Карта сайта

Архитектура дворца советов - (часть 37 - Проф. А. Г. МОЛОКИН (Харьков))

Проф. А. Г. МОЛОКИН (Харьков)

В основном задача по проектированию Дворца Советов решена правильно. Имеется хорошо спаянный и сильный коллектив, который работает над созданием этого монументального сооружения. Однако, как это уже отмечалось на пленуме, работа еще далеко не закончена, и в проекте имеются еще отдельные участки и места, которые необходимо доработать, скорректировать, а может быть некоторые и изменить.

В первой редакции проекта входная портальная часть здания в виде западающего закругления носила характер форм французского ренессанса и даже барокко. Совершенно правильно сделано, что теперь эта портальная входная часть, является более строгой и прямолинейной. В смысле органической трактовки остальных элементов и деталей сооружения имеются, однако, еще некоторые неполноценные на мой взгляд места. Таким местом является, например, маленький портик над входом под гербом СССР. Портик выглядит слишком мелким. Он как будто не способен поддержать большой массив этого герба. Иго надо решить либо более монументальным либо трактовать в формах, совершенно отличных от трактовки других больших объемов здания, потому что в существующем виде он производит впечатление немасштабного.

То же замечание до некоторой степени относится и к тому портику, который поддерживает тяжелый массив в основании скульптурной группы Большого зала. Он выглядит па проектных изображениях недостаточно прочным для того, чтобы нести большой массив со скульптурой на верху.

Скульптурные группы, которые завершают пилоны цилиндрических массивов здания, производят впечатление отдельных скульптурных изображений, поставленных как бы на этажерке для демонстрации, но они еще органически не сливаются с сооружением в целом. Эти группы, как мы их видим на модели, повторяют барочный прием архитектурных форм, как бы прорастающих в пространство, не связанных органически с сооружением. Получается при этом такое впечатление, что динамически выраженные цилиндрические объемы здания становятся слишком динамичными, что они недостаточно закреплены и могут двигаться и даже вращаться. Хочется видеть в этих группах и пьедесталах под ними закрепляющие элементы, которые, подчеркивая переходы силуэтной линии, в то же время придавали бы зрительную устойчивость, неподвижность цилиндрическим объемам здания.

По поводу трактовки и цвета основной статуи В. И. Ленина я согласен с проф. Ильиным, что прекрасный сам по себе монель-металл, даже при кованой фактуре, может производить неприятное впечатление. Блесткость этого металла, хотя он со временем вероятно потускнеет, не даст хорошего впечатления. Может быть, следует принять матовую позолоту, может быть нужно вернуться к фактуре некоторых светлобронзовых оттенков. Бронзовая патина очень хорошо подчеркивает рельеф, дает свежие и чрезвычайно художественные оттенки. Между тем, монель-металл может оказаться очень жестким, дать впечатление жести даже на громадном расстоянии. Таким образом, вопрос о выборе материала для скульптуры имеет большое значение. Его нужно основательно продумать и подойти к решению очень осторожно, путем ряда опытных проверок.

По поводу интерьеров здесь правильно отмечалось, что одно из требований социалистического реализма заключается в том, чтобы правдиво отражать конструкцию, а не маскировать ее. В этом смысле говорилось, что интерьеры должны быть трактованы не чисто классическим приемом, а должны ориентироваться на новые материалы и новые конструкции. Оно до некоторой степени отражено в пропорциях проемов в кулуарах Главного зала и других частях здания, но пока еще в отдельных случаях прорываются недостаточно продуманные решения. Например, перекрытие большого фойе трактуется, как в некоторых ренессансных образцах, в виде плоского живописного полотна, хотя бы и остекленного. Для таких больших размеров, при такой значительной высоте фойе это, по-моему, неправильное решение. Надо сделать эту громадную пластику как-то наглядно конструктивной, т. е. сделать ее зрительно жесткой, путем применения ребер, прогонов какого-нибудь карниза и т. п. Все-таки потолки с ребрами, с балками и т. п. дают большую пластичность плафону, а плафон в данном случае решен слишком плоским, в полном смысле слова «висячим», даже без видимых, ребер для подвески.

В зале «Героики гражданской войны» в репродукциях имеются два варианта. На одном варианте потолок решен ампирным приемом с орнаментно-лепным, но плоским обрамлением. Для Малого зала, может быть, это очень хорошо, для Большого зала без всякого намека на конструкцию это будет неубедительно и даже фальшиво.

Второй вариант решения этого зала — вариант с балконом — также проработан недостаточно серьезно . Он несколько сух , жесток , балки размещены густо , и поэтому потолок в трактовке этого второго варианта напоминает некоторые формы средневековья. Следовательно, нужно найти какую-то здоровую середину, дать для большого масштаба зала убедительно жесткое перекрытие и в то же время не слишком подчеркнутые грубые кессоны или балки.

Учитывая то, что говорил проф. Компанейский об изменяемости цвета на расстоянии, безусловно нужно, чтобы в Художественном совете Дворца Советов были люди высшей в этом отношении квалификации и чтобы они с большей требовательностью относились к тем эскизам и картинам, которые будут давать художники, учитывая в полной мере, как эти картины и эскизы будут выглядеть на расстоянии.

Надо также обратить внимание на общую форму очертания купола над Большим залом, которая, по-моему, еще недоработана.

Хотелось бы также отметить необходимость большой осмотрительности при использовании рода материалов.

Фарфор, например, прекрасный материал, но он неполноценно выглядит на некоторых станциях метро. Барельефные детали, вставленные в плафоны, выглядят так, как будто бы они нечаянно ошибочно окрашены блестящей эмалевой краской. Прекрасный сам по себе материал в таком применении неудачен. Другое дело — фарфор бисквитный, матовый, он прекрасно выглядит, но блестящий фарфор может быть применен только в изразцах.