Карта сайта

Часть 18 - Глава III - ОРГАНИЗАЦИЯ СТРОИТЕЛЬНЫХ РАБОТ - 3

Колеса для тачек в петровское время делались из березы, оси — из дуба. Правительству удалось наладить производство тачек в больших для того времени размерах. В конце 1719 г., например, были сданы подряды на изготовление 5000 тачек с колесами (по цене 7 алтын за штуку) и отдельно на изготовление 5000 колес с осями (по цене 4 алтына за колесо). Эти подряды выполнялись в 1720 г.37 Готовые тачки принимались в соответствии с установленными образцами. Эта «стандартизация» очень характерна для петровского времени: также по образцам изготовлялись кирпич, черепица и другие строительные материалы. Мы уже знаем, что и дома строились по образцам; даже для торговых палаток, как мы увидим дальше, был сделан соответствующий образец. Таким образом, внедрялись наиболее удобные типы построек и строительных материалов.

В больших масштабах на строительстве Петербурга была применена механическая распиловка бревен на доски, о чем более подробно будет сказано в пятой главе этой книги. Следует лишь отметить, что лесопильное дело в то время еще мало было распространено в России, где даже самые простые поперечные пилы приходилось вводить в указном порядке.38 Русский человек привык обходиться только одним топором, действуя им поистине виртуозно, как неоднократно отмечалось современниками.39 С помощью топора же изготовлялись и доски. Обилие леса позволяло не экономить его, и хищническое расходование деревьев поражало иностранцев.

По словам Леблона, при изготовлении досок с помощью топора бревно диаметром 18 дюймов (около 46 см) раскалывалось вдоль на две части и из каждой половины вытесывалась доска толщиной 4—5 дюймов (10— 12.5 см). Столяры и плотники, которым не нужна была такая толщина, снова отесывали доски до толщины 11/2—2 дюйма (4—5 см).40 Таким образом, большая часть древесины шла в стружки. Механическая распиловка бревен на доски не только содействовала экономному расходованию леса, но, что еще важнее, значительно увеличила скорость изготовления досок и уменьшила трудоемкость этого процесса.

При забивке свай употреблялись копры, которые были в петровском Петербурге самым обычным явлением.41 Широко применялся также метод заготовки срубов домов в непосредственной близости леса с последующей доставкой их в Петербург. В 1711 г. Адмиралтейство рубило дома на реке Тосне силами работных людей (присланных из разных губерний). Законченные срубы переправлялись (по-видимому, по воде) в Петербург. 11 июля 1711 г. было «принято к Адмиралтейству присланных с Тосны реки в разных месяцах и числах сто изб, в том числе 24 избы с полами и потолки», а в остальных «потолки есть, а полов, крючьев и решетин на верхи нет». По указу царя велено было недостающие полы и обрешетку сделать и немедленно выслать в Петербург.42

Метод заготовки срубов домов на месте и перевозки их в город был распространен в России. Вебер пишет, что в Москве на рынках продают готовыми сотни домов, сделанных на продажу. Такими домами застроена большая часть Москвы.43 Очень интересно упоминание Вебера, что строительные работы в Петербурге производились круглый год.44
Петром было обращено большое внимание на изготовление и внедрение в практику строительства мало распространенных в России видов строительных материалов. Такими материалами были: черепица, изразцы, стекло и др. Стекло было настолько еще редко, что даже богатые люди обходились слюдой. В 1711 г. при постройке дома для царицы Марфы Матвеевны в Петербурге в окна вместо стекла вставлялась слюда. Интересно, что стены комнат царицы обивались холстом.45 Обычай обивать холстом не только стены, но и потолки комнат был очень распространен в Петербурге. Некоторые жители обивали полотном балконы, башни в садах и заборы вокруг садов.46

Для увеличения продолжительности службы деревянных конструкций употреблялся метод наружной их окраски. Так, например, окрашивались деревянные мосты.47 В 1724 г. Коммерц-коллегия постановила сдать подряд на окраску построенных на Троицкой площади биржи, важни, амбаров и заборов. По вызову коллегии явилось 5 подрядчиков, изъявивших желание взять на себя эту работу.48 Окрашивались также немногочисленные еще тогда в Петербурге железные крыши домов. Такие крыши имели, например, дворец Меншикова и дом его маршалка Соловьева на Васильевском острове. Крыша дворца Меншикова была окрашена в розовый цвет.49

Во время строительства здания 12 Коллегий на Васильевском острове была применена совершенно своеобразная организация работ. Первоначально работы велись Канцелярией городовых дел, но, видимо, дело шло медленно, потому что Петр распорядился, чтобы каждая коллегия строила самостоятельно свою часть здания. В ответ на это приказание архитектор Трезини подал записку, в которой доказывал, что такой метод распределения работ очень неудобен потому, что трудно ожидать, чтобы все коллегии одновременно заготовили материал и обеспечили строительство мастеровыми людьми; к тому же каждой коллегии понадобится посылать от себя комиссара с подьячими и с караульными солдатами. На докладе Трезини Петр наложил резолюцию «камень, кирпич, известь подряжать в одном месте, а протчее все по коллегии каждому».50

Конечно, метод строительства одного и того же здания несколькими учреждениями нельзя признать удачным; здесь проявилось стремление Петра найти какой-то способ ускорения затянувшихся работ. В целом же для строительства Петербурга было, как мы видели, характерно широкое применение новых методов и технических приемов строительства, что немало способствовало общему успеху дела.

Одним из методов лучшей организации работ было широкое применение подрядного способа. Петровское правительство всячески поощряло сдачу строительных работ в подряд потому, что это давало возможность, во-первых, привлечения частных капиталов к делу строительства города и, во-вторых, использования частной инициативы. Сдав работы в подряд, правительство уже не заботилось об организации самих работ и обеспечении строительства материалами и рабочей силой.

Немалое значение играла и финансовая сторона дела: не без основания считалось, что работа подрядным способом, несмотря на колоссальные барыши, получаемые подрядчиками, обходится государству все же дешевле, чем выполнение ее хозяйственным способом, т. е. непосредственно самими ведомствами. Дорогостоящая бюрократическая машина каждого такого учреждения была неповоротлива и неоперативна в работе; по каждому пустяку требовалась санкция государственной власти; сроки, как правило, не выдерживались, а сами работы, в конечном счете, обходились очень дорого.

В первые годы строительства Петербурга, когда все приходилось организовывать на пустом месте, когда Петербург еще только начал существовать как городской центр, все работы производились непосредственно ведомствами, силами тысяч работных людей, собранных в порядке трудовой повинности со всех концов России. Однако и тогда правительство всячески стремилось возможно большее число работ сдать в подряд, широко публикуя в стране о подрядах, сдававшихся в Петербурге. В 1712 г., например, Сенат приговорил «поставить листы» в губерниях (т. е. вывесить объявления) о вызове желающих взять подряд на поделку кирпича для Петербурга.51

К концу второго десятилетия XVIII в. положение сильно изменилось: большие возможности применения капиталов привлекли в Петербург значительное число людей, располагавших денежными средствами. В 1717 г., когда встал вопрос об отмене трудовой повинности по строительству Петербурга, эта мера аргументировалась тем, что «ныне на многие дела являются подрядчики и наемщики, которыми некоторые работы исправляются удобнее и скорее, нежели государственными работниками».52 В 20-х годах XVIII в., как мы увидим далее (см. гл. IV), правительство смогло уже обойтись без трудовой повинности, заменив ее денежным сбором с населения.

Интересно, что увеличение роли частной инициативы в 20-х годах XVIII в. наблюдалось не только в строительстве Петербурга, но также и в промышленности. «Пробуждение частной инициативы, — пишет в своей работе «Мануфактура при Петре I» Е. И. Заозерская, — произошло не сразу и не по указу со стороны правительства. Русские люди, в частности купечество, долго прислушивались к воззваниям и убеждениям правительства, внимательно присматривались к новому явлению в хозяйстве страны, а затем к двадцатым годам оценили его значение для себя и по-разному, по мере сил и уменья, взялись за новое дело».53

Однако и в 20-х годах XVIII в. далеко не всегда удавалось быстро найти подрядчиков на все работы, которые сдавались в подряд. В документах того времени часто говорится, что о сдаче в подряд тех или иных работ «было публиковано», а «подрядчики не явились» (т. е. желающих взять на себя эти работы не нашлось). Вследствие этого хозяйственный способ строительства54 существовал наряду с подрядным, и учреждения, ведавшие строительством, располагали своими кадрами мастеровых людей, мастеров, а также пользовались услугами рабочей силы, привлекаемой в порядке принуждения: осужденных по суду, войск, пленных, работных людей, высылаемых по повинности, и т. д.

Объявляя о сдаче тех или иных работ в подряд, Канцелярия городовых дел и другие учреждения, ведавшие строительными работами в Петербурге, «выставляли листы» (объявления) в наиболее людных местах города: на Троицкой площади, у Адмиралтейства, Литейного двора и т. д.55 Практиковался также способ объявления об этом во всеуслышание с барабанным боем. «Явившиеся» на вызов подрядчики предлагали каждый свои условия. Не обходилось и без конкуренции.

В феврале 1721 г. был сдан подряд на поставку кленовых деревьев для царских садов посадскому человеку Василию Аркажскому. Цена была установлена по 5 алтын за дерево, а стоимость всего подряда определена суммой 4000 рублей. Узнав об этом подряде, бобыль Макарьев, «радея», как он говорил, царскому величеству, взялся поставить все деревья за 3000 рублей, т. е. дешевле на 1000 рублей. Невыгодное для казны условие с прежним подрядчиком Аркажским было заключено Главной поли-циймейстерской канцелярией. Поэтому, боясь ли царского гнева или имея какую-то заинтересованность в сдаче подряда именно Аркажскому, полиция обошлась с Макарьевым очень грубо, выслав его из канцелярии «со озлоблением». Однако он успел подать донесение о готовности заключить подряд обер-фискалу А. Нестерову, и дело перешло в Сенат.56

Подрядчики на строительстве Петербурга были выходцами из разных слоев населения. Среди них мы видим и представителей верхушки торго-вопромышленного населения, и представителей царской администрации, особенно тех, кто имел непосредственное отношение к строительству города, и, наконец, крестьян, включая и крепостных. Одним из видных подрядчиков был Василий Озеров — «канальный подрядчик», бравший на себя работы по рытью каналов в Петербурге. Имя его очень часто встречается в архивных делах, имеющих отношение к строительству Петербурга. Озеров имел небольшой металлургический завод в степи между Хопром и Доном, где у него работало 270 человек наемных рабочих. В глухой степи

Озеров чувствовал себя самовластным хозяином, рабочих «бьет и увечит напрасно» и принуждает их, «яко своих собственных людей или крестьян», строить винные заводы.57
Другой крупный подрядчик по рытью каналов — Семен Крюков, занимавшийся также подрядами по поставке извести, имел на Городском острове «двор с хоромами», который был у него конфискован за недоимки.58 Имя этого подрядчика сохранилось в названии прорытого им Крюкова канала в Ленинграде.

Представители царской администрации, ведавшие строительными работами, как русские, так и иностранцы, часто совмещали свою работу с выполнением подрядов. Это не воспрещалось правительством, хотя подобный порядок создавал возможность злоупотреблений.


37 ЦГИАЛ, ф. 467, оп. 73/187, кн. 19, лл. 151—163; оп. 484/1446, № 15 лл. 2—3; ЦГАДА. Ф- 9. отд. II, кн. 50, лл. 320—322. 38 ПСЗ, т. IV, № 1883.
39 Eigentliche Beschreibung..., стр. 75.
40 ЦГАДА, ф. 198. Письма к Меншикову, «Л», № 10, лл. 66—69.
41 См., например: ЦГАВМФ, ф. 176, № 15, л. 705.
42 ЦГАВМФ. ф. 176, № 60, ч. I. лл. 376—378, 495—496,
43 Записки Вебера. Русский архив, год десятый, 1872, стр. 1358.
44 Там же, стр. 1416—1417.
45 ЦГАВМФ, ф. 1233, № 12, л. 376.
46 Петербург в 1720 году: Записки поляка-очевидца. Русская старина, т. XXV, стр. 269.
47 ЦГИАЛ, ф. 470, оп. 76/188, № 3, л. 8.
48 ЦГИАЛ, ф. Коммерц-коллегии, экспедиция 4, оп. 2, № 2, картон 2627, лл. 119—122.
49 Eigentliche Beschreibung..., стр. 47, 49.
50 ЦГИАЛ, ф. 1329, оп. 1, № 26, лл. 33—34.
51 Доклады и приговоры. .., т. II, кн. II, стр. 468. 52 ПСЗ, т. V, № 3124.
53 Е. И. Заозерская, ук. соч., стр. 62.
54 Т. е. производство работ непосредственно государственными учреждениями, силами своих рабочих и технического персонала и с использованием своих строительных материалов.
55 Описание архива Александро-Невской лавры, за время царствования императора Петра Великого, т. III. Пгр., 1916, стр. 74.
56 Описание документов и дел, хранящихся в архиве Святейшего Правительствующего Синода, т. I (1542—1721). СПб., 1868, стр. 335—336.
57 Е. И. Заозерская, ук. соч., стр. 18—19.
58 Описание документов и дел, хранящихся в архиве Святейшего Правительствующего Синода, т. I, стр. 706, 730; ЦГАДА, ф. 9, отд. II, кн. 50, лл. 320—322.