Карта сайта

САМАРКАНД - Часть 37 - ГЛАВА 3

В знак горячего протеста против кровавой расправы царизма над мирной демонстрацией трудящихся Питера социал-демократы Самарканда выпустили специальное воззвание «В бой за свободу!». «Стотысячные толпы рабочих, — гласило воззвание, — пошли к своему царю, которому еще многие верили, на которого многие надеялись. Безоружные, с женами и детьми, с крестами и иконами, они пошли к царю — их встретили пушки, ружья, нагайки... Разбитый на войне с Японией, он открыл войну с Россией. Тысячи трупов легли на улицах столицы. Царь досыта напился народной кровью... Царь — это пушка, которая палит в рабочего, это ружье, которое стреляет в ребенка, это нагайка, которая замахнулась над всеми, кто хочет жить и дышать свободно» 1.


1 С. А. Акрамов. Самарканд в дни первой русской революции. Труды СамГУ, выпуск 60, 1959, стр. 27.

 

Воззвание призывало рабочих с оружием в руках выступить против царизма за свободу и равенство.

В городе распространялись и другие революционные прокламации, в частности, боевое воззвание «К рабочим и солдатам!», выпущенное Ашхабадским комитетом РСДРП.

Обеспокоенный усиливающимся революционным движением, Туркестанский генерал-губернатор 15 января 1905 года сообщал военному министру в Петербург о строгих распоряжениях, которые им сделаны местной полиции «для ограждения в городе внешнего порядка и спокойствия». Но ни угрозы, ни полицейские меры не могли остановить растущее недовольство трудящихся. 19 января 1906 года рабочие самаркандской типографии Демурова потребовали от хозяина введения восьмичасового рабочего дня.

Участник стачки Исмаил Шаджанов вспоминает: «Во время обеденного перерыва рабочие известили друг друга о том, что надо собраться около конторы типографии. Когда мы собрались (нас было более ста человек, в том числе много узбеков и таджиков), появился товарищ Морозов и начал читать по-русски какую-то бумагу. Мне было тогда 16 лет, и я не понял, что было прочитано, но потом нам один рабочий-армянин разъяснил по-узбекски, что социал-демокра-тическая группа выработала требования к хозяину типографии об улучшении экономического положения рабочих. В требования были включены такие пункты, как сокращение рабочего дня, увеличение заработной платы, оказание помощи больным рабочим, прекращение увольнений рабочих с производства без предупреждения и без причин и т. д.» 1.

Напуганный угрозой забастовки, хозяин типографии вынужден был частично удовлетворить требования рабочих. Он подписал специальное соглашение, которым устанавливались девятичасовой рабочий день, отпуска и т. п. Это было первое в Средней Азии письменное соглашение владельца предприятия с рабочими.

В феврале-марте 1905 года прокатилась волна забастовок рабочих Ташкента, Самарканда, Чарджуя, Кизил-Арвата. Когда в феврале рабочие Среднеазиатской и Оренбургско-Ташкентской железных дорог объявили стачку, самаркандские рабочие, руководимые большевиками, поддержали их. Стачка, как сообщала «Искра» из Ташкента, «перекинулась в мастерские Кизил-Арвата, Чарджуя, Самарканда и других городов Туркестанского края, где рабочие уже по собственной инициативе поддержали бастующих товарищей» 2. 20 февраля в Ташкенте забастовали рабочие всех типографий, вследствие чего прекратился выпуск газет. В знак солидарности с ташкентскими стачечниками в этот день не вышла и газета «Самарканд».

Стремясь расширить легальные формы революционной пропаганды самаркандская социал-демократическая организация открыла 24 февраля 1905 года общедоступную библиотеку-читальню. В ней стала концентрироваться легальная и нелегальная литература — прокламации, воззвания, газеты, журналы, брошюры. Вскоре библиотека-читальня превратилась в центр революционной пропаганды среди населения города. Здесь устраивались партийные собрания, впоследствии сюда перешла редакция газеты «Самарканд».

Революция 1905 года усилила аграрное движение в Туркестане, вызванное жестокой эксплуатацией крестьян как местными землевладельцами-баями, ростовщиками, так и царскими колонизаторами. С февраля усилились волнения дехкан в Ферганской долине, в Самаркандском уезде и других областях Туркестана. В июне 1905 года крестьяне Мингарыкской волости Каттакурганского уезда, вооружившись кетменями и палками, оказали сопротивление аксакалу, пытавшемуся отвести воду на байские поля. Дехкане отказывались платить баям долги, избивали их, а в некоторых селениях даже захватывали землю. Аграрное движение было направлено как против царизма, так и против местной феодально-байской верхушки.


1 И. Шаджанов. В Самаркандской типографии. Сборник статей «Революция (905—1907 годов в Узбекистане», Ташкент, 1955, стр. 141—142.

2 «Искра» № 99, 1 мая 1905 г.

 

Дехкане Самаркандской области нередко нападали на сборщиков налогов, расправлялись с ними. Однако, как и в России, аграрное и рабочее движение в 1905 году еще не слилось в общий революционный поток. Выступления дехкан носили разрозненный и неорганизованный характер, силы местных трудящихся подрывались буржуазными и мелкобуржуазными националистическими партиями.

1 мая 1905 года рабочие Самарканда не вышли на работу и собрались под руководством социал-демократов на маевки. Тогда же было проведено несколько сходок печатников, кустарей и солдат на реке Сиаб. В городе большевики распространили первомайскую листовку Ташкентской группы РСДРП; 8 мая происходили волнения среди солдат Ходжентской понтонной и Туркестанской телеграфной рот. Четыре дня солдаты отказывались от пищи, на сходках пели революционные песни. Они добивались улучшения своего положения, выступая против невыносимых условий военной службы; 15 мая приказчики нескольких самаркандских магазинов бросили работу и объявили забастовку. Летом 1905 года забастовали извозчики Самарканда. Они требовали повышения таксы, ограничения произвола полиции, преследовавшей их незаконными штрафами и т. д.

Напуганное ростом революционного брожения, царское правительство решило прибегнуть к политике лавирования и уступок. 6 августа оно объявило о созыве так называемой Булыгинской Думы. Стремясь сорвать намечавшееся соглашение самодержавия с буржуазией и развеять конституционные иллюзии, большевики организовали бойкот этой Думы. Рабочие поддержали большевиков.

Подъем революционного движения в Средней Азии особенно усилился в октябре — декабре 1905 года. Всероссийская октябрьская политическая стачка ярко продемонстрировала солидарность народов Туркестана с русским рабочим классом. В. И. Ленин указывал: «Всероссийская политическая стачка охватила на этот раз действительно всю страну... Пролетарии всех народов этой империи гнета и насилия выстраиваются теперь в одну великую армию свободы и армию социализма» 1.


1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 12, стр. 2.

 

Октябрьская политическая стачка получила широкий отклик и среди трудящихся Самарканда. Поддерживая революционные выступления в России, рабочие самаркандских предприятий выступили с требованиями улучшения своего тяжелого экономического положения. В резолюции, принятой на городском рабочем собрании, резко осуждалась система хищнической эксплуатации трудящихся. В дни стачки легальная трибуна большевиков — газета «Самарканд» — изо дня в день помещала на своих страницах статьи революционного характера, призывая массы к вооруженному восстанию. Тысячами печатались и распространялись среди трудящихся большевистские листовки.

Октябрьская всеобщая стачка, продемонстрировавшая мощь пролетарского движения, парализовала всю хозяйственную жизнь страны. Под напором революции насмерть перепуганный царь вынужден был опубликовать «Манифест 17 октября», в котором были лицемерно обещаны народу «незыблемые» основы «гражданской свободы», «действительная неприкосновенность личности, свободы совести, слова, собраний и союзов». «Манифест 17 октября» обещал также созвать законодательную Государственную думу и привлечь к участию в ней все классы населения. Издание манифеста было признаком слабости самодержавия, уступка царя явилась первой неоспоримой победой революции.

Царский манифест вызвал в Самарканде массовые политические митинги. 18 октября в 7 часов утра все рабочие депо станции Самарканд прекратили работу: часть их пошла тушить топки, другая на телеграф и вскоре заняла его; «фактически весь вокзальный район оказался в руках рабочих» 1. Вслед за железнодорожниками в тот же день забастовали рабочие предприятий. Первыми прекратили работу печатники, их поддержали рабочие чаеразвесочных фабрик Губкина, Кузнецова, Попова и других предприятий. «Когда я во вторник 18 октября вышел в 10 часов утра на улицу, — сообщал самаркандский корреспондент «Русского Туркестана», — были уже закрыты обе типографии, магазины, мастерские и проч. Из мужской гимназии вылетали мальчуганы с криками: «Ура! Да здравствует свобода!». Гимназисты старших классов пошли «снять» женскую гимназию. К 12 часам бастовали все рабочие города Самарканда. Транспортные конторы присоединились также к движению. Жизнь в городе, как по мановению волшебного жезла, приостановилась. Обыватели спешили запастись хлебом и прочей провизией, боясь, что стачка может затянуться. Действительно, до вечера были закрыты все пекарни, только под вечер народ на митинге постановил открыть пекарни и мясные». В тот же день улицы города заполнили рабочие. «Это было небывалое зрелище для самаркандцев, — сообщала газета. — Среди улицы идет масса народа, состоящая из рабочих и учащейся молодежи, а за ними стройными рядами — казаки» 2.


1 «Русский Туркестан», № 231, 3 ноября 1905 г.

2 Там же.