Карта сайта

САМАРКАНД - Часть 22 - ГЛАВА 1 Герат и Самарканд

К концу XV века великая держава Тимуридов распалась на отдельные феодальные государства, владетели которых ожесточенно враждовали между собой. Политическая раздробленность и непрекращающиеся войны разоряли страну и обостряли классовую борьбу между феодалами-землевладельцами и угнетенными массами крестьян.

Наиболее крупными феодальными государствами оставались Герат и Самарканд. После гибели Улугбека Самарканд стал ареной кровавых схваток, борьбы за престол самих тимуридов и других феодальных владык, жаждущих власти и богатства. Не прошло и трех дней после гибели великого астронома, как сын Улугбека Аб-дуллатиф, умертвив своего брата Абдулазиза, через трупы отца и брата воссел на тимуридский престол в Самарканде.

Феодальная борьба, сделавшая сына отцеубийцей, привела его в лагерь оголтелых мракобесов-дервишей и оттолкнула от него народ и войска. Властолюбивый и подозрительный Абдуллатиф железной рукой подавлял всякое неповиновение. Он, по выражению современника, не допускал «ни уважения к старости, ни снисхождения к молодости».

Против самаркандского владыки назревал новый заговор. 8 мая 1450 года Абдуллатиф, после шести месяцев своего правления, был обезглавлен. Отрубленную голову его заговорщики принесли в Самарканд и выставили напоказ народу на портальной арке медресе Улугбека. После смерти Абдуллатифа династическая борьба между тимуридами разгорелась с новой силой. Этим воспользовались кочевые племена, которые стали играть в политической жизни страны большую роль. На престоле в Самарканде оказался царевич Абдулла, который стал восстанавливать прежние порядки, установленные при Улугбеке. Это вызвало отрицательную реакцию духовной знати, особенно бухарской. В Бухаре на роль государя Мавераннахра был выдвинут авантюрист из потомков Тимура, Абу-Саид. При помощи реакционного мусульманского духовенства и кочевников-узбеков, объединенных под властью Абулхайр-хана, Абу-Саиду удалось в июне

1451 года под Самаркандом разбить войска Абдуллы, павшего в этой битве, и завладеть тимуридским престолом в Мавераннахре.

В период правления Абу-Саида (1451—1468 гг.) в Самарканде, в Бухаре усилилось влияние реакционного духовенства и дервишиз-ма, возглавляемого одной из мрачных фигур в истории народов. Средней Азии, мракобесом Ходжой Ахраром.

Во время правления Абу-Саида власть над Гератом и всем Хорасаном принадлежала Абу-Касиму Бабуру, в 1454 году совершившему неудачный поход на Самарканд.

В сорокадневной осаде простые горожане отстояли Самарканд и одержали победу над войском этого завоевателя, в то время как правитель города Абу-Саид, струсив, собирался покинуть свой трон и бежать из Самарканда.

В 1457 году Абу-Касим Бабур умер в Мешхеде. Вновь в Хорасане разгорелась ожесточенная междоусобная борьба за овладение верховной властью. К этому времени правитель Мавераннахра и Самарканда Абу-Саид оказался более сильным, ему удалось захватить гератский престол и объединить под своей властью огромную территорию Средней Азии.

Однако вскоре появился новый претендент на трон в Хорасапс. Им оказался тимурид Султан Хусейн Байкара, который в 1469 году овладел Гератом и, сделавшись одним из могущественных государей Персии и некоторых областей Средней Азии, продержался на троне в течение сорока лет. Это было время относительного покоя в стране.

В период правления Султана Хусейна (1469—1506 гг.) Герат превратился в центр культурной жизни. Это был город с прекрасными постройками, с благоустроенными базарами, оживленной торговлей, развитым ремеслом. Здесь собрались поэты, художники, мастера различных искусств. Здесь жили и творили великие поэты: таджикский — Абдурахман Джами, узбекский —Алишер Навои.

Джами и Навои — два гениальных поэта, их духовное родство, их взаимное отношение друг к другу — наглядное свидетельство дружбы таджикского и узбекского народов. Эти два великих представителя двух народов Средней Азии жили и творили в одну историческую эпоху, общались в одной и той же культурной среде, разделяли мнение, идеи своих предшественников и идеи своего времени. Их замечательные творения, как лучи яркого света, сияли в темной ночи прошлой безрадостной, жестокой феодальной действительности.

Истоки духовного формирования Абдурахмана Джами, как и Алишера Навои, начались в древнем Самарканде.

Получив первоначальное образование в Герате, пытливый юноша Джами приехал в Самарканд. Он жил и учился в медресе Улуг-бека, где преподавание вели такие крупнейшие ученые, как Казы Заде Руми, Фазуллах Аби-Лейси. По преданию известно также, что отдельные лекции в медресе читал и сам Улугбек. Отличаясь исключительными способностями и трудолюбием, молодой Джами получил блестящее для своего времени образование и обладал обширными познаниями в арабском языке, грамматике, в восточной и греческой философии, законоведении, в истории ислама, в основах религии, в математике и астрономии, естествознании.

Вернувшись из Самарканда в родной город, Джами в первое время стремился поступить на службу к правителям Герата. Но, обладая твердым независимым характером, юный поэт и ученый, столкнувшись с придворной жизнью, где царили подлость и интриганство, оставил свое намерение и, отказавшись от служебной карьеры, вступил в суфийско-дервишский орден накшбендиев. Но, вступив на путь суфизма, Джами не ушел от жизни, не стал аскетом. Жизнь поэта протекала в научной творческой работе, среди рукописей и книг, в общении с друзьями. Он, так же, как несколько позже это делал в Герате Алишер Навои, принимал деятельное участие в жизни города, тратил свои средства на постройку высшего духовного училища — медресе.

За 78 лет своей жизни Джами написал около ста литературных и научных произведений, среди которых основными являются: «Дуновение тесной дружбы из чертогов святости», в котором содержится жизнеописание 604 суфистских деятелей, в том числе многих крупных таджикских поэтов; нравоучительные новеллы «Бахарестан» («Плодовый сад»), семь поэм («Семерица»), три сборника лирических стихотворений—диван и многие другие произведения 1.


1 Аннотированный список произведений Джами см. в собрании Института востоковедения АН УзССР, Ташкент, изд-во «Наука», 1965 г.

 

Литературная деятельность Джами принесла ему славу еще при жизни. Когда Джами в 58-летнем возрасте совершил путешествие из Герата в Мекку, в Азербайджане, Западном Иране, Турции, через которые он проезжал, — всюду ему устраивали торжественные встречи, а государи этих стран награждали прославленного поэта, приглашали к себе. Но Джами вернулся в родной Герат и прожил там вплоть до своей смерти, наступившей 9 ноября 1492 года.

В своих произведениях Джами воспевает правдолюбие, гуманизм и трудолюбие. Поэт выступает против лицемерия, насилия и ханжества, против деспотизма и произвола, зовет людей к труду, творчеству. Эти стороны творчества великого мастера слова нам бесценно дороги. Однако наряду с прогрессивными идеями для того времени в произведениях Джами отражены и отсталые религиозные философские идеи суфизма. Но Джами не ограничился узкими рамками феодального мировоззрения и пытался подняться выше клерикальной идеологии средневековья. Хотя не всегда ему это удавалось, но значительная часть его творений проникнута идеями свободомыслия, любви к народу. Поэт напоминает носителям власти:

«Помни завет, из всего, что узнал я от мудрецов, мудрейшее вот: «Тот, кто жестокости меч поднимает, Сам от меча жестоких падет».

Разоблачая правителей, строящих свое благополучие на страданиях и притеснениях народа, Джами писал:

«Вот целый город разорен вконец, Чтоб выстроить тебе один дворец.

И куры в плов тебе и всякий плод Насильно взяты из дому сирот».

Знаменательно, что позже эта же мысль была выражена в одном из стихотворений Навои.

О гуманистических чертах поэзии Джами свидетельствует его отношение к женщине Востока, которая была до предела унижена. Нужно было иметь исключительную смелость и чистое поэтическое сердце, чтобы создать такой обаятельный образ матери Искандера — мудрой, любящей, мужественной женщины, стойко переносящей разлуку и горе. Вслед за Низами, великим азербайджанским поэтом, Джами, мечтая об идеальной жизни людей в будущем, передает утопическую идею о том, как Искандер достиг города счастливых людей, не знавших угнетения, деспотизма, неравенства, людей чистых и благородных, возвышенных нравов. Поэт рассказывает, что в этом городе не были нужны ни тиран, ни деспот, что сынам добра противны жадность к грудам серебра, что труд их был легок и у них в достатке было все от плодов земных, а их нравы были чисты и страна не ведала, что в мире есть война.

То город был особенных людей,

Там не было ни шаха, ни князей,

Ни богачей, ни бедных — все равны,

Как братья, были люди той страны 1.

В период расцвета творчества Джами на поэтическую арену выступает и великий узбекский поэт Алишер Навои (1441—1501 гг.).

Навои был, так же как и Джами, родом из Герата и учился в Самарканде и Мешхеде. В Самарканде (1466—1569 гг.) он познакомился с видными учеными и поэтами, учился у них. О днях пребывания Навои в Самарканде рассказывает в своей «Книге благородных качеств» Гиясиддин Хандемир: Навои «отправился в Самарканд к достойному мужу, прибежищу знания — ходже Вазил аллаху Абуль Лейси, который из-за великой своей учености получил прозвание «второй Абу Али-Сина». Заняв келью в занаке этого достойного мужа, он некоторое время усваивал знания должным образом» 2.

Известный самаркандский законовед и знаток арабского языка Абуль Лейси очень внимательно относился к Алишеру Навои, ценил его за высокую и разностороннюю одаренность и оказывал ему предпочтение перед другими учениками. Пребывание Навои в Самарканде было весьма плодотворным. Здесь он пополнил свои знания и совершенствовался как поэт. Именно в Самарканде он познакомился с творчеством поэтов, писавших на староузбекском языке. Особенно высоко ценил Навои староузбекские газели Лутфи. Благодаря Лутфи молодой поэт впервые ознакомился со стихотворными формами, связанными с фольклором тюркских народов. Все это дает нам право сказать, что Самарканд шестидесятых годов XV века стал колыбелью великого узбекского поэта.


1 Абдурахман Джами. Избранные произведения, М., ГИХЛ, 1965, стр. 182,

2 Гиясиддин Хандемир. Книга благородных качеств. Перевод М. Салье. Сборник «Родоначальник узбекской литературы». Ташкент, 1940, стр. 182.