Карта сайта

САМАРКАНД - Часть 33 - ГЛАВА 2

В 1895—1897 годах в Средней Азии по поручению Академии художеств находился художник Н. Н. Щербина-Крамаренко, обследовавший мечеть «Биби-Ханым» и мавзолей Шах-и-Зинда. В те же годы художник Г. А. Панкратьев составил самый полный и детальный альбом памятников древности Самарканда и его окрестностей.

Русские ученые (Л. С. Борщевский, М. В. Столяров, Б. Н. Пет-ров-Борзна, Б. Н. Кастальский, В. Л. Вяткин и др.) занимались сбором исторических реликвий, археологических предметов, восточных рукописей. Большую и плодотворную работу по сбору различных сведений о памятниках древности Самарканда, Ташкента, Бухары, Термеза и других городов края проводили открытые в 1897 году Туркестанское отделение Русского географического общества и Кружок любителей археологии. Они оказали большое влияние на формирование и рост многих ученых, будили в них интерес к изучению богатого исторического прошлого своего края, способствовали культурному сближению местного населения с народами России.

После присоединения Самарканда к России здесь зарождается театральное искусство, распространяется русская музыкальная культура. В 1894 году организуется Туркестано-русское музыкальное общество. В Среднюю Азию стали приезжать русские певцы, музыканты. В 70—80-х годах XIX века в Самарканде, Ташкенте, Коканде строятся специальные здания для концертов и театральных представлений. Русский путешественник И. Л. Яворский, посетивший Самарканд в те годы, вспоминает: «В один из проведенных здесь мною дней, я воспользовался случаем побывать в здешнем импровизированном театре. Сюда на лето только что приехала Ташкентская драматическая труппа. Давали ни больше, ни меньше, как «Свадьбу Кречинского»! Вот куда уже проникает русское искусство!» 1.

Позже в Самарканд и другие крупные города края стали приезжать на гастроли татарские и азербайджанские труппы, язык и сценическое искусство которых были очень близки узбекскому народу. Азербайджанский театр стал регулярно наезжать в Узбекистан, привлекая иногда здесь вместо недостающих актеров любителей из местной интеллигенции, что способствовало в известной мере театральному воспитанию будущих узбекских артистов 2.

В конце 1913 года в Самарканде под руководством Бехбуди была создана первая любительская труппа из 11 человек. Для постановки пьесы был приглашен режиссер-азербайджанец Али-аскар Аскаров. В репертуар труппы самаркандских артистов вошли пьесы «Падаркуш» («Отцеубийцы»), «Обманули и обманулись». Женские роли в обоих спектаклях исполнялись мужчинами. Премьера состоялась 15 января 1914 года. Зрители остались вполне довольны выступлениями артистов. «На спектакль, — писал тогда журнал «Ойна», издававшийся в Самарканде, — пришло очень много людей... Ибратхана (театр) была рассчитана всего лишь на триста двадцать мест. Было подготовлено дополнительно еще около пятидесяти мест, но и этого не хватило. Билеты были распроданы за два дня вперед. Начиная с семи часов, тысячная толпа людей стала ломиться в ибрат-хану. Люди соглашались за три рубля посмотреть спектакль даже стоя. Но не было свободных мест. Господин администратор был вынужден выразить свое сожаление собравшейся публике» 3. Самаркандская труппа со своими спектаклями выезжала весной этого же года в Коканд.


1 И Л. Яворский. Путешествие русского посольства по Афганистану и Бухарскому ханству в 1873—1879 гг., т. I, СПБ, 1882, стр. 23.

2 М. Рахманов. Хамза и узбекский театр. Ташкент, Гослитиздат УзССР, 1960, стр. 27.

3 Там же, стр. 44

 

Так под влиянием русского театра стала зарождаться и развиваться узбекская сценическая культура. В первое время театральные постановки посещало преимущественно русское население, но позже среди зрителей можно было встретить и лиц местных национальностей.

Узбекский просветитель Закирджан Фуркат свои впечатления от посещения им русских спектаклей передает в следующих словах:

«...Я несколько раз посещал театр русского народа, видел игру русских, их ремесло, видел как они подражают. Их постановки, игра не похожи на выступления наших комиков (кызыкчи). Наши комики лишь забавляют, смешат, а русские своей игрой дают поучительный пример. Они показывают, в каком положении находились люди в прошлом, как они жили, общались друг с другом. Иногда показывали веселые сцены, которые, вызывая у зрителей смех, в то же время давали поучительные примеры» 1.

В Туркестан и Самарканд на гастроли приезжали видные русские артисты того времени П. Н. Орлеанова, М. В. Дальский, М. В. Петипа, JI. В. Собинов. С огромным успехом прошли здесь в 1910 году выступления замечательной русской артистки В. Ф. Комиссаржевской 2. В Самарканде бывал и великий русский артист Ф. И. Шаляпин, который в своей книге «Страницы из моей жизни» вспоминает: «Как сладкий яркий сон помню Самарканд с его удивительными мечетями и мальчатками в белых халатиках на дворах мечетей. Жарко, тишина, мальчики, раскачиваясь, учат коран нараспев... Бесшумно, как тени, проходят восточные люди среди низеньких белых стен домов» 3.

Усилиями наиболее прогрессивной части русской интеллигенции в городе были открыты железнодорожное училище, мужская и женская гимназии, библиотека, больница, две амбулатории, музей и другие культурно-просветительные учреждения. Уже через два года после присоединения края к России в Самарканде была открыта школа для детей местного населения, где преподавался русский язык. Кроме русского учителя, в школе был и мусульманский, который учил в духе средневекового мактаба. В начале 80-х годов газета «Туркестанские ведомости» писала, что «в Самарканде в русской школе — значительное количество учеников из туземного населения, чего не замечается в других местах». Тип школы, созданной в Самарканде, стал распространяться в Туркестанском крае под названием «русско-туземной».


1 «Туркистон вилояти газетаси», 6 февраля 1891 г.

2 М. Рахманов. Хамза и узбекский театр. Ташкент, Гослитиздат УзССР, 1960, стр. 18.

3 Ф. И. Шаляпин. Литературное наследие, т. I, М., 1960, стр. 96.

 

Введение светского обучения и открытие русско-туземных школ способствовали формированию кадров национальной интеллигенции. До этого в Самарканде существовали лишь духовные схоластические школы: мактабы (низшие) и медресе (высшие). В течение 5—6 лет их воспитанники зубрили коран, изучали некоторые восточные языки, логику и четыре правила арифметики.

Методы и характер обучения в этих религиозно-схоластических школах, отданных на откуп мусульманскому духовенству, хорошо выражаются триадой: мулла, коран и палка. Царские власти не препятствовали, но и не содействовали деятельности мактабов и медресе. В отчете первого Туркестанского генерал-губернатора Кауфмана имеются следующие строки: «Будучи религиозной и конфессиальноп, туземная школа не должна рассчитывать на сочувствие русской власти. Поэтому представив ее самой себе, следует держаться в отношении к ней той же системы игнорирования, какая была принята в отношении к самому магометанству».

В 1893 году по случаю 25-летия присоединения Самарканда к России на территории Ивановского парка (ныне детский парк) была организована сельскохозяйственная выставка. Она повышала интерес местного населения к русской культуре, приобщала его к новым прогрессивным формам ведения хозяйства.

В городах Туркестана появились русские ремесленники: сапожники, столяры, слесари. Местные ремесленники стали приспосабливаться к новым приемам работы, ко вкусам и требованиям новых заказчиков. «Туземные ремесленники сумели очень быстро примениться к требованиям и вкусам европейских заказчиков и переняли у русских мастеровых как приемы работы, так и более нужные инструменты. Немногие из туземцев оказались в состоянии изучить то или иное ремесло в совершенстве, но и эти самоучки находят широкий сбыт своим произведениям, так как при ограниченности жизненных потребностей, усидчивости и трезвости они имеют возможность конкурировать с русским мастеровым перед невзыскательным заказчиком, значительно понижая цену на всякого рода изделия» 1.

Создание публичной библиотеки в Самарканде способствовало популяризации русской художественной литературы. В городе возник «кружок народных чтений», где местное население знакомилось с творчеством выдающихся русских писателей. 18 марта 1901 года в медресе Шир-Дор было устроено чтение рассказа Л. Н. Толстого «Чем люди живы», переведенного на узбекский язык Н. П. Остроумовым 2.


1 Влияние русской культуры на культуру народов Средней Азии. Л. А. Пере-пелицына, Ташкент, Изд-во СамГУ, 1960, стр. 50, 51.

2 В. В. Бартольд. История культурной жизни Туркестана, Л., изд. АН СССР, 1927, стр. 173.

 

Плодотворное влияние русской литературы сказалось на творчестве таких узбекских писателей-демократов конца XIX—начала XX века, как Мукими, Фуркат, Хорезми, Завки, Хамза. Произведения этих писателей издавались в Самарканде и были широко известны среди местных национальностей.

Передовая русская культура влияла на духовную жизнь народов Туркестана на первых порах и через татарскую и азербайджанскую" литературу, близкую им по языку. Татарский и азербайджанский народы в силу ряда исторических причин раньше многих других народов Востока вошли в состав России и, следовательно, раньше других национальностей смогли приобщиться к передовой русской культуре. В Самарканде, Ташкенте и других городах края можно было видеть произведения русских писателей, переведенные на татарский и азербайджанский языки. В Казанской типографии, созданной еще в 1801 году, печатались многие произведения узбекской, казахской, туркменской литературы.

Здравоохранения населения до присоединения края фактически не было. Десятки тысяч бедняков умирали от непосильного труда и эпидемий. В Самарканде, крупнейшем городе Бухарского ханства, небыло ни одного лечебного учреждения, и его жители были лишены медицинской помощи. Лечебное дело захватили в свои руки знахари-табибы, беззастенчиво одурачивавшие своих пациентов. Колониальная администрация мало заботилась об улучшении медицинского обслуживания. Она сквозь пальцы смотрела на вредную деятельность-знахарей-табибов. Когда один из самаркандских врачей обратился к военному губернатору с просьбой запретить табибам лечебную практику, последний наложил на записке резолюцию: «До нас табибы> лечили туземцев, и последние не вымирали, пусть продолжают лечить, как умеют» 1. Красноречивые признания содержатся в официальном обзоре по Самаркандской области за 1889 год. «По существующим штатам управления областью положено в каждом уезде по одному врачу и, кроме того, один городской врач — собственно для города Самарканда...»

Преодолевая огромные препятствия и трудности, передовые русские врачи, фельдшеры, медицинские сестры, прибывшие в Самарканд, стремились всеми силами улучшить медицинское обслуживание..

Благодаря их усилиям в 1885 году в Самарканде открылась первая лечебница для женщин и детей, завоевавшая вскоре популярность среди населения. В 1897 году в Самаркандской области были организованы первые семь фельдшерских пунктов. Городскую лечебницу открыли и в Ходженте (ныне Ленинабаде).


1 А. А. Геворков. Врач К. М. Афрамович — передовой представитель русской: интеллигенции и медицины в Самаркандской области во второй половине XIX века. Труды Самаркандского мединститута, т. 19, 1960.

 

Среди первых русских врачей, самоотверженно боровшихся за здоровье местного населения, можно назвать К. М. Афрамовича, который в 80-х годах работал врачом в Джизаке, а с 1891 до 1907 года— уездным врачом в Самарканде. Вступив в социал-демократическую организацию, врач-общественник активно сотрудничал в революционной газете «Самарканд». Врач Е. И. Пахомова заведовала с 1894 по 1913 год Самаркандской лечебницей для местных женщин н детей, врачи А. В. Яковлева-Пославская, С. П. Грачева-Горновская, Л. Симонова, Хохрякова, Благовещенский, П. И. Благовещенская, П. И. Стародубцев, А. А. Тахтарова, Е. М. Савицкая, М. М. Никули-на-Сопетова, О. И. Солнышкина, М. П. Тепер и многие другие отдавали все свое время и знания на службу народу.

Итак, несмотря на реакционную политику колонизаторов в Самарканде, еще в дореволюционное время силами демократической общественности, русских ученых и местных прогрессивных элементов постепенно развивались просвещение, культура, здравоохранение. Однако важнейшим обстоятельством, определившим прогрессивность присоединения Средней Азии к России, явилось прежде всего общение среднеазиатских народов с великим русским народом. В рабочем классе России народы Средней Азии увидели силу, которая была заинтересована в ликвидации социального и национального гнета, вождя и сообщника в борьбе против общего врага — царизма, русского капитализма и местных эксплуататоров. Через представителей революционного пролетариата России проникали в среду трудящихся масс Средней Азии великие идеи марксизма-ленинизма.