Карта сайта

Ностальгия по деревянному городу (часть 11) - Архангельский дом

Печи имели большей частью гладкие оштукатуренные меловые поверхности. Художественное оформление заключалось в устройстве венчающего карниза, «каминной полки» и украшении чугунных дверок рельефами на классический сюжет — римской квадригой или головным убором легионера. Состоятельные хозяева делали в гостевых помещениях изразцовые печи, которые целиком можно считать художественным произведением.

Для облицовки использовались плитки размером 16 x 27 или 23 x 46 сантиметров. Ассортимент плиток, предлагавшихся на рынке строительных материалов, удовлетворял любому, самому взыскательному вкусу. Несколько дивных образцов таких печей — белых глазурованных, терракотовых и майоликовых — сохранилось в каменном доме Плотниковой на углу Поморской улицы и набережной.

В начале XX века применялась разработанная еще в 1840—1860-х годах эффективная конструкция отопительных печей с герметически закрывающейся дверкой. Тем не менее всякий, кто жил в доме с дровяным отоплением, знает стоящий там специфический запах. Печи радуют ярким огнем, бликами, сухим ровным теплом, но и загрязняют воздух, иногда сильно. В холодное время года отравления архангелогородцев угарным газом случались ежедневно. Поскольку жертвами оказывались преимущественно пожилые люди, страдавшие болезнями сердца и легких, на это не обращали особого внимания. Члены семьи и врачи считали естественным, что с наступлением холодов бабушки и дедушки чувствуют себя хуже.

Кухонные печи представляли собой комплекс из русской печи, плиты и котла для нагревания воды в количестве, достаточном для стирки. Когда печью не пользовались, ее чрево, походившее на пещеру, прикрывали за- слонкой.

Печники были в особом почете, знали себе цену, за работу брали дорого. Ведь от их умения правильно расположить каналы дымоходов зависело, не превратится ли печь из друга в мучителя-врага — задувающего в комнату, воющего, чадящего и, главное, плохо греющего.

Для освещения применялись керосиновые лампы и свечи. Лампы были из различных материалов и самой разной формы. Свечи изготавливались самими домохозяйками: фитиль погружали в расплавленный воск либо подвешивали внутри металлической формы, куда заливали воск. Идеалом большинства архангелогородцев было иметь собственный дом. Построить его — значило обжить и упорядочить целый мир, преобразовать хаос в космос, обзавестись второй после телесной оболочки границей с внешней средой. Свой дом отражал представление о хорошей, обеспеченной жизни. Он был огромным достоянием, вехой, памятником — тем, чему не жалко посвятить годы, что перейдет к детям и внукам.

Начинали с подачи прошения в городскую управу. Предварительно оформленное по заказу застройщика архитектором, оно содержало изображение главного фасада, планы этажей и приусадебного участка, привязку к конкретному месту в городе, иногда еще продольный и поперечный разрезы дома, но схематические, обобщенные. На бумаге оставляли свободное место для согласований с губернским архитектором и инженером. Никаких альбомов рабочих чертежей в помине не было. При строительстве все размеры брались с помощью масштабной линейки прямо из прошения. В дальнейшем этот документ служил паспортом дома, хранившимся у хозяев. Не претендовавший «радовать глаз», чуждый всякого полета творческой фантазии, требовавший лишь точной горизонтальной и вертикальной проекций строения, он не случайно носил в свое время и другое название — «полицейский чертеж». Получив разрешение на строительство, горожанин нанимал артели — для заготовки леса, потом для возведения дома, затем артель печников и, наконец, столяров, которые завершали постройку: делали косяки, рамы, дверные полотна, наличники, красили полы. Часто они же изготовляли мебель. Найти нужную артель не составляло труда. Газеты пестрели предложениями:

Семен Викторович
ОВЧИННИКОВ
Архангельск, Воскресен. ул., соб. д. Тел. № 2Q9
Принимает подряды на:
плотничные, печные, штукатурные, кровельные,
малярные и проч. строительные работы

Или:

Эстляндская живописная и малярная
мастерская
А. Э. Ю. ГЛАЗБЕРГ
Архангельск, Псковский пр., д. Котлова № 70
Принимаю всякого рода живописные и малярные
работы.
Окраска потолков, стен, полов, окон, дверей.
Наружная окраска крыш и стен, оклейка обоями
и проч.
ЦЕНЫ УМЕРЕННЫЕ

Деловая этика определялась тем, что в огромном большинстве случаев артельщики обслуживали себе подобных — людей, имевших те же вкусы и привычки, носивших ту же одежду и обувь, евших ту же треску, ходивших в те же церкви, разделявших те же суеверия и предрассудки, восхищавшихся теми же героями. Строили на совесть, главным было качество. Особенно тщательно выполнялись работы, требовавшие нестандартных решений.

Мастера любили импровизировать, некоторые были готовы отбросить все соображения материальной выгоды, затратить массу времени и сил, лишь бы с честью выполнить какой-нибудь сложнейший заказ, вроде круглого эркера. Энтузиазм заразителен. Часто в строительство включались и заказчик, и его жена, и дети.

Стремление самому участвовать в возведении дома уходит корнями в далекое прошлое, когда один и тот же человек выращивал хлеб, изготовлял для себя орудия труда, ткал, шил одежду — и строил себе жилье. Северяне последующих поколений легко меняли род занятий исходя из потребностей момента. Участие же всей семьи в общем деле составляло раньше традицию, без соблюдения которой нельзя было прожить.

По какой бы причине будущий хозяин дома ни брал-в руки топор и пилу, ради удовольствия или — что ж тут зазорного? — из желания сэкономить на оплате артельщиков, он совмещал функции проектировщика и строителя, становился в полной мере творцом, наподобие художника, который в процессе работы проверяет себя, улучшает свое произведение, всячески выражает свою индивидуальность.

Ограниченное по масштабам, контролируемое заказчиками-потребителями, неспешное строительство обеспечивало замечательное соответствие архитектурных форм архангельского дома не только его предназначению, но и личным вкусам каждого хозяина.

Строительству сопутствовали разные ритуалы. Между венцами, например, помещали серебряный рубль или монету большего достоинства, а некоторые — крест с распятием, чтобы дом не знал напастей. При закладке дома сначала утверждали окладное бревно. В этот день пиво варили и пироги пекли, пировали вместе с плотниками. Этот обычай называли «окладно».

Когда стены срубят до крыши и проложат потолочные балки, «матицы», опять плотникам угощенье: «матешно». И третье празднуют — «мурла- ты», когда стропила под крышу подводят. А крышу тесом закроют, да сверху князево бревно утвердят, опять пирогами с домашним пивом плотников чествуют, то есть «князево» празднуют1.


Шергин Б. Двинская земля.—С.31