Карта сайта

Часть 34 - Глава VI - ГОРОДСКОЕ ХОЗЯЙСТВО - 6

Перевоз сдавался на откуп и в последующие годы. Откупщики перевозили не только людей, но и продукты (как говорится в документах того времени, они «имели хлебный перевоз»). На каждое свое судно откупщики нанимали по два перевозчика, которые получали за сезон по 7 руб. и сверх того «кормовые деньги» по 6 коп. в день. За перевоз через реку взималась плата в размере 1 деньги (1/2 копейки).146 Доходы с перевозного откупа поступали в петербургскую Ратушу.

В 1713 г. царским указом начальником над всеми перевозами был назначен фискал И. Потемкин, который получил приказание получить из Канцелярии городовых дел 30 мелешкоутов, а от вице-губернатора Я. Н. Римского-Корсакова гребцов и организовать перевоз через Неву только на мелешкоутах.147 Потемкин получил лишь 22 мелешкоута (вместо 30), и, по-видимому, из-за недостатка у него судов Ратуша продолжала сдавать перевоз на откуп еще 2 года.148 Возможно, что перевозы Потемкина и Ратуши существовали параллельно.

Лишь в 1715 г. петербургский перевоз был окончательно изъят из ведения Ратуши и передан Потемкину, которому поручалось перевозить людей и продукты своими средствами, не прибегая к сдаче на откуп.149 Потемкину были даны также буеры и верейки,150 на которых перевозились через реку за плату по 1 коп. с человека «знатные люди». Бесплатно через реку могли переезжать только солдаты и работные люди, имевшие на руках соответствующие документы. В 1723 г. были назначены новые цены за перевоз: с одиночек стали брать по 1 гривне, при переезде группы людей (не менее трех человек) —по грошу с человека или 15 грошей в час.151 Потемкин снискал себе расположение Петра и был назначен начальником вновь учрежденной в 1718 г. Партикулярной верфи. В ведение Конторы Партикулярной верфи, подчинявшейся Адмиралтейству, перешли и перевозы.

В зимнее время переправа через Неву осуществлялась по льду. Специальная команда, вооруженная лопатами, ломами и веревками, обеспечивала безопасность зимних переправ. Она не разрешала жителям Петербурга переходить на другую сторону во время ледостава и ледохода, на ее обязанности лежала также прокладка дороги по льду, после того как лед уже достаточно окреп. Проложенная дорога обозначалась деревьями, воткнутыми в снег по обе ее стороны. Петр обычно переезжал первым. Тремя пушечными выстрелами и поднятием флага Петербург оповещался о начале ледохода.152

Следует сказать несколько слов о городских водных путях сообщения. Роль водного транспорта в период строительства города была очень велика. Сам Петр обращал особое внимание на развитие в городе водных путей сообщения. Он требовал, чтобы те, кто жил по набережным, делали перед своими домами пристани для причаливания судов. Для устройства пристани в грунт у берега забивались сваи, за которые плотно закладывались и укреплялись гвоздями и кольями фашины. Сверху устраивался деревянный помост.153 На Васильевском острове, где предполагался центр города, положено было устраивать небольшие гавани. Указ 23 июня 1719 г. обязывал всех жителей, имевших дома на набережных этого острова, делать перед своими домами гавани (одну на два дома) по образцу той гавани, которая была устроена на Адмиралтейской стороне против дома корабельного мастера Федосия Скляева.154 Богато, декоративно оформленная деревянная пристань с гаванью, устроенная против дворца

Меншикова на Васильевском острове, изображена на гравюре А. Зубова 1716 г.
Требование устройства пристаней против домов на набережных не оставалось пустым звуком. Пристани действительно были сделаны. Однако большое наводнение 5 ноября 1721 г. разрушило их почти полностью. Вследствие этого указом от 16 декабря 1721 г. правительство потребовало переделать пристани на Неве (значительно подняв их уровень) на всем протяжении от Почтового до Галерного двора. За образец была принята пристань, устроенная против дома вице-адмирала К. Крюйса. По распоряжению полиции, архитектор сделал замеры, чтобы определить, кому насколько нужно поднять свою пристань. Составленная им ведомость представляет собой интересный документ: перечень всех домов по левому берегу Невы (начиная от Марсова поля) в порядке их расположения. Из перечня видно, что из 69 дворовых участков на этом протяжении только на 7 не было еще пристаней («сваи не биты»), на остальных участках пристани имелись.155

В целях поощрения развития водного транспорта по распоряжению Петра многим петербургским жителям были розданы бесплатно парусные и гребные суда и установлены правила пользования этими судами. В 1718 г. на Фонтанке, как уже сообщалось, была создана специальная Партикулярная верфь (для строительства и ремонта частных судов), находившаяся в ведении Потемкина.156 Особое внимание уделялось правительством поддержанию известного порядка на водных магистралях Петербурга, так как это диктовалось насущными потребностями города.

Вереницы судов, барж, плотов, проходивших по Неве и ее протокам, задерживали движение друг друга, создавали возможность несчастных случаев. Прибывающие с грузом суда из-за нерасторопности своих хозяев часто подолгу стояли неразгруженные либо у берега, либо на якоре на средине реки, мешая передвижению и разгрузке другого транспорта. Особенно стесняли движение плоты. Нередки были случаи столкновений на воде. Неудобные суда старой конструкции легко тонули, загромождая фарватер реки и причиняя большие убытки своим хозяевам. Не случайно, что так много петровских указов посвящено внедрению судов новой конструкции и что старого типа судам запрещалось приходить в Петербург.157 Для купечества это связывалось с необходимостью больших издержек на постройку новых судов, но, в конечном счете, правительственные указы ограждали именно купеческие интересы.

Установлению порядка в движении и разгрузке судов на водных магистралях Петербурга посвящен целый ряд указов Петра. Прибывающие в город суда должны были становиться на якорь саженях в 10 от берега и подтягиваться к берегу лишь на самое короткое время для разгрузки. Запрещалось становиться на якорь посредине реки и тем мешать движению другого транспорта. Не разрешалось и подолгу держать суда около берега.

Плоты могли приставать лишь на Выборгской стороне. Исключение делалось только в том случае, если они принадлежали хозяевам домов, расположенных на набережных. Таким жителям разрешалось проводить плоты к своему дому «по малому числу и выгружаться быстро». Особое внимание обращалось на свободный проезд по малым рекам и каналам. Любопытно, что обязанность извлекать из воды затонувшие суда возлагалась не на судовладельцев, а на хозяев тех домов, около которых затонули суда. Для правительства это было удобнее, так как найти хозяина затонувшего судна не всегда было легко.

Принимались меры и против засорения русел рек и каналов. Полиция строго следила за тем, чтобы туда не сбрасывали сор и нечистоты, чтобы ошкуривание и отёска бревен не производились ни на воде, ни на берегу рек. Во избежание засорения водных протоков конским пометом не разрешалась даже езда на лошадях по берегам рек и каналов (трудно поверить, чтобы это требование выполнялось). Категорически воспрещалась свалка материалов на пристанях. За нарушение всех этих правил взыскивались штрафы. Если получалась задержка в движении судов из-за загромождения рек и каналов материалами, то взыскивался штраф: в первом случае в размере 1/3 материала, во втором случае 2/3 материала, а в третьем случае конфисковался весь материал.158

Правительство требовало поддержания чистоты не только на водных путях, но и на городских улицах. Очистка улиц возлагалась на самих жителей города. Все домохозяева обязаны были следить, чтобы на улицах против их домов соблюдалась чистота. Царский указ требовал, чтобы жители Петербурга по утрам, поднявшись рано, «покамест люди по улице не будут ходить, или ввечеру, когда люди не будут ездить и ходить, с мостов всякий сор сметали». Сор полагалось вывозить в «указные места», т. е. в места, предназначенные для свалки. За выполнением этих правил следил «надзиратель той улицы офицер или урядник». Нарушители подвергались штрафу в размере 2 деньги за каждую сажень ширины своего дворового участка.159

Однако добиться выполнения правительственных указов было трудно. Сор не вывозился в «указные места», а сваливался поблизости. Продолжалось засорение рек и каналов. Вследствие этого полиция предложила организовать специальную команду фурманов (возчиков), которые бы вывозили сор с улиц на места свалок. Это предложение было в 1723 г. принято, расход на содержание команды отнесен за счет особого налога с жителей.160

Особенно большое внимание правительству приходилось обращать, как мы увидим далее, на благоустройство торговых мест. Торговые заведения и рынки появились в Петербурге в первые же годы существования города. Уже в 1707 г. в Петербурге имелись различные лавки, шалаши, в которых шла торговля хлебом и калачами, а также харчевни, цирюльни и т. д.161 «Торговых людей и харчевников» насчитывалось в городе в октябре 1706 г. 102 человека.162

На нынешней площади Революции с первых лет существования Петербурга помещался Гостиный двор, сгоревший до тла во время пожара 1710 г.163 Вместо него немного дальше от реки был построен новый Гостиный двор, значительно более благоустроенный — мазанковое здание высотой в два этажа, крытое черепицей и имевшее большой внутренний двор. Купеческие лавки размещались таким образом, что одни из них были обращены на площадь, другие на внутренний двор. Крытая наружная галерея давала возможность покупателям переходить из одной лавки в другую без опасности быть замоченными дождем. Здание Гостиного двора принадлежало казне, купцы платили деньги за аренду лавок.164 Это здание показано на гравюрах 1714 и 1720 гг., изображающих торжественный ввод в Петербург взятых в плен шведских кораблей (рис. 14 и 16).

Автор «Описания» Петербурга 1716—1717 гг. сообщает еще о двух местах торговли на Городском острове (Петроградская сторона). В районе нынешнего Сытного рынка рядом с Татарской слободой находился Татарский рынок старьем. Здесь можно было достать по дешевым ценам всевозможные товары: различную одежду, седла, железо, веревку и т. д.


146 ЦГАВМФ, ф. 176, № 108, лл. 190—191.
147 Мелешкоут — мелкосидящее речное судно.
148 ЦГАВМФ, ф. 176, № 87, лл. 141, 179, 180.
149 В случае недостатка судов Потемкину было разрешено «хлебный перевоз» сдавать на откуп, но «впредь заводить свои суда» (ЦГАВМФ, ф. 176, № 108, лл. 190—191).
150 Верейка — лодка; буер — легкая лодка с парусом.
151 ЦГАВМФ, ф. 174, № 34, л. 20.
152 Дневник жамер-юнкера Берхгольца..., ч. I, стр. 236—237; ч. III, стр. 57, 253—254.
153 Высочайшие указы и повеления императора Петра I... Сборник РИО, т. XI, стр. 438—439; ПСЗ, т. VI, № 3799.
154 ПСЗ, т. V, № 3396.
155 ЦГИАЛ, ф. 1329, оп. 2, № 19, лл. 145—146.
156 ПСЗ, т. V, № 3193; А. И. Богданов, ук. соч., стр. 237.
157 ПСЗ, т. V, №№ 3139, 3191, 3238, 3387; т. VI, №№ 3865, 3866 и др.
158 ПСЗ, т. V, № 3203; т. VI, №№ 3799, 3800, 3823.
159 ПСЗ, т. V, № 3226.
160 ПСЗ, т. VII, № 4391.
161 ЦГАВМФ, ф. 176, № 16, л. 231.
162 ЦГАДА, ф. 9, отд. II, оп. 9/3, кн. 5, лл. 136—137.
163 Описание Санктпетербурга и Кроншлота... Русская старина, т. XXXVI, стр. 41—42.
164 Eigentliche Beschreibung..., стр. 37—38.