Карта сайта

Архитектура дворца советов - (часть 41 - Проф. А. А. ФЕДОРОВ-ДАВЫДОВ (Москва))

Проф. А. А. ФЕДОРОВ-ДАВЫДОВ (Москва)

Место приложения орнамента в Дворце Советов чрезвычайно велико: архитектурным орнамент, орнамент на тягах, карнизах, капителях колони, орнамент на потолках и полах, на осветительной, вентиляционной и отопительной арматуре, на дверных и оконных приборах, па мебели и ее обивке.

Не менее значительное и серьезное место в интерьерах Дворца Советов займут и ткани. Мне кажется, что те большие идеи, которые должны быть выявлены в оформлении интерьера, выразить в орнаменте будет значительно труднее, чем в живописи или в скульптуре. Может быть, именно здесь особенно ясна необходимость органического ощущения художником нового советского стиля.

Советский орнамент до сего времени ограничивался преимущественно эмблематикой. Нам необходимо добиться, чтобы в нем зазвучали мотивы всей многообразной окружающей нас действительности.

Архитектура замечательных строителей эпох — готики и ренессанса — разработала в совершенстве закон прогрессии убывающей и нарастающей, лежащей в основе связи орнамента с архитектурой. Он заключается в воспроизведении в деталях (окна, двери, резьба) основных конструктивных форм здания. Эти принципы были великолепно поняты и развиты дальше в классицизме. И частности, они нашли замечательное выражение в работах мастеров русского классицизма (Казаков и др.). Эти идеи должны лечь и в основу орнаментов интерьеров Дворца Советов, должны обеспечить органическую связь орнамента со всеми другими деталями интерьеров Дворца. В оформлении Дворца Советов живопись, скульптура, прикладные искусства должны найти единство принципов композиции. Композиция орнамента и архитектуры строится на близких основах, образующих ритм. Эти приемы — повторение, чередование, симметрия и прогрессия — имеют место и в скульптуре и в живописи, но там они не являются основами композиции. Родство архитектурной композиции, ее ритма и тектоники с орнаментом прекрасно понималось в эпохи великого расцвета архитектуры, которые были одновременно эпохами великого расцвета декоративного орнамента — античность, ренессанс, классицизм. И наоборот, эта идея была забыта в эпоху рококо, отрицавшего всякую логику во имя декоративных причуд в орнаменте.

Мы часто говорим, что материал диктует форму. Это все верно, но наряду с этим надо выдвинуть и другой принцип: считаясь с материалом и его логикой, надо не механически исходить из его возможностей, а применять их как средство для выражения нашего замысла. Специфика материала должна быть подчинена художественной задаче — выявлению нового содержания тех идей, которые должен выражать Дворец Советов во всех своих частях. Не материал, а идеи рождают новую форму. Единство идеи должно лежать в основе единства и синтеза всех искусств в интерьере. Конкретно в области орнамента это означает, что основная идея выражается, прежде всего, в архитектурной композиции интерьера. В основу его декорирования орнаментом должно быть положено разъяснение, развитие и выявление в орнаментальной декорации основных композиционных принципов, которыми оперирует архитектор. Архитектор в орнаменте должен найти как бы разъясняющий язык своих форм и затем наполнить орнамент тем или иным сюжетом, содержанием. Таким путем через орнамент осуществляется переход от языка архитектурных форм к языку живописи и скульптуры тогда и сам орнамент будет органически связан с архитектурой.

В этой связи между архитектурой и орнаментом можно найти два решения. Первое реше -ние, выраженное, например, ярко в ампире, заключается в том, что формы архитектуры пере -носятся только уменьшаясь на стены, на мебель, вплоть до ваз, и одни и те же орнаменты одинаково применяются и в архитектурной тяге и на краю тарелки. Этот принцип хорош, но он дает простое и несколько однообразное единство. Второе, более сложное решение — это синтез, построенный на двух перекрещивающихся прогрессиях, когда по мере перехода от композиционных форм архитектуры до мельчайших деталей орнамента мы видим убывание прогрессии по ее размерам и все большее и большее нарастание сложности ее разработки. Это дает возможность в различных приложениях орнамента давать его разным, но сохранять единство самого принципа построения орнамента.

Что касается до текстиля, то мне хочется обратить внимание главным образом на вопрос о том, какие огромные возможности дает введение текстиля в убранство интерьера. Прежде всего, это та особая теплота и человечность, которую придает текстиль интерьерам. Человек привык обращаться всю свою жизнь с текстилем, он носит его на себе постоянно сам и вкладывает в него как бы частицу самого себя. Эти особые свойства текстиля должны быть учтены. Наряду с этим надо учесть и особые торжественные эффекты, достигаемые при помощи текстиля. Тяжелая драпировка с ее мощными складками создает ни с чем не сравнимую торжественность. Недаром ее так часто воспроизводили в декоративной лепке, недаром барочная живопись в торжественном портрете непременно изображала богатые складки драпировки.

Мне хочется остановиться на вопросе о гобелене, о забытой культуре гобелена. В гобелене можно изобразить любую живописную композицию. Он дает то же, что картина или панно, но сверх того обладает особым декоративным эффектом. Сама ткань, ее фактура даст мягкость и глубину цвету.

Мне кажется, что когда мы стоим перед необходимостью решать, какие ткани нужны для Дворца Советов, то здесь для нас особенно важна роль дирижера со стороны архитектора. Только тогда мы начнем действительно реально проектировать ткани, когда будем иметь перед собой общие решения интерьеров, сделанные архитекторами. Проектируя интерьер, архитектор должен тут же решать, что вот эта стена будет облицована или покрыта тканью, что здесь будет висеть гобелен, лежать ковер такого-то масштаба и т. д.

Нельзя проектировать интерьер, не учитывая общей его цветовой гаммы, а в ней и ткань будет играть свою роль. Может быть, никому так не трудно работать для Дворца Советов, как художнику-текстильщику, ибо у него нет непосредственных традиции и опыта. Старые высокие традиции декоративных тканей были забыты в капиталистическую эпоху, а за советский период мы пока еще мало поработали над большими декоративными задачами и текстиле. Строителям Дворца Советов необходимо принять ряд мер, которые помогли бы художникам-текстильщикам в их поисках, в овладении старым наследием. С вопросом о декоративных тканях надо познакомить и архитекторов. У современного архитектора зачастую наблюдается еще недоучет колоссальных декоративных и выразительных возможностей применения тканей, так как он их не знает. Необходимо устроить хорошую выставку богатейшего материала, который находится в ленинградских и московских музеях. Выставка эта покажет, как в народном искусстве умели замечательно использовать декоративные возможности ткани.