Карта сайта

Архитектура дворца советов - (часть 64 - Акад. арх. А. Г. МОРДВИНОВ (Москва))

Акад. арх. А. Г. МОРДВИНОВ (Москва)

Работа пленума Союза советских архитекторов совместно с работниками других видов искусств проходила чрезвычайно содержательно и плодотворно. Впервые в одном зале собрались работники всех отраслей искусства. Это — знаменательное явление, это — достижение, которое мы должны будем закрепить и в таком же духе, рука об руку, продолжать нашу дальнейшую работу в области архитектуры, скульптуры и живописи.

На рассмотрение пленума был внесен целый ряд чрезвычайно интересных предложений и в отношении акустики, и в отношении конструкции Дворца Советов, и в отношении отделочных материалов и т. д.

Эти чрезвычайно ценные предложения должны быть тщательно изучены, развиты, конкретизированы и воплощены в жизнь коллективом Дворца Советов, Союзом советских архитекторов и творческими союзами скульпторов и художников.

В зале прозвучала очень деловая и высоко принципиальная критика Дворца Советов в целом и в отдельных его частях.

Особенно острая критика была в отношении основной скульптуры Дворца — статуи Владимира Ильича Ленина. Почему именно эта часть всего проекта встретила такую усиленную критику и столь решительное осуждение? Я объясняю это тем, что в целом проект Дворца Советов неоднократно уже просматривался, но в моменты просмотра проектирование скульптуры лишь начиналось. Проекты росписей Дворца критиковались мало вероятно потому, что работа в этой области лишь начинается и конкретно материалов для обсуждения нет.

Показанная тут на макете скульптура впервые подвергается широкому оживленному обсуждению. Все выступавшие отмечали, что если в основном Дворец Советов по своей общей архитектурной композиции найден правильно и критике должны быть подвергнуты лишь детали, то в отношении скульптуры следует сказать, что она еще недоработана.

По-моему совершенно правильно выступали скульпторы, которые отмечали, что такого рода скульптура должна быть органически связана с архитектурой сооружения, должна завершать здание и что скульптура, созданная С. Д. Меркуровым, грузна и по своей композиции и по отдельным деталям. Здесь говорилось и о фигуре и о трактовке одежды. Фигура грузна, тяжела и ее нужно переработать.

Второе, что все вполне правильно отмечали, это то, что скульптура должна быть совершенна со всех точек зрения, потому что она будет видна со всех сторон. Я думаю, эту правильную критику нужно подкрепить организационными мероприятиями. Нужно организовать товарищескую творческую помощь С. Д. Меркурову, тем более, что и сам т. Меркуров, выступая здесь, не только не отказывался от помощи, а ставил вопрос о том, что эта помощь, нужна. Совершенно правильно здесь ставился вопрос о том, что создание такого величайшего монумента, создание статуи Ленина, любимого человека нашей эпохи, образ которого вечно перед нами, — это величайшая и ответственейшая задача.

Здесь говорили о сходстве. Добиться этого сходства, выразить в скульптуре такого Ленина, которого весь народ, весь мир знает и любит, — это труднейшая задача, гигантская задача. Естественно, что эту задачу можно решить только большим творческим коллективом, и всем скульпторам нашей страны надо включиться в это дело и помочь С. Д. Меркурову. Каким образом провести это организационно? Я думаю, что организационную форму надо особо обсудить в союзе скульпторов, в союзе художников и в союзе архитекторов, совместно с коллективом Дворца Советов.

Работникам живописи трудно сейчас выступать, потому что ни конкретной тематики, ни первоначальных набросков еще нет. Но общий тон всех выступлений один: живопись должна быть бодрой и радостной, как бодра и радостна наша жизнь, наша эпоха. Живопись должна быть глубоко насыщена идейным содержанием, таким содержанием, каким богата наша страна. Идейное содержание Дворца, его залы помогут художникам найти силу выражения этого содержания в живописных формах.

Здесь правильно говорили, что над этим содержанием и выражением нужно серьезно поработать. Коллективу Дворца Советов надо немедленно включать в работу художников и скульпторов. То же можно сказать и об орнаментике, о привлечении мастеров народного творчества к работе во Дворце. Нет никакого сомнения в том, что богатейшие сокровища народного творчества и богатейшие силы народных художников должны быть использованы в этой работе. Здесь, конечно, не должно быть перепева орнаментики ренессанса или механического повторения орнаментации древней Руси.

Весь узор, ярчайший и богатый, народного творчества должен быть подчинен общему замыслу Дворца, его образу, его идейному содержанию. Необходимо немедленно заняться изучением этих замечательных сокровищ народного творчества и тщательно продумать вопрос о том, как во Дворце Советов их использовать.

В отношении архитектуры критика была здесь очень слаба и недостаточно конкретна. По-видимому Союзу архитекторов надо будет вернуться к более детальной критике. Нужно будет просмотреть проект Дворца Советов в целом, около модели, около чертежей.

Совершенно не тронутым на этом пленуме остался вопрос о работе над интерьером отдельных зал. Некоторые залы еще совершенно недоработаны, и архитектурная общественность должна в этом деле помочь, посвятив целый ряд собраний с живописцами и скульпторами для творческой конкретной работы над интерьерами.

Разрешите теперь коснуться одного организационного вопроса. На этом пленуме не было критики в части готовности технического проекта. Как известно, в постановлении правительства указано, что строительство здания должно быть в основном завершено к концу третьей пятилетки. В этих условиях готовность проекта имеет величайшее значение. Здесь выступал т. Попов, который ставил вопрос так, что положение на этом участке даже катастрофическое. Я не знаю, насколько это соответствует действительности и допускаю, что быть может т. Попов, выступая здесь, нарочно несколько утрировал, чтобы мобилизовать внимание собравшихся. Вопрос этот, однако, чрезвычайно серьезный и мы не можем его обойти. Нам нужно знать, в каком состоянии сейчас находится проект, потому что имеется определенный сигнал о том, что разработка технического проекта сильно отстает от намеченных сроков. Это может грозить большими срывами в творческой работе.

Промышленность, изготовляющая все необходимое для сооружения здания, также еще далеко не загружена и не работает, как нужно. Я считаю, что Союзу советских архитекторов нужно немедленно это дело просмотреть и выделить людей, которые ознакомились бы с состоянием работы.

Я хочу в заключение затронуть вопрос о роли партии и правительства в деле создания Дворца Советов. Я могу говорить по этому поводу, потому что сам был участником трех туров конкурса по Дворцу Советов, т. е. до последнего момента, до принятия проекта Б. М. Иофана.

Я должен отметить, что первый конкурс шел по существу дела в трех турах и в одном предварительном. К этому конкурсу было привлечено огромное количество архитектурой Советского Союза и других художников, и нужно сказать, что почти все архитекторы решили Дворец Советов, как композицию по горизонтали. Почти никто не дал проекта высотной композиции. И только партия и правительство дали исключительно мудрое решение о дальнейшем проектировании, указав, что нужно создать Дворец Советов в высотной композиции. Для нас сейчас это является абсолютно бесспорным, но тогда почти для всех архитекторов это было далеко не бесспорным. Не специалисты, а партия и правительство дали идею высотной композиции. Это необходимо отметить, и это несомненно абсолютно правильная идея, потому что только высотная композиция может отразить нашу бодрую, радостную, дерзновенную эпоху, этот, по выражению Маркса, «штурм неба».

Второй момент, это решение композиции всего города в связи с Дворцом Советов, решение вопроса градостроительства, вопроса планировки. Если мы посмотрим, как складывалась Москва с ее кольцами, мы увидим, что при первом становлении русского государства при Иване III, был построен Успенский собор и Кремлевские стены. При Иване Грозном был построен Василий Блаженный и, наконец, во времена Бориса Годунова была построена колокольня Ивана Великого. Это был момент кульминационного развития собранного Московского государства. Сильная вертикальная ось Ивана Великого сразу подчинила себе и Василия Блаженного и Успенский собор; она стала центром Кремля, центром Москвы,

Какую же значительную ошибку совершили мы, почти все архитекторы! Получалось так, что Дворец Советов, грандиозный по своим размерам, но построенный по горизонтали, как коробка, непременно в своей композиции подчинялся бы главной оси, Ивану Великому. И здесь правительством была проявлена величайшая мудрость градостроителя и планировщика. Оно поставило вопрос о создании высотной композиции, композиции такой колоссальной высоты, перед которой Иван Великий пропадает, как песчинка, и о создании новой оси, нового центра социалистической Москвы.

Всем этим не исчерпывается, однако, мудрое решение правительства в отношении Дворца Советов. На всем протяжении конкурса, до самого последнего периода, до принятия проекта Иофана, намечалось завершение сооружения небольшой фигурой человека. Правительство, приняв за основу композицию Б. М. Иофана, поставило вопрос так, что Дворец Советов должен быть памятником Ленину.

Это — величайшее дерзновение, смелость и мудрость. Никто из нас, скульпторов, архитекторов, не решился бы рассматривать здание как пьедестал для фигуры.

Величайшая мудрость и смелость правительства заключаются в том, что оно сказало совершенно новое архитектурное слово, так как нигде подобного памятника нет. Эта смелость — творческая; она вытекает из всего революционного дерзновения нашей эпохи.

Сейчас на Западе, в капиталистических странах мы видим полную безыдейность архитектуры, сугубо утилитарную коробку, а у нас правительство, поставив вопрос о создании памятника Ленину, совершенно по-новому определяет архитектуру. Социалистическая архитектура тем и отличается от архитектуры капиталистической, что она, в отличие от безыдейности капиталистической архитектуры, наполнена глубочайшим идейным содержанием. Величественность идейного содержания — таково отличительное свойство советской социалистической архитектуры. Мы видим, какое глубочайшее содержание выражено в Дворце Советов. В нем получает отражение жизнерадостность, юность и бодрость нашей страны. Эта архитектура подлинного социалистического реализма служит глубочайшим уроком не только архитекторам, но и живописцам и скульпторам, еще не в полной мере изжившим моменты формализма, при котором средства подменяют цель и идейное содержание нашей эпохи выхолащивается. Здесь глубочайшие уроки для всех видов искусства, и это содержание Дворца Советов должно явиться ведущей идеей работы скульпторов и живописцев над интерьерами Дворца.

Этот стиль социалистического реализма решает еще одну глубочайшую задачу, которая совершенно неразрешима в капиталистическом мире. Эта задача — синтез архитектуры, скульптуры и живописи.

Если мы обратимся к эпохам упадка и разложения, то мы увидим, во-первых, безыдейность в скульптуре, живописи и архитектуре, и, во-вторых, распад: живопись сама по себе, скульптура сама по себе, архитектура сама по себе. Наоборот, в период расцвета мы видим синтез искусств потому, что если в произведении заложено глубокое идейное содержание, оно не может говорить языком одного только вида искусства, оно должно говорить одновременно языком живописи, архитектуры и скульптуры.

Потому-то в нашей стране и удалось создать синтез всех видов искусств, что вся жизнь советского народа наполнена глубоким идейным содержанием.

Постановление партии и правительства о создании высотной композиции, о решении центра города, о конкретном решении самого здания, о решении вопросов синтеза и о создании невиданного образца архитектуры — вся эта смелость и дерзновенность происходит от того, что партия и правительство смело и дерзновенно идут вперед к коммунизму, что советские люди являются передовыми во всем человечестве, что эти люди смело преодолевают все препятствия и идут к счастливому будущему.

Партия и правительство вынесли мудрое решение, основанное на чаяниях широчайших слоев народа. Вы знаете, сколько было писем от рабочих и колхозников, когда проектировался Дворец Советов, какая мечта существует у народа об этом Дворце. И все эти чаяния и стремления народа, как в фокусе, отражаются в постановлениях партии и правительства. Таким образом, в создании Дворца Советов участвуем не только мы, работники искусства, а весь народ, его партия, его правительство. При таком положении нет никакого сомнения в том, что общими творческими усилиями мы создадим величайший в мире памятник архитектуры, скульптуры и живописи, величайший памятник сталинской эпохи, памятник В. И. Ленину.

Да здравствует наш великий народ Советского Союза, да здравствует наша великая мудрая партия, да здравствует наш вождь, великий Сталин! (Бурные аплодисменты, все встают.)