Карта сайта

КАК БЕЛКА В КОЛЕСЕ

Колодец вырыт был давно,
Все камнем выложено дно,
А по бокам, пахуч и груб,
Сработан плотниками сруб.

В. Солоухин

Мягко шуршат шины по асфальту, гул двигателя сливается со свистом ветра, мелькают, вытянувшись в одну линию, населенные пункты, поля, леса. Мы спешим в Суздаль. Всего около четырех часов понадобилось маленькому «Москвичу», чтобы преодолеть разделяющие Суздаль и Москву 220 километров. Путешественнику Древней Руси такая скорость показалась бы просто фантастической, да и дорога непостижимо хорошей.

В XII в. она пролегала примерно там, где теперь шоссе. По ней в то время мчались на лошадях из Киева гонцы великого князя с наказами наместнику, сам наместник отправлялся с отчетом в стольный град; случалось, и великие князья наезжали в свои дальние владения. Когда Суздаль стал столицей Ростово-Суздальского княжества, заспешили в город купцы, послы, служилый люд. Потянулись богомольцы: Суздаль всегда привлекал их своими церквами и монастырями.

С XVI столетия этот тракт получил печальную известность этапного пути, по которому в неведомую и страшную Сибирь уходили на каторгу. Дорога помнит А. Н. Радищева, Н. Г. Чернышевского, М. В. Петрашевского и многих других. Как опасных политических преступников под усиленной охраной провезли по ней декабристов. В народе дорогу называли «Владимиркой» и говорили, как о живой: плачет, стонет, терпит.

При прокладке дорог в Древней Руси обычно выбирали наиболее короткий и удобный путь. Если надо было пересекать реку — искали броды, через глубокие реки и ручьи наводили мосты. На топких местах устраивали из хвороста и тонких жердей гати. По необходимости прорубали леса, пни не выкорчевывали, они торчали из земли и сильно затрудняли проезд. Так и ехали «через пень-колоду». В непогоду дороги превращались в месиво грязи. Какие уж тут скорости, да еще при одной или трех лошадиных силах! <

Главные дороги на Руси называли трактами. Они отличались от всех прочих тем, что вдоль них стояли полосатые верстовые столбы и через определенные расстояния были устроены почтовые станции — ямы. В начале XVIII столетия кое-где грунтовые тракты стали укреплять бревенчатыми настилами и только в самом конце XVIII — начале XIX в. появляются шоссейные дороги.

Сегодня по Владимирскому шоссе без конца идут машины, часть из них устремляется в Суздаль. В 1967 г. он объявлен туристским центром и городом-заповедником. Тысячи паломников — любителей старины, древней архитектуры, искусства останавливаются на Поклонной горе, откуда открывается панорама старинного города.

Когда я впервые увидела ее, то задохнулась от восторга: так поразил меня этот небольшой городок. Все в нем было необыкновенно: множество старинных церквей и монастырей, крохотные домики, по окна вросшие в землю (теперь здесь, конечно, таких не встретишь). Но самое сильное впечатление произвела на меня скромная деревянная церковь. Она стояла в глубине кремлевского двора и казалась такой трогательной и беззащитной, что слезы подступали к горлу. Церковка тосковала здесь в окружении кирпича и камня. Хотелось подойти к ней и утешить, дотронуться рукой до слегка шероховатой древесины, ощутить ее живое тепло и дыхание.

Это была церковь Николая Чудотворца, которую в 1960 г. перевезли из села Глотова Юрьевского района. Здесь она была восстановлена архитектором М. М. Шароновым. Построена же она была в 1766 г. и по своим архитектурным формам представляет древнейший, так называемый клетский тип храма. Поднятая на высоком подклете, окруженная галереей, с пристроенной с восточной стороны граненой апсидой, с чешуйчатой главкой, церковь в свое время горделиво выделялась среди рядовой застройки carta. Как самое высокое строение, она была композиционным Центром Глотова.

Но я узнала об этом уже после посещения Суздаля, а тогда стояла завороженная ее красотой. И как приятно было спустя несколько лет прочитать в газетах о том, что церковь Николы положила начало новому музею деревянного зодчества и крестьянского быта. Место для него выделили напротив кремля за речкой Каменкой. В музее собрано около двадцати памятников народного деревянного зодчества. И теперь глотовской церкви не так скучно, хоть и стоит она по-прежнему в кремле одиноко, но уже может видеть и переговариваться через речку со своими товарками; многоярусной Преображенской и Воскресенской деревянными церквамй, построенными также в XVIII столсТии. Часто на Руси возводили рядом два храма: один летний — просторный и второй теплый — поменьше. Придерживаясь этой традиции, организаторы музея поставили эти два церковных здания в паре.

Летняя церковь Преображения перевезена Из села Козлятьева. По типу она представляет собой восьмерик на четверике. Здесь три восьмерика, убывающих по размерам, поставлены на основание — четверик. Завершается сооружение луковичной главкой. По бокам с севера и юга к храму пристроены два придела, а с запада и востока — прирубы трапезной и алтаря. Бочечные кровли прирубов значительно обогатили силуэт здания. Конструкция его рациональна, а пирамидальная композиция гармонична.

Рядом стоит зимняя Воскресенская церковь из села Потакина. Она меньших размеров; все ее части: алтарь, собственно храм, трапезная, колокольня, крыльцо — вытянуты по одной оси. О таких церквах говорили, что они построены «кораблем».

Музей запроектирован так, что не минуешь ни одно строение и после осмотра культовых построек оказываешься у крестьянских домов. Все избы на музейной улице имеют много общего, они характерны для центральных районов России.

Сокращение лесных массивов сказалось на повышении цен на древесину, а это, в свою очередь, повлекло изменения в размерах и конструкции изб. Дома, в отличие от северных, намного меньше. Высокий подклет чаще всего заменен здесь кирпичным фундаментом, который иногда обшивали досками. Традиционная северная самцовая крыша была заменена более дешевой стропильной конструкцией. При этом требовалось несколько наклонных поддерживающих балок, на которые укладывали настил из жердей. Треугольную стену под крышей, или фронтон, делали теперь не из толстых и дорогих бревен, а из досок. Места соединения рубленой стены с дощатым фронтоном закрыли карнизными, или лобовыми, досками, которые вместе с причелинами пышно декорировали глухой рельефной резьбой.

У ворот дома из села Илькино Меленковского района Владимирской области нас встречает хозяйка в праздничном костюме крестьянки XIX в. Входишь и попадаешь сначала в открытый, «мокрый», а затем в крытый двор. Как и в любом крестьянском хозяйстве, здесь хранятся дрова, телега, лежат колеса и различный сельскохозяйственный инвентарь. По ступенькам поднимаемся в сени. Тут стоит бочка для воды, висят плетеные корзины, короба, грабли и другие необходимые в хозяйстве вещи.

В избе также все традиционно: вдоль стен встроенные лавки с красивым рисунком подзора. Выше — надлавочники, или полки для различной утвари и посуды, стенной шкаф для тарелок, полати. Все — только самое необходимое, простое, скромное. Это жилище середняка.