Карта сайта

ЩЕДРА ЗЕМЛЯ ТАТАРИИ - Часть 2

Через одиннадцать лет, в 1947 году, в книге «Над картой Родины» я писал уже иначе: «Москва-река дала имя великому городу, но она не могла дать ему достаточно воды... Теперь эта несообразность устранена... Через холмистую Клинско-Дмитровскую гряду к Москве перекачано девять миллиардов кубометров воды».

Но к этому времени тема переделки Волги расширилась, и я написал: «Встает огромная задача реконструкции всей Волги... Цепь гидростанций, колоссальный энергетический центр, поливное, не знающее недородов земледелие, глубоководный путь... Но в целом это дело будущего».

Через два года снова пришлось писать по-другому. Страна опять ушла вперед, работы на Волге передвинулись далеко. Слова о реконструкции Волги как огромной задаче повторяются, но концовка в тексте уже с другим оттенком. Вместо слов: «Но это дело будущего» сказано: «Но в полном завершении это дело будущего».

В книгу 1954 года жизнь вносит новые дополнения. Изменяется вся трактовка вопросов, связанных с Волгой.

Уже нет в новой книге слов: «Встает огромная задача реконструкции Волги». Нет слов: «Это дело будущего». Написано иначе: «Еще вчера мы говорили: «Проблема реконструкции Волги». Сегодня — какая же это «проблема»? Конечно, не все еще в этом сложнейшем деле изучено, но главное уже предрешено. Остается довести дело до конца».

И даются штрихи будущего, среди них такой: «Волга подойдет к домам Казани, которая сейчас стоит в шести километрах от берега». Помню, мне пришлось в Казани подняться на высокую кремлевскую башню Сюмбеки, чтобы вдали увидеть Волгу.

Но сегодня, в 1967 году, и так писать уже не годится. По меньшей мере надо будущую форму глагола менять на настоящую и даже прошедшую.

Недавно я был в Казани. Город стоит уже не в шести километрах от Волги, как раньше, а на самом берегу— на берегу обширного водохранилища, которое образовалось после того, как на Волге появилась гидростанция у Куйбышева. С трепетом смотрел я, как широчайшее море плещется возле самого казанского кремля, у подножия башни Сюмбеки.

Смотрел с радостным трепетом, а в глубине точила забота: „Опять надо писать по-новому, опять надо исправлять, переписывать текст"».

...Своеобразие Казани заключается в том, что в ней всюду рядом с постройками современными соседствуют памятники старины, интереснейшие образцы древнего зодчества.

Именно таким памятником является 55-метровая башня Сюмбеки. Существует поэтическая легенда, связывающая название этой башни с именем ханши Сюмбеки. Будто бы так случилось, что во время взятия Казани увидел русский царь красавицу ханшу и захотел жениться на ней. Но Сюмбека поставила условие царю: построить башню такую же красивую, как она сама, и высокую-высокую, чтобы с ее вершины она смогла попрощаться с родными местами. Ханша надеялась, что башню будут строить долго, и царь за это время либо умрет, либо передумает брать ее в жены. Но русские умельцы возводили башню с великим поспешанием: за неделю вознеслась она над городом. И тогда Сюмбека, чтобы все же не достаться русскому царю, поднялась на самую вершину башни и оттуда бросилась на камни...

Ничего общего с истиной эта легенда, однако, не имеет — диво-башня была построена через много лет после смерти ханши, но почему ее назвали именем Сюмбеки, по сей день остается загадкой. Достоверно же известно лишь одно: возвели башню искуснейшие мастера, не случайно ее архитектурные мотивы получили отражение в позднейшем зодчестве. Например, советский архитектор академик А. В. Щусев использовал эти мотивы при создании Казанского вокзала в Москве.

Кремль в Казани построен на месте, где прежде находилась крепость татарских ханов, от которой и пошел город. В среде специалистов господствует мнение, что Казань получила название от тюркского слова «казан», что значит «котел». Оно напоминает о котлообразном рельефе местности, где расположен город, уже в XVIII веке ставший крупным административным, торговым и культурным центром России.

Знакомство с Казанью начнем с посещения ленинских мест, и прежде всего направимся к белому двухэтажному зданию университета. В садике перед ним — памятник студенту Владимиру Ульянову. В одной руке у него книга, другой он придерживает накинутую на плечи студенческую тужурку. Так и кажется, что вот-вот он шагнет с пьедестала, торопясь на лекцию.

Зайдем и мы в аудиторию № 7 — в ней теперь музей. Кафедра, скамьи, учебные пособия — все напоминает о времени, когда Владимир Ульянов слушал здесь лекции по истории русского права. А вот и «Список студентов Императорского Казанского университета», в котором значится имя Владимира Ульянова и дата поступления в университет—13 августа 1887 года, вот и его студенческий билет. В этой же аудитории-музее представлены документы, рисунки, картины, повествующие о знаменитой студенческой сходке в Актовом зале. За участие в ней Владимир Ульянов был исключен из университета и арестован. «Ну что вы бунтуете, молодой человек, — поучающе говорил ему тогда пристав, сопровождавший его в тюрьму. — Ведь перед вами стена!» «Стена, да гнилая — ткни и развалится!» — твердо ответил молодой Ленин.

Ровно через 80 лет после этой сходки, 16 декабря 1967 года, в коридорах Казанского университета снова прозвучал призыв:

— На сходку, товарищи, на сходку!..

И вот Актовый зал, в котором будущий вождь трудящихся получил первое революционное крещение, заполнила молодежь с красными бантами на груди. Кроме студентов университета, сюда, на торжественный митинг-сходку, пришли представители медицинского и ветеринарного институтов, молодые рабочие предприятий Казани, учащиеся Ленино-Ко-кушкинской средней школы. Участники митинга приняли обращение ко всем юношам и девушкам Татарской АССР с призывом достойно встретить 100-летие со дня рождения В. И. Ленина и 50-летие Ленинского комсомола.

Казанский государственный университет имени В. И. Ульянова-Ленина — одно из старейших и крупнейших высших учебных заведений страны. Многие его питомцы стали видными деятелями культуры. Один из них — выпускник 1854 года Илья Николаевич Ульянов, отец В. И. Ленина. Сейчас в этом вузе обучается около 10 тысяч студентов — столько, сколько его окончило за все 113 лет существования до Великого Октября.

В конце 1966 года Совет Министров СССР принял постановление о строительстве новых зданий для Казанского университета. К 100-летию со дня рождения В. И. Ленина будут сооружены и введены в эксплуатацию 24 тысячи квадратных метров учебно-лабораторных помещений, новое общежитие на тысячу студентов, а главный корпус, ставший архитектурным памятником Казани, будет реконструирован.

Дом № 58 по улице Ульяновых, называвшейся когда-то улицей Первая гора, — также одно из ленинских мест. В этом доме, где открыт ныне музей В. И. Ленина, Владимир Ильич жил после возвращения из Кокушкина. Здесь он изучал «Капитал» К. Маркса, отсюда уходил на занятия марксистского кружка— одного из тех, которые организовал Николай Евграфович Федосеев. В. И. Ленин отзывался о нем как о необыкновенно талантливом и необыкновенно преданном своему делу революционере.