Карта сайта

ИНДУСТРИАЛЬНОЕ СЕРДЦЕ ПОВОЛЖЬЯ

От пристани Катунки, мимо которой наше судно проходит после Пучежа, Волга течет уже по Горьковской области. Это — одна из промышленных областей Российской Федерации. Автомобили, речные суда, дизели, газомотокомпрессо-ры, телевизоры, бумага, продукты нефтехимии, электроприборы, медицинский инструмент, станки и многое другое дают стране предприятия Горького, Ба-лахны, Дзержинска, Заволжья, Кулебак, Павлова и других городов области. За 50 советских лет выпуск промышленной продукции в ней по сравнению с 1913 годом вырос в 180 раз, а в городе Горьком— в 340 раз.

Есть небольшие заводы и в Катунках — кирпичный и металлоизделий. Работает здесь и артель строче-вышивальщиц.
Работой и жизнью катунских кустарей когда-то заинтересовался Владимир Ильич Ленин. В своей книге «Развитие капитализма в России» он привел выписку из «Трудов комиссии по исследованию кустарной промышленности в России», в которой говорилось, что Катунки в 1880 году выглядели уже вполне промышленным селением.

Следом за Катунками на том же правом берегу показывается город, в названии которого увековечена память человека, вписавшего славные страницы в историю советской авиации. Это — Чкаловск, в прошлом село Василёво, где в 1904 году родился выдающийся советский летчик-испытатель Валерий Павлович Чкалов. Здесь прошли его детство и ранняя юность, отсюда началась его дорога в небо.

В доме, где родился и жил замечательный летчик, теперь открыт его мемориальный музей. И самолет АНТ-25, на котором он вместе со вторым пилотом Георгием Байдуковым и штурманом Александром Беляковым совершил легендарные беспосадочные перелеты, тоже стал музейным экспонатом — эта краснокрылая птица выставлена в специальном ангаре, построенном рядом с домом-музеем.

Когда-то село Василёво было известно на Волге своими искусными вышивальщицами. В современном Чкаловске строчевышивальный промысел не забыт, но в экономике города он теперь уже не играет главной роли. Сейчас ведущее предприятие здесь судоремонтный завод имени В. И. Ульянова-Ленина.

Не успел еще Чкаловск скрыться из виду, как вдали стали вырисовываться сооружения Горьковско-го гидроузла. А вот и его первый шлюз, верхний. Он двухкамерный, или, как говорят специалисты, «двух-ниточный», благодаря чему в нем одновременно можно шлюзовать встречные суда. Такую же конструкцию имеет и нижний шлюз Горьковского гидроузла, отделенный от верхнего почти двухкилометровым промежуточным бьефом. Зимой этот бьеф превращается в затон, где ремонтируются суда. Здесь же находится и Городецкая пристань.

В комплекс сооружений Горьковского гидроузла, строительство которых началось в конце 1947 года, кроме шлюзов, входят водосливная бетонная и земляная русловая плотины, земляные дамбы напорного фронта — их длина около 11 километров, а также здание самой ГЭС. 22 апреля 1951 года, в день рождения В. И. Ленина, строители уложили первый бетон в фундамент этого здания, а 25 декабря 1956 года дал промышленный ток восьмой, последний агрегат ГЭС, и она достигла установленной мощности — 400 тысяч киловатт. С тех пор станция ежегодно вырабатывает в среднем 1,5 миллиарда киловатт-часов электроэнергии, идущей в кольцо Единой энергосистемы европейской части страны.

Плотина Горьковской ГЭС связывает два города— расположенный на левом берегу древний Городец с правобережным совсем юным Заволжьем, в котором за последние годы вырос крупный моторостроительный завод. Собственно, и возникло-то Заволжье потому, что появился этот завод.

А Городцу около восьми веков. И подобно многим другим волжским городам, его ровесникам, он тоже был сначала опорно-сторожевым пунктом Росто-во-Суздальского княжества. В летопись Городца записан и такой факт: в 1263 году здесь умер Александр Невский, который возвращался из поездки в Золотую Орду.

Городец так и не стал крупным городом, но известность получил немалую — ее принесли корабельных дел мастера да резчики по дереву, жившие тут и передававшие из поколения в поколение свое мастерство. Теперь здесь работают крупная судоверфь, выпускающая железобетонные дебаркадеры, и судо-ремонтно-механический завод.

Миновав Заволжье и Городец, теплоход затем проплывает мимо Правдинска и Балахны — поселка и города, фактически уже слившихся воедино. Это— один из крупнейших в стране центров бумажной промышленности.

Сначала, в соответствии с ленинским планом ГОЭЛРО, здесь была построена мощная ГРЭС, работающая на местном торфе, — недалеко от Балахны даже появился поселок Гидроторф. А уже эта станция стала энергетическим центром пущенного в 1928 году Балахнинского целлюлозно-бумажного комбината имени Ф. Э. Дзержинского.

М. Горький, который побывал здесь летом 1928 года, писал затем в очерках «По Союзу Советов», что о бумажной фабрике Балахны «хочется говорить торжественными стихами как об одном из прекрасных созданий человеческого разума.

Там человек образцово показал, как разум, расчет и воображение могут заставить работать иные силы, оставляя человеческую силу свободной и только наблюдающей, руководящей машинами. Это как раз то, к чему и должен стремиться рабочий класс — превращать слепые и буйные силы природы в своих разумных слуг, освобождать свою физическую энергию для того, чтобы шире и глубже развить свой разум властелина земли и сокровищ ее».

В первые годы Балахнинский комбинат поставлял бумагу только издательству газеты «Правда», поэтому выросшему возле него поселку дали название Правдинск. Теперь же на балахнинской бумаге печатаются многие центральные, а также областные и районные газеты. После того как балахнинцы реконструировали одну старую бумагоделательную машину, а затем ввели в действие еще две новые скоростные машины, комбинат резко увеличил выпуск продукции— сейчас он за неделю дает столько бумаги, сколько здесь было произведено за весь 1928 год, а его суточного выпуска хватает на то, чтобы напечатать сорок миллионов экземпляров газет большого формата.

«Каждый день над рабочей слободкой, в дымном, масляном воздухе, дрожал и ревел фабричный гудок, и, послушные зову, из маленьких серых домов выбегали на улицу, точно испуганные тараканы, угрюмые люди, не успевшие освежить сном свои мускулы. В холодном сумраке они шли по немощеной улице к высоким каменным клеткам фабрики, она с равнодушной уверенностью ждала их, освещая грязную дорогу десятками жирных, квадратных глаз. Грязь чмокала под ногами. Раздавались хриплые восклицания сонных голосов, грубая ругань зло рвала воздух, а навстречу людям плыли иные звуки — тяжелая воз-
ня машин, ворчание пара. Угрюмо и строго маячили высокие черные трубы, поднимаясь над слободкой, как толстые палки».

Вы вспомнили эти строки? Так начинается горьков-ская «Мать» — книга, воссоздающая события, случившиеся в начале этого века в тех самых местах, панорама которых раскрывается перед нами вскоре после Балахны. Это — знаменитое Сормово, в далеком прошлом — село, затем поселок, а теперь — один из старейших рабочих районов города Горького.

И надо ли говорить, что в нынешнем Сормове ничего не осталось от той слободки, которую когда-то описал М. Горький. Теперь Сормово все утопает в зелени, его тротуары и мостовые покрыты асфальтом, а рабочие живут в благоустроенных квартирах и трудятся на заводе, который тоже стал совсем иным, не похожим на ту фабрику, где работали Павел Власов и остальные герои горьковской книги.

«Красное Сормово» — это гордое имя старейшего волжского завода хорошо знают в нашей стране, его продукция пользуется доброй славой и за рубежом. В июле 1949 года ему исполнилось 100 лет, и тогда же к заводскому знамени, на котором уже сияли ордена Ленина, Трудового Красного Знамени и Отечественной войны I степени, был прикреплен второй орден Ленина.

Одна из центральных газет как-то заметила, что тому, кто попытался бы восстановить богатейшую историю «Красного Сормова», часто пришлось бы употреблять слово «впервые». Именно здесь, на этом заводе, еще в 1869 году была пущена первая в России мартеновская печь. В 1920 году сормовичи построили и испытали первый советский танк, которому они дали название «Борец за свободу тов. Ленин». А сравнительно недавно, в середине 1950-х годов, здесь была построена и введена в эксплуатацию первая промышленная установка непрерывной разливки стали. Она позволила сократить длительность металлургического цикла и увеличить выход годного металла, а главное—значительно облегчила труд рабочих, занятых разливкой металла. За создание этой установки группа специалистов, возглавляемая крупнейшим металлургом академиком И. П. Бардиным, была удостоена Ленинской премии.