Карта сайта

САМАРКАНД - Часть 47 - ГЛАВА 4 ВОССТАНИЕ 1916 года

Первая империалистическая война принесла неисчислимые бедствия народным массам всей страны. Она еще более ухудшила и без того тяжелое положение трудящихся Средней Азии. Революционное брожение среди рабочих, солдат и крестьян России вовлекло в свой круговорот народы угнетенных наций, которые также пришли в движение.

«В середине 1916 года, — говорится в «Истории КПСС», — вспыхнуло восстание в Средней Азии и Казахстане, охватившее миллионы людей. Налицо было явное назревание революционного кризиса» 1.

Как и во всей стране, в Туркестане происходили забастовки рабочих, волнения в кишлаках и аулах. Еще задолго до начала народного восстания местная жандармерия сообщала, что «среди рабочего элемента заметна нервозность, повышаемая разговорами о дороговизне жизни... стало больше поступать в продажу газет социал-демократического направления. Нужда растет, а вместе с ней — и недовольство народонаселения, могущее вылиться в открытое возмущение» 2.


1 История КПСС, М., Госполитиздат, 1959, стр. 190.

2 X. Т. Турсунов. О характере восстания 1916 года в Средней Азии и Казахстане. Материалы научной сессии по истории народов Средней Азии и Казахстана. Ташкент, 1954, стр. 10.

 

Война принесла трудящимся новые лишения и жертвы. За два года войны царские власти реквизировали у населения Туркестана 70 тыс. лошадей, 13 тыс. верблюдов, много скота. Ухудшилось материальное положение рабочих, ремесленников, дехкан. Цены на хлеб поднялись в 3—4 раза. Надвигался голод, вспыхивали эпидемии. Тяжелым бременем легли на население края различные повинности и поборы. На нужды войны местное население было принуждено «пожертвовать», не считая продовольствия и вещей, 2400 тыс. рублей. На войне наживались за счет пота и крови трудящихся заводчики, интенданты, царские чиновники и местные эксплуататоры.

Сохранилось немало свидетельств о грабеже населения в дни войны. Вот одно из них.

В кишлаке Дагбит Самаркандской области участковый пристав Сокольницкий собрал на нужды войны с семи волостей 34 300 рублей деньгами. Кроме того, по его требованию дехкане сдали 7820 пудов пшеницы, 3136 пудов риса, 785 пудов моркови, 784 пуда лука, всего на сумму 29 611 рублей. Под пожертвования на войну Сокольницкий брал баранов, козлов, ишаков и прочее. И все это пошло на его собственные нужды. Пристав купил себе дом, выезд, рояль и другие ценные вещи, которых раньше не имел.

Народно-освободительное восстание распространилось на все пять областей Туркестана и районы Казахстана. По своему характеру восстание 1916 года было антиимпериалистическим и антифеодальным. Главной движущей силой движения были местное дехканство и городские ремесленники. Почти повсеместно протест носил стихийный характер и не получил пролетарского руководства.

Поводом к восстанию 1916 года послужил указ царского правительства о мобилизации на тыловые работы «мужского инородческого населения империи в возрасте от 19 до 43 лет включительно». В Туркестане подлежало мобилизации 200 тыс. человек, в том числе свыше 32 тыс. в Самаркандской области.

Уже через несколько дней после объявления царского указа начались волнения во многих городах и селениях края. 4 июля возникла стихийная демонстрация протеста в Ходженте (ныне Ленинабад), входившем тогда в состав Самаркандской области. Демонстрация закончилась кровавым столкновением жителей города с полицией и войсками. На следующий день —5 июля —в горном селении Ургут (неподалеку от Самарканда) двухтысячная толпа народа, собравшаяся у дома местного старшины, отняла у него и уничтожила списки призываемых рабочих. Пятидесятники, мирзы и старшины были избиты. Народные волнения произошли и в других волостях Самаркандского уезда: Сиабской, Ходжа-Ахрарской и Ангарской.

Накалялась атмосфера и в самом Самарканде. «Центр волнения находится в Ташкенте и Самарканде», — сообщали местные военные власти в Петроград 1. 7 июля самаркандский военный губернатор пи сал в своем донесении на имя туркестанского генерал-губернатора: «...на добровольное подчинение туземцев вряд ли можно рассчитывать... Я ожидаю, что во многих местах население решительно откажется сделать наряд рабочих добровольно и придется произвести реквизицию с применением воинской силы».


1 Из телеграммы военного губернатора Ферганской области А. И. Гиппиуса по мощнику военного министра П. А. Фролову.

 

К середине июля 1916 года уже весь Туркестан был охвачен пламенем народного возмущения. Наиболее сильными очагами восстания в Самаркандской области были Джизакский, Каттакурганский и Ходжентский уезды.

Самаркандский уездный начальник полковник Мартинсон в своем донесении военному губернатору области писал, что население волостей вверенного ему уезда не слушает никаких указаний. Далее, сообщая об избиении повстанцами трех старшин, Мартинсон заключает, что «по-видимому, старшины эти не безгрешны при составлении списков». 11 июля в Самарканде около дома военного губернатора собралось несколько сот человек с требованием отменить набор рабочих, или отложить его до конца полевых работ.

Прапорщик 731-й дружины Алексеев доносил, что в селении Джума-базар собралась толпа около 4 тыс. человек и выработала проект ехать в Самарканд к губернатору с целью просить отсрочки призыва рабочих. В случае же отказа в этой отсрочке предпринять какие-либо активные меры... 1.

Выступление народных масс, направленное против мобилизации населения на тыловые работы, показало, что в среде трудящихся накопилось недовольство продажной местной администрацией, ее притеснениями, поборами и злоупотреблениями.

Характеризуя настроение восставших, их возмущение как против царизма и царских чиновников, так и против своих угнетателей, узбекский народный поэт Фазыл Юлдаш Оглы (1872—1955 гг.) показывает героев начавшегося народного движения, представителей бедноты, таких как Тойир Чулак, Курбан Агаджан Палван. Он красочно описывает, как народное возмущение привело к открытому восстанию против царя и местных баев, волостных и пятидесятников.

Призывая народные массы не отступать и добиваться свободы, поэт говорит: «Будем выступать против царя, убьем представителя царя, либо добьемся своего, либо умрем. Ты, трудящийся угнетенный многострадальный народ, восстал. Ты не отступай, народ!» 2.


1 Восстание 1916 года в Средней Азии и Казахстане, Сборник документов, М., Госполитиздат, 1960 г., стр. 113, 114.

2 X. Турсунов. Восстание 1916 года в Средней Азии и Казахстане, Ташкент, Госиздат УзССР, 1962, стр. 221.

 

Реакционные феодально-клерикальные круги в ряде мест (например, Джизаке) стремились разжечь религиозный фанатизм и придать движению националистический антирусский характер. Они носились с лозунгами поголовного истребления русских жителей края, отделения Туркестана от России и восстановления в нем старых ханских деспотических порядков. Напуганные размахом народного движения, реакционные круги, как и национальная буржуазия, пошли на сделку с царизмом и способствовали разгрому восстания.

Волнения народных масс в Самаркандской области продолжались до 9 августа 1916 года. В ходе восстания народные низы выдвинули своих вожаков, самоотверженно боровшихся против царских чиновников и местных эксплуататоров. Среди них в Самаркандской области были популярны имена гончара Мухамедамина Мамадалие-ва, кирпичника Курбанбая Урунбаева, арбакеша Хайдара Юлдашева, батраков и бедняков Худайберды Юсупова, Умура и Бардаса Ачиловых 1.


1 П. А. Ковалев. Тыловые рабочие Туркестана в годы первой мировой войны Ташкент, Госиздат, УзССР, 1957, стр. 21.

 

Царские власти особенно опасались развития народного волнения в крупных населенных центрах, в том числе и Самарканде, где накопилось достаточно горючего материала для усиления пламени восстания. В Самарканде было введено военное положение.

17 июля на военном положении был объявлен весь Туркестанский военный округ, с подчинением всего гражданского управления командующему войсками. 21 июля, по распоряжению царя, главнокомандующий Северным фронтом генерал А. Н. Куропаткин был экстренно отозван из действующей армии и назначен на должность Туркестанского генерал-губернатора и командующего войсками округа. Против восставших были брошены карательные отряды, которые разрушали и жгли селения, убивали сотни повстанцев, грабили имущество дехкан, угоняли скот, отнимали земли.

По делу восстания 1916 года было привлечено к суду и следствию свыше 3 тыс. человек. 347 видных руководителей восстания были приговорены к смертной казни, тысячи повстанцев были посажены в тюрьмы, сосланы на каторгу. Более 200 тыс. узбеков, туркмен, таджиков, казахов было угнано в Россию на строительство военных крепостей, железных дорог, для работы на военных предприятиях.

В ходе восстания и в период его подавления местная буржуазия, баи и духовенство еще более разоблачили себя в глазах масс как опора ненавистного царского самодержавия. Пресмыкавшаяся перед колониальной администрацией местная эксплуататорская верхушка вновь предала национальные интересы. В дни восстания местная буржуазия и духовенство призывали массы повиноваться указу царя и организовывали комитеты содействия набору рабочих на тыловые работы.

Национально-освободительное движение 1916 года в Средней Азии, смыкаясь с общей освободительной борьбой рабочих и крестьян России, свидетельствовало о приближении новой революционной бури.