Карта сайта

САМАРКАНД - Часть 17 - ГЛАВА 1

Сохранившиеся до нашего времени мавзолеи и другие архитектурные памятники периода владычества Тимура поражают своей красотой, гармонией красок, совершенством строительной техники.

Один из них — Шах-и-Зинда — означает «живой царь». Название это связано с легендой, повествующей о том, что будто бы когда-то в Самарканде жил проповедник ислама, двоюродный брат пророка Магомета — Кусам ибн Аббас. Однажды, гласит легенда, он, закончив свою проповедь, ушел из земного мира, но продолжает жить «на том свете». По другой версии, Кусам погиб за веру. Так или иначе, Тимур, зная популярность Кусама среди мусульман, решил на месте мнимой могилы Кусама создать «крупный паломнический центр, который, если не мог соперничать с Меккой, то во всяком случае мог оттянуть часть тех, кому не по силам было путешествовать в Мекку, в далекую Аравию» 1. Тимур прекрасно понимал материальные и политические выгоды, которые могла извлечь его казна в связи с притоком сюда паломников. Поэтому искавший популярности среди духовенства «железный хромец» всемерно содействовал возведению вокруг мнимой могилы Кусама роскошных мавзолеев, увенчанных голубыми куполами и декорированных сложной и красивой облицовкой.

Ансамбль Шах-и-Зинда, расположенный на склоне холма Афросиаб, состоит из одиннадцати различных зданий, сооружавшихся в течение XIV—XV веков. В верхней части ансамбля расположены постройки времен Тимура — мавзолеи сестер властелина — Туркан-ака (1371 — 1372 гг.) и Ширин-бика-ака (1385—1386 гг.), Туман-ака (1385 г.). Верхнюю группу завершает мавзолей Туглу-Текин, матери эмира Хусейна (1376 г.), и мавзолей Эмир-Заде (1386 г.). Эти куполообразные усыпальницы над прахом родственников Тимура, а также высокопоставленных лиц должны были подчеркивать царственное величие султана, могущество феодалов и духовенства, тех, на чьи средства возводились эти памятники. Об этом свидетельствуют надписи на мавзолеях: «Царство принадлежит аллаху», «Султан — тень аллаха на земле».

По изяществу, точности и разнообразию форм ни один из самаркандских памятников не может сравниться с мавзолеями Шах-и-Зинда. И тот, кто хоть раз видел их, никогда не сможет забыть законченности и своеобразия архитектуры и чарующей красоты узоров этих величественных творений человеческих рук.

Другим крупнейшим архитектурным памятником Самарканда является соборная мечеть Биби-Ханым, строительство которой было начато в 1399 году, после победоносного похода царя в Индию.


1 А. Ю. Якубовский. Самарканд при Тимуре и тимуридах. Л., 1933, стр. 28—29.

 

Мечеть, строилась в течение пяти лет и была завершена в 1404 году. По замыслу Тимура это сооружение должно было затмить все виденное им в других землях. К участию в строительстве были привлечены; зодчие, художники, мастера и ремесленники со всех стран Востока. 200 каменотесов из Азербайджана, Фарса, Индостана и других стран, работали в самой мечети, а 500 каменотесов в горах близ Пенджикента трудились над обтесыванием камня и отправкой его в Самарканд. Мастера и ремесленники, собравшиеся со всех концов мира в Самарканд, образовали многочисленный отряд строителей и каждым из них вносил в дело свой творческий опыт и традиции 1.


1 Тимуридская архитектура возникла на базе местных среднеазиатских традиций и явилась результатом «коллективного сотрудничества» среднеазиатских зодчих с мастерами, вывезенными Тимуром из покоренных им стран. Г. Пугаченкова, Л. Рим-пель. Выдающиеся памятники Узбекистана. Ташкент, Госиздат УзССР, 1958, стр 42.

 

Мрамор до ставлялся на 95 слонах, вывезенных из Индии, телегах, запряженных иолами, и множеством людей.

Всякий раз, когда Тимур возводил какую-нибудь постройку, он разделял ее на несколько участков, и заведование каждым поручал одному из царевичей, эмиров и вельмож, чтобы между ними во время работ происходило соревнование. Днем и ночью он наводил справки; у кого работа продвинулась вперед, того он награждал и хвалил, кто отставал, того упрекал. Оказавшиеся во власти назначенных самим Тимуром надсмотрщиков, строители работали, не покладая рук, день и ночь. Со строителями обращались, как с подъяренным быдлом. Испанский посол Клавихо свидетельствует, что для поощрения работавших на постройке Тимур приказывал приносить туда вареного мяса и бросать его трудившимся в яме, словно собакам.

Строительство мечети еще не кончилось, когда Тимур отправился в поход. Вернувшись в свою столицу, он тут же поехал осмотреть законченное строительство. Взору Тимура открылось грандиозное здание: оно занимало прямоугольный двор размером 130x102 метра. На западной стороне его возвышалась главная мечеть, на северной и южной стояли малые мечети. Обширный внутренний двор был выстлан мраморными плитами и обнесен крытой галереей для богомольцев. Вход во двор мечети был оформлен в виде отдельно стоявшего высокого портала с двумя круглыми минаретами, достигавшими 50 метров высоты. Фасад главной мечети был украшен величественным порталом с двумя гранеными минаретами. Стены всех помещений снаружи были богато декорированы разноцветными глазурованными кирпичами, образовавшими прихотливые геометрические •орнаменты и религиозные надписи. Внутренняя отделка помещений мечети была еще более роскошной и богатой. Стены были облицованы майоликовой мозаикой, резным мрамором, тиснениями на папье-маше, позолоченными узорами.

Но Тимур остался недоволен сооружением и в гневе велел схватить двух вельмож — Ходжу Махмуда Давида и Мухаммеда Джель-да, оставленных для руководства строительством на время его отсутствия. За ошибки, допущенные при сооружении мечети, они были повешены за Сиабом у подножья Чупан-ата.

О строительстве Биби-Ханым, этого величественного архитектурного памятника эпохи Тимура, сохранилась до наших дней народная .легенда.

Красавица Биби-Ханым, любимая жена Тимура, прекрасный образ которой единственно и безраздельно господствовал в сердце сурового и жестокого полководца, решила воздвигнуть величественную но красоте и убранству мечеть, достойную славы своего супруга. И когда великий повелитель находился в военном походе, она собрала на совет лучших мастеров-строителей. Чтобы развеять сомнения •строителей, хватит ли сил и средств на это громадное сооружение, царица распорядилась показать им неисчислимые груды золота и драгоценностей, предназначенных ею на постройку.

Работа закипела. Под надзором юного талантливого зодчего, безумно влюбленного в царицу, быстро вырастали стены, один за другим вознеслись к небу вершины восьми минаретов. Вот уже виден последний купол. Остается лишь сооружение одной чудесной арки, которая должна была соединить две колонны. Все чаще посещает постройку Биби-Ханым. Она торопит зодчего быстрее завершить возведение арки. Но, очарованный красотой царицы, архитектор не спешит. Между тем, в Самарканд приходит известие о скором возвращении Тимура. Царица ждет окончания строительства. Дерзкий зодчий ставит перед царицей условие: «Я построю эту арку в срок лишь в том случае, если ты подаришь мне хоть один поцелуй». Напрасно царица возмущалась, угрожала, умоляла. «Я подарю тебе, — говорила она, — любую из моих рабынь, которую ты выберешь. Почему ты именно любишь меня? Посмотри на эти яйца, раскрашенные во всевозможные цвета. Они нисколько не похожи друг на друга, но если ты их разобьешь, то чем одно яйцо будет отличаться от другого? Таковы мы — все женщины». Но неумолимый зодчий, подгоняемый горячей страстью и любовью к Биби-Ханым, отвечал ей: «Вот два бокала, один из них я наполню прозрачной водой, а другой белым вином; они очень похожи друг на друга, но если я преподнесу их к губам моим, то один меня обожжет, а другой я не почувствую совсем. Такова любовь».

Между тем, Тимур уже приближается к столице. Досаде Биби-Ханым нет предела. Так долго лелеянный сюрприз ее своему повелителю под угрозой. Царица не может допустить этого, и она соглашается па поцелуй. Торжествующий архитектор склоняется над обликом прекрасной Бихи-Ханым. Она пытается заслонить свое лицо ладонью. Но поцелуй так жгуч, страстен, что жар его проходит сквозь руку красавицы и оставляет на щеке ее пламенеющее пятно.

Перед восхищенным взором Тимура, вступившего в пределы своей столицы, встает соборная мечеть, вознесшаяся своими куполами в небо, удивляя всех своим великолепием, чарующим блеском и красотой. Каково было смущение Биби-Ханым, когда проницательный -супруг увидел след поцелуя на ее щеке. Царица сознается во всем Тимуру. По велению «железного хромца» воины ищут зодчего, чтобы предать его смерти. Они видят его восходящим со своим учеником на минарет воздвигнутой мечети. Воины Тимура бросаются туда. Зодчин взбирается на самую вершину минарета. И когда преследующие его по бесчисленным лестницам воины поднимаются наверх минарета, они находят лишь ученика зодчего. «Где архитектор? — спросили его. «Учитель сделал себе крылья и улетел в Мешхед», — ответил тот.