Карта сайта

ЛАДОГА, СВИРЬ, ОНЕЖСКОЕ ОЗЕРО - Часть 2

Первым был прорыт канал, соединивший Неву с Волховом. Его строительство началось еще при жизни Петра, в 1719 году, и продолжалось 12 лет. Канал шел вдоль берега Ладоги, но воду он получал из впадающих в него речек, а не из озера.

В конце XVIII — первом десятилетии XIX века канал был продлен сначала до Сяси, затем до Свири. В это же десятилетие были построены Тихвинская и Мариинская водные системы, связавшие Волгу с Невой и позволившие увеличить здесь размеры судоходства. Между тем Ладожский канал, явившийся составной частью обеих этих систем, с трудом стал справляться с возросшей нагрузкой: он обмелел и загрязнился. Но чистить его летом, во время навигации, было невозможно, а зимой—сложно и дорого. И тогда параллельно старому каналу в 1861—1882 гг. был проложен новый — более глубокий и широкий, гидротехнически более совершенный. С этого времени Старо-Ладожским каналом почти перестали пользоваться, а Ново-Ладожский утратил значение важной транспортной магистрали только в наши дни — после ввода в эксплуатацию Волго-Балта и создания судов, не боящихся озерных волн. Теперь этот канал имеет лишь местное значение.

...Уже несколько часов наш теплоход плывет по Ладоге, направляясь к устью Свири. Навстречу попадаются различные суда — транспортные, пассажирские. А вот и рыболовный траулер.

Ладожское озеро издавна славится рыбой: кроме корюшки здесь водятся форель, сиг, лосось. Но озеро имеет не только рыбопромысловое значение. Оно еще и уникальный рыбопитомник. Ежегодно Волховский рыборазводный завод поставляет в водоемы различных районов страны и даже за рубеж 250 миллионов икринок сига, лосося и других рыб.

Обитают в озере и тюлени, их, по мнению специалистов, несколько тысяч. Тюлени наносят большой вред, истребляя много рыбы: каждый тюлень пожирает ее за сутки около десяти килограммов.

Может статься, что наш теплоход встретит и научное судно — ведь у Ладоги еще очень много загадок, изучением которых заняты сотрудники лаборатории озероведения Академии наук СССР. Ученых интересуют термический режим и водный баланс озера, биологические и климатические характеристики водоема, а также многие другие проблемы.

...Ладожское озеро часто называют великим. И не потому только, что оно самое большое и глубокое пресноводное озеро Европы (его площадь вместе с площадью островов, которых здесь около пятисот,— 18 400 квадратных километров, а глубина доходит до 225 метров). Величие Ладоги и в ее славной истории, в ее народнохозяйственном значении.

Более 140 рек и речек впадает в Ладожское озеро. Одна из самых больших среди них — Свирь. По ней в Ладогу стекают воды другого большого озера — Онежского. 220 километров длина Свири, и на всем протяжении от истока до устья она судоходна. Недаром само ее название в переводе с вепского языка означает «глубокая».

Правда, когда-то судоходству здесь мешали многочисленные мели и пороги, и только отличное знание фарватера помогало капитанам и лоцманам преодолевать опасные участки реки. Так было до тех пор, пока ее не перегородили плотины двух крупных гидроэлектростанций. Это случилось уже в советское время.

Теперь по Свири, ставшей неотъемлемой частью Волго-Балтийского водного пути, спокойно плывут даже морские сухогрузы и танкеры, не говоря уже о речных судах, в том числе и пассажирских, таких, в частности, как наш туристский лайнер.

Первый населенный пункт, который мы встречаем на берегах Свири, — рыбачий поселок Свирица. Он стоит на островках, омываемых рукавами свирской дельты, а также устьями речек Паша, Котиха и других. Поэтому местные жители на работу и в гости не ходят, а ездят на лодках и катерах.

После реконструкции Волго-Балта Свирица стала важным портом, через который направляются различные грузы из Ленинграда и в Ленинград. Здесь же находятся судоремонтные мастерские.

Малообжитые берега Свири на протяжении десятков километров поросли густыми вековыми лесами. Населенные пункты здесь встречаются редко, а до ближайшего города теплоход идет более трех часов. Этот город — Лодейное Поле.

Нетрудно заметить, что его название связано со старинным русским словом «ладья» («лодья»), обозначавшим, как указывает словарь В. И. Даля, тип речных или морских судов. И эта связь отнюдь не случайна— свыше ста лет город имел непосредственное отношение к строительству судов. Больше того, первые корабли русского военного флота были построены именно здесь, в Лодейном Поле, на Олонецкой верфи, основанной в 1708 году Петром I. А всего за время Северной войны эта верфь дала флоту более ста фрегатов, галер, шняв и других кораблей, на которых были одержаны важные морские победы, в том числе при Гангуте в 1714 году.

Но этими победами слава лодейнопольских кораблей, отличавшихся прочностью и отличным ходом, не исчерпывается. Так, на одном из них — шлюпе «Диана»— в 1807—1809 годах был совершен беспримерный переход из Кронштадта на Камчатку. Капитан судна лейтенант В. М. Головин, ставший впоследствии известным адмиралом, говорил: «В построении «Дианы» рука иностранца не участвовала, а потому, говоря прямо, «Диана» есть первое настоящее русское судно, совершившее такое многотрудное и дальное плавание».

Даже школьник знает, что шестую часть света — Антарктиду—открыли отважные русские мореплаватели М. П. Лазарев и Ф. Ф. Беллинсгаузен, отправившиеся в кругосветное путешествие на парусных шлюпах «Мирный» и «Восток». Но не всем известно, что «Мирный» создан лодейнопольскими кораблестроителями. В самом Лодейном Поле этого не забыли — в память о знаменитом судне его имя присвоили городскому широкоэкранному кинотеатру.

Пока развивалась верфь, рядом с ней рос и город Лодейное Поле. Недаром на его гербе был изображен корабль. Но в 1830 году верфь, строения которой к тому времени изрядно обветшали, была закрыта, и в истории города наступил почти столетний «глухой» период. Корабельных дел мастера и другие работные люди разъехались. Лишь Свирь, продолжавшая оставаться важной судоходной дорогой, поддерживала существование лодейнопольцев. Жизнь их ничем не отличалась от жизни населения сотен других захолустных российских городков.

Великий Октябрь все здесь изменил. Начались эти перемены с того, что Лодейное Поле стало одной из точек на карте ленинского плана ГОЭЛРО. В этом плане под номерами 22 и 23 значились две свирские гидроэлектростанции.

Сооружение первой из них — Нижне-Свирской — началось в 1927 году в 14 километрах от Лодейного Поля. На торжество закладки станции приехали Михаил Иванович Калинин и Сергей Миронович Киров. В речи, обращенной к участникам митинга, М. И. Калинин сказал:

— Ваш край редко населен. Свирьстрой сыграет большую роль в его оживлении. На топоре и сохе мы социализма не построим. Построим мы его на базе развитой промышленной индустрии, на базе электрификации. Построив Волховстрой, мы заложили первый камень в строительстве социализма. Свирьстрой будет вторым таким камнем...

Люди старшего поколения хорошо помнят это слово — Свирьстрой. В годы первой пятилетки оно не сходило со страниц газет и было синонимом таких слов, как «трудовой подвиг», «энтузиазм», «самоотверженность». Землекопы, бетонщики, монтажники были одержимы одним стремлением—досрочно дать ток Ленинграду.

Вопреки мнению многих зарубежных авторитетов Нижне-Свирская ГЭС впервые в практике мирового гидростроения была возведена не на скальном основании, а на мягком девонском грунте. Победила техническая идея, которую выдвинул выдающийся инженер академик Генрих Осипович Графтио, возглавивший проектирование и строительство станции на Свири, а перед тем руководивший сооружением первенца советской гидроэнергетики — Волховской ГЭС.