царей и их слуг, и выработке проектов памятников Российской Социалистической Революции» (12 апреля 1918 г.). В конце того же года В. И. Ленин утвердил список великих людей — русских общественных и революционных деятелей, писателей, художников, которым необходимо воздвигнуть памятники. К празднику первой годовщины Великой Октябрьской социалистической революции был установлен ряд монументов и досок с революционными лозунгами, в Москве открылся памятник К. Марксу и Ф. Энгельсу, была установлена мемориальная доска «Павшим в борьбе за мир и братство народов». В Петрограде в 1917—1920 гг. создается памятник «Борцам революции» — Марсово поле, вошедший составной частью в центральный ансамбль города (архитектор И. Фомин — планировка, архитектор Л. Руднев — памятник, садовод Р. Катцер — озеленение). Памятник представлял собой группу невысоких, правильной формы гранитных монолитов, поставленных в центре всего комплекса, превращенного в зеленый партер. По своему архитектурному лаконизму и художественной выразительности Марсово поле стало образцом синтеза зодчества с монументальным искусством.

В 1918—1919 гг. в центре Советской площади Москвы был сооружен обелиск Свободы с текстом первой Советской Конституции (архитектор Д. Осипов, скульптор Н. Андреев). В 1923 г. в Петрограде была создана площадь (архитекторы В. Щуко, В. Гельфрейх) перед штабом революции (бывш. Смольным институтом), на которой четыре года спустя установили памятник В. И. Ленину (скульптор В. Козлов).

Агитационное искусство предоставляло громадные возможности для творческой фантазии архитекторов и художников, для поисков новых форм и средств объемно-пространственной выразительности сооружений различного масштаба: от малых архитектурных форм (трибуны, киоски, витрины) до улиц, площадей и монументов. Например, архитекторы Веснины оформляли Красную площадь к послереволюционным майским праздникам.

Широкую известность получило такое произведение агитационного искусства, как проект памятника III Интернационала В. Татлина: эффектная каркасная конструкция спиралевидной формы в виде башни высотой 400 м несет подвешенные внутри три объема: куб, пирамиду и цилиндр — три здания, которые должны были вращаться вокруг вертикальной оси со скоростью одного оборота в год, месяц и день. Спираль должна была выражать символ революции, сталь и стекло утверждались в качестве элементов современного искусства. Башня произвела большое впечатление на делегатов VIII съезда Советов, обсуждавших план ГОЭЛРО, и получила признание мировой архитектурной общественности за свой новаторский характер и яркий романтический символизм.

Ленинский план монументальной пропаганды охватил большинство городов Республики Советов и получил развитие в последующие годы как неотъемлемая составная часть социалистического градостроительного процесса.

С первых послереволюционных лет Дома и Дворцы культуры, рабочие клубы стали центрами общественной и культурной жизни трудящихся. Возведение их приобрело широкий размах во второй половине 20-х годов, по своему объему оно значительно превышало строительство других культурно-массовых сооружений. Это были новые по своей сути, революционные по социальному содержанию массовые типы зданий, не имевшие прототипов в прежние времена, и рождались они в реальной советской действительности, в процессе творческих конкурсов и практического строительства.

В числе первых крупных сооружений этого типа был Дворец культуры имени Горького, построенный в 1925—1927 гг. у Нарвской заставы в Ленинграде (архитекторы А. Гегелло, Д. Кричевский). В его просторном и удобном для зрителей театрально-концертном зале на 1900 мест имеется также кинозал на 400 мест, библиотека, лекторий, десятки помещений для клубной работы, залы для танцев, спортивный зал и т. д. Симметрично организованный объем здания имеет простой, но выразительный главный фасад, решенный в крупных формах, плавно разворачивающихся по выпуклой кривой линии в сторону площади.

Целый ряд оригинальных по архитектуре клубов построен в этот период по проектам архитектора К. Мельникова в Москве и Подмосковье, среди них наиболее известен клуб имени Русакова в Сокольниках (1927—1928 гг.). Его внешний облик формируют динамично выступающие по главному фасаду глухие объемы трех балконов зрительного зала, чередующихся с вертикальными остекленными плоскостями лестничных клеток. По замыслу автора, балконы могли быть изолированы при необходимости от основного пространства зрительного зала для независимого их использования. Во всех проектах клубов К. Мельников стремился придать зданиям индивидуальный, легко запоминающийся облик.

К подобным приемам нередко прибегали и другие архитекторы. Например, во внешнем облике клуба имени Зуева в Москве (архитектор И. Голосов, 1927—1929 гг.) нетрудно увидеть такую композицию: вертикальный стеклянный цилиндр лестничной клетки как бы прорезает горизонтальный параллелепипед верхнего этажа.

О размахе клубного строительства можно судить по тому, что в 1929— 1932 гг. в стране было возведено 480 клубов, в том числе 66 в Москве. Среди них такие крупные здания, как Дворец рабочего в Харькове (архитектор А. Дмитриев, 1927—1930 гг.), Дворец культуры имени Горбунова в Москве (архитектор Я. Корнфельд, 1930 г.), клуб строителей в Ереване (архитекторы К. Алабян, Г. Кочар, М. Мазманян, 1929—1931 гг.) и др.