Карта сайта

САМАРКАНД - Часть 19 - ГЛАВА 1 Самарканд — один из мировых научных центров

После смерти Тимура вновь разгорелись междоусобные войны и феодальные смуты. Пять лет длилась ожесточенная борьба за власть между потомками великого эмира. Она завершилась победои сына Тимура — Шахруха (1409—1447 гг.), который своей резиденцией избрал не Самарканд, а Герат. Весь Мавераннахр он отдал в удел своему старшему сыну — Улугбеку (1394— 1449 гг.).

Сорок лет — с 1409 года до своей трагической гибели в 1449 году— правил страной Улугбек, при котором Самарканд еще более благоустраивался и становился одним из мировых научных и культурных центров. В Самарканде первой половины XV века вокруг Улугбека возникла целая научная школа, объединившая видных астрономов и математиков — Джемшида Гияс-ад-Дина аль-Каши, Казы-Заде Руми, Али-Кушчи, именами которых гордятся народы Востока. В Самарканде в то время жили историк Хафиз-Абру, написавший замечательный труд по истории Средней Азии, знаменитый медик Мавлоно Нефис, поэты Сирадж-ад-Дин Самарканди, Саккаки, Луфти Бадахши и др. Это были передовые люди того времени, верившие в силу человеческого разума, в силу науки.

Улугбек начал увлекаться наукой еще в молодости. Расширению его умственного кругозора способствовала собранная его дедом Тимуром и отцом Шахрухом богатая библиотека 1. в которой он проводил большую часть своего времени. Улугбек любил поэзию и даже сам писал стихи, интересовался историей. Из персидских поэтов он отдавал предпочтение Низами (1141—1209).

Владетелем Самарканда Улугбек стал в возрасте 15 лет, но первые два года им руководил опекун Шах-Мелик— верный сановник Шахрука. С 1411 года Улугбек, освободившись от опекунства, выступает уже в качестве самостоятельного правителя.

Улугбек стремится удержать свою власть над Мавераннахром, распространить его на другие земли, входившие при Тимуре в Чагатайское государство. Но, в отличие от своего деда, войны, которые вел Улугбек, носили в основном оборонительный характер. В 1413 году он отправил войска эмира Шах-Мели-ка, чтобы отстоять от узбеков-кочевников хорезмийские земли. Затем Улугбек повел решительную борьбу против ферганского правителя Ахмеда, не желавшего подчиняться правителю Мавераннахра. В ноябре 1424 года Улугбек предпринял большой военный поход против хана Мо-голистана (область Семиречья, Кашгар) Шир-Мухаммеда. В жаркой битве за рекой Чу в горах Кетмень-Тепе победу одержали войска Улугбека и с богатейшей добычей вернулись в Самарканд. Из этого похода Улугбек вывез два куска черного нефрита, которые были настолько велики, что для перевозки их пришлось соорудить специальную повозку. Из этого нефрита позже Улугбек сделал сохранившееся до наших дней надгробие над могилой Тимура в мавзолее Гур-и-Эмир. В память о победоносном маголистанском походе 1425 года Улугбек повелел высечь на скале в Джилаутинском ущелье вблизи Джизака специальную надпись об одержанной им победе.

Военная слава Улугбека оказалась недолговечной. Дальнейшие внешнеполитические события сложились для Улугбека неблагоприятно. Против него выступили кочевники на Сыр-Дарье. Хан Барак, поставленный Улугбеком, изменил ему. Тогда в 1427 году Улугбек вместе с братом Джуки, присланным ему на помощь Шахруком, двинулся против Барака на Сыр-Дарью. В холмистой местности недалеко от города Сыганака войска царевичей потерпели тяжелое поражение и сами едва не попали в плен врагу. Это поражение было самым печальным днем в жизни Улугбека и едва не стоило ему престола и власти над Мавераннахром. В Самарканде образовалась партия, требовавшая закрытия ворот столицы перед разбитым войском.


1 Тимур высоко ценил не только драгоценности и произведения искусства, но и старинные рукописи, которые сосредоточивались в его знаменитой библиотеке, расположенной в одном из самаркандских дворцов. Среди рукописей этого богатейшего для своего времени хранилища имелись книги на разных языках: греческом, латинском, сирийском, холдайском, армянском и многих других. Современник Тимура армянский историк сообщает, что во время завоевания Армении и Грузии Тимур, «собрав все армянские и персидские книги, сколько мог найти, послал их в Самарканд и поместил там в одной башне. Под страхом строжайшего наказания запретил он выносить книги из башни, а желающим читать их разрешил заниматься в башне, однако оставаясь там не очень долго».

Среди книжных сокровищ находился и знаменитый коран Османа, написанный куфическим шрифтом на пергаменте, выделанном из кожи серны. Позже сам Улугбек собрал свою знаменитую библиотеку, в которой было много астрономических сочинений.

 

После поражения 1427 года Улугбек почти в течение всех последующих двадцати лет не предпринимал походов, даже тогда, когда враги совершали отдельные набеги на границы его государства.

Со смертью Шахруха в 1447 году в течение двух лет и восьми месяцев Улугбек правил всем тимуридским государством, включая значительную часть территории Хорасана со столицей в Герате. Это было' достигнуто им в результате напряженной борьбы против смуты, разгоревшейся в Средней Азии тотчас же после смерти Шахрука.

Улугбек не сделал Герат столицей, так как любил Самарканд и-стремился к тому, чтобы город не потерял прежнего величия, созданного ему Тимуром. Самарканд по-прежнему жил кипучей жизнью,, шла бойкая торговля, напряженно трудились в своих мастерских ремесленники. По-прежнему в городе сохранялись и приумножались культурные традиции времен Тимура.

Сам Улугбек был не только просвещенным государем, но прежде всего замечательным ученым своей эпохи. Яркую характеристику Улугбеку дает его современник Давлат Шах.

«Улугбек, — пишет он, — был падишахом-ученым, справедливым,, могущественным и великодушным. Он достиг высокой степени учености и глубоко проник в суть (вещей). Уровень ученых в его время был на большой высоте и достойные занимали при нем важное положение. В геометрии он был подобен Евклиду, а в астрономии — Птоломею. По единодушному мнению превосходных и мудрых, при исламе и даже раньше, со времен (Александра) Двурогого по сие время на престоле власти не было падишаха-ученого, подобного Улугбеку Гургану. Он имел столь глубокие познания, что основал обсерваторию (для изучения) звезд в содружестве с другими учеными того времени, такими, как слава ученых и мудрых Казы-заде Руми и Маулана Гиясуд-дин Джемшид Каши. Оба эти великие ученые скончались, не завершив работы. Его величество (Улугбек), сосредоточив все свои помыслы на завершении этого дела, закончил постройку обсерватории и выпустил «Зидджи султони».

Он велел построить в Самарканде высокое медресе, равного которому по красоте и соразмерности пропорций нет во всем мире. И теперь в том высоком медресе живут и получают удовольствие более ста студентов» 1.


1 Т. Н. Кары-Ниязов, Улугбек — великий астроном XV века. Сборник «Из истории эпохи Улугбека», Ташкент, 1965, стр. 67—99, 302—303.

 

Двор Улугбека задавал тон, которому подражала феодальная знать. Здесь царила веселая непринужденная обстановка, нередко звучали музыка и песни, проходили пышные пиры и празднества. Подобные веселые пиры с музыкой, танцами и песнями устраивались не только при султанском дворе, но и практиковались также феодальной знатью и представителями высшего мусульманского дворянства.

В первой половине XV века в Самарканде было много музыкантов, певцов, танцовщиц, и слава о их высоком искусстве гремела далеко за пределами города. Источники свидетельствуют, например, о том, что в двадцатых годах XV века один из вельмож Ташкента выписал себе на пир музыкантов из Самарканда. Примечателен и тот факт, что вопреки законам шариата на празднествах вместе с мужчинами участвовали нередко и женщины.

Улугбек был истинным сыном своей эпохи и при нем, так же как при всех тимуридах, господствовали феодальные порядки, обрекавшие огромные массы бедняков на тяжелое угнетение. Крестьяне находились в зависимости от феодалов, они вынуждены были работать на своих господ, платить им многочисленные подати и нести тяжелые повинности. Горожане и, прежде всего ремесленники, составлявшие большинство населения Самарканда, облагались (наряду с другими повинностями) торгово-ремесленным налогом — «тамга», размеры которого были и при Улугбеке довольно значительны. Этот налог взимался также с лиц, занимавшихся торговлей. «Тамга» как ремесленно-торговый налог задевал интересы не только самих ремесленников, но и купцов, владельцев дуканов (ремесленных мастерских), являвшихся одновременно лавками по продаже ремесленных изделий. Суровые притеснения феодалов и при Улугбеке вызывали протест и возмущение со стороны обездоленных масс. Ибн Араб-Шах и другие историки того времени приводят сведения о ропоте народа во время голода 1409 года, но этот ропот не затухал и позже, поскольку положение масс постепенно ухудшалось, особенно во второй половине XV столетия.

Несмотря на враждебное отношение самого Улугбека к мусульманскому мистицизму (суфизму) и дервишстским орденам, духовенство играло доминирующую роль не только в духовной, но и в политической жизни страны. Представители реакционного духовенства, шейхи, особенно приверженцы накшбендиев, возглавляемых Убай-дуллой Ходжой Ахраром, сыгравшим коварную роль в судьбе Улугбека и во всей культурной жизни Самарканда, резко выступали против светских знаний, тушили свет науки, вели беспощадную борьбу против всякого свободомыслия. Под реакционным знаменем духовенства объединялись все черные силы, тормозившие развитие культуры и науки. Эти силы готовили тайный заговор против великого астронома и его сподвижников — ученых Самарканда.