Карта сайта

Глава VI - ДЕКОРАТИВНАЯ СКУЛЬПТУРА

Чтобы понять те изменения, которые произошли в декоративно-монументальной пластике в 60 —70-х годах, необходимо сравнить ее с подобной же пластикой предшествующего периода.

Примерно до конца 50-х годов были популярны несколько видов декоративной скульптуры. Во-первых, «тиражная», выполненная обычно из бетона, скромных размеров (в полторы-две натуральные величины), спортивной и детской тематики — «пионерки», «октябрята», «теннисистки», «пловчихи» и т. д. Ее обычно устанавливали во дворах больших домов с целью «благоустройства». Во-вторых, такого же типа произведения, но больших масштабов и обычно анималистического содержания, нередко выкрашенные масляной краской. Они сооружались вдоль дорог и шоссе — «лоси», «медведи», «орлы», «олени» и т. д. В-третьих, гипсово-бетонпые копии известных античных статуй, украшавшие парки культуры и отдыха. В-четвертых, большие аллегорические фигуры («Рабочий», «Советская семья», «Плодородие» и т. д.), водружаемые на крышах зданий как особое скульптурное завершение архитектуры.

Изредка среди этой декоративной скульптуры попадались подлинные произведения искусства, например, «Девушка с веслом» И. Шадра в ЦПКиО им. Горького, аллегорические фигуры В. Мухиной — «Дары земли», «Дары моря», бронзовый «Лось» в Мончегорске Б. Воробьева. Но в целом декоративная скульптура среди монументальных произведений была единственной областью массового тиражного искусства, и ее эстетические качества были достаточно невысокими.

Практически ни один из этих четырех видов декоративной скульптуры не получил развития в 60 —70-х годах. Более того, целый ряд образцов «дорожной» скульптуры, а также и копий классических образцов был снят. Рассматриваемый период характерен абсолютным превалированием уникальной декоративной скульптуры, создаваемой по специальным заказам для заранее определенной архитектурной среды. Наряду с этим получили большое распространение различные «Въезды» в города и районы, Пограничные и Памятные знаки, где декоративная скульптура играет и знаково-информационную роль. Кроме
того, получает все большее развитие практика установки в городах станковой скульптуры, которая должна выполнять декоративную функцию.

1. Декоративные произведения

Декоративность как особое качество, присущее монументальном пластике, проявилась в 60 — 70-х годах почти повсеместно. Но в рабо тах отдельных скульпторов декоративное начало прозвучало особенно сильно, подчинив себе все остальные компоненты произведений и преобразовав их общий художественный строй. Особенно это сказалось в работах Б. Свинина и М. Бердзенишвили. В их произведениях наглядно и выразительно проявились почти все важнейшие особенности декоративной монументальной пластики рассматриваемого времени. Ознакомление в виде примера с работами этих двух авторов становится не только необходимым, но и достаточным для уяснения основных изменений в интересующей нас области. Особенно это касается Б. Свинина, с произведениями которого во многом связан сам процесс выработки нового отношения к декоративной скульптуре.

Объектом, где Свинин впервые оригинально заявил о себе и работа над которым продолжается до сих пор, является санаторно-курортным комплекс в Судаке. Он включает три пластических произведения: «Похищение Европы», «Аполлон и Дафна», «Ифигения в Тавриде». Античная культура всегда привлекала скульптора как колыбель европейской культуры, как здоровое детство европейского искусства. Но прочтение этой классической культуры, ее мифов и литературных памятников у Свинина свое, отличное от привычных трактовок и достаточно современное. За конкретным сюжетом он всегда стремится увидеть общечеловеческое и поэтому нетленно-вечное содержание. Его трактовка нередко бывает нарочито полемичной по отношению к сложившейся традиции. Особенно сильно это проявилось в «Похищении Европы». »

Естественно, что для русского зрителя объектом сравнения и своего рода эталоном является «Похищение Европы» В. Серова, известное к тому же и в живописном и в скульптурном вариантах. Свинину важно было противопоставить серовскому произведению не просто иную пластическую концепцию, а иное содержательное толкование мифа. Только это могло повлечь за собой и иное пластическое решение.

Свинину казалось, что похищение для рафинированной героини Серова — это все же, скорее, развлечение, дающее новые острые ощущения, «пряная» забава, в сущности, не такая уж и рискованная, поскольку бык мудр и осторожен.

Не будем сейчас спорить с таким толкованием содержания произведения В. А. Серова. Важно то, что скульптор принял его для себя как такую концепцию, к которой необходимо найти альтернативу, и выработал свое отношение к мифу.

Свинин лепил быка отнюдь не так, как анималист. Ему важно было передать в скульптуре не конкретное животное и не бога (Зевса), а мужское начало, изобразить существо, упорно и упрямо добивающееся своей дели. Отсюда даже некоторая «бараноподобность» головы быка с ее словно каракулевым загривком и круглыми глазами. Вместе с тем в голове есть и что-то львиное, то есть как бы «супермужское».

Гораздо сложнее трактована Европа. Здесь борются два начала — женское и девичье, трепетный испуг и пробуждающееся чувственное желание. Она уже по естеству своему, по возрасту, по законам развития плоти вполне готова к тому, чтобы быть похищенной. И поэтому одна ее рука покорно и доверчиво опирается на могучую шею быка. И одновременно она в силу привычных нравственных критериев боится и противится этому путешествию. Она вся еще там, на берегу, в стране своего детства, куда направлены и зовущий жест руки и чуть испуганный взгляд. А на полуоткрытых губах словно замер крик. Но все же это только жест. Корпус ее наклонен вперед, колени словно приросли к спине животного и порыв назад может быть истолкован и как прощание.

Таким образом, здесь мы видим, что декоративизм глубоко содержателен и сочетается с психологизмом. В таком многоплановом декоративно-психологическом жанре Свинин в 60-е годы выступил одним из первых. Большинство его вещей программно декоративны, прекрасно увязаны с окружающей средой и вместе с тем глубоки, содержательны, человечны, иногда даже трагичны. Обычно его вещи соотносятся с природным окружением по законам подобия, а с архитектурным — по контрасту. Крутая спина быка повторяет силуэт окружающих Судак гор. Его рога —как остроконечные тополя, кудрявый загривок подобен буйной зелени кустов на берегу небольшого искусственного водоема. Затейливая скульптура, находящаяся в этом водоеме,— как картина в непрофилированной аскетично-геометрической раме. Четкий прямоугольник глади воды, аккуратная кладка замощенной площади, чуть в отдалении — столь же строгие и четкие формы здания из стекла и бетона. А здесь — все прихотливо, полно трепета и жизни: упрямо повернутая голова быка, петля его короткого хвоста, клубящаяся шерсть, пышные волосы девушки, платье, обтягивающее ее грудь. Буйная южная растительность, крутолобые горы, развалины генуэзской крепости... Природа и История... Миф и Современность.

Вслед за «Похищением Европы» Свинин выполнил несколько скульптур для нового города Навои, находящегося в двух часах езды от Бухары. Сорокаградусная жара здесь обычна. Конечно, можно было установить монументальные памятники на площадях, но скульптор решил отойти от привычных решений и связать статуи с природой, со средой и даже, может быть, дать им функциональную нагрузку. Ведь любоваться в жару раскаленными бронзовыми изваяниями не столь уж приятно: поневоле создается впечатление, что металлические герои сами изнывают от жары. Такая ситуация, а также досконально знакомые Свинину традиции декоративной скульптуры Ленинграда и его окрестностей, наконец, и собственный опыт в Судаке подсказали скульптору единственно правильное решение — объединить памятники с водой. И он создает в Навои скульптурные композиции, соединенные с фонтанами и бассейнами: «Три реки», «Фархад» и «Драконы». Три реки — это Амударья, Сырдарья и Зеравшан — основные водные артерии Средней Азии. Среди современных прямоугольных зданий, в центре бассейна, так же расчерченного геометрическими переходами и площадками, возвышаются фигуры в традиционных национальных халатах. На голове или на плече у каждой из них — сосуд, из которого льется вода. По форме эти сосуды близки гончарным и медным изделиям среднеазиатских ремесленников. Вертикали складок одежды корреспондируют со сквозными вертикалями солнцезащитных ребер на окнах домов.