Карта сайта

Архитектура дворца советов - (часть 24 - ОСНОВНАЯ СКУЛЬПТУРА ДВОРЦА СОВЕТОВ — СТАТУЯ В. И. ЛЕНИНА)

ОСНОВНАЯ СКУЛЬПТУРА ДВОРЦА СОВЕТОВ — СТАТУЯ В. И. ЛЕНИНА

Сообщение скульптора С. Д. МЕРКУРОВА

С чувством колоссальной исторической ответственности перед страной, народом, правительством и лично перед товарищем Сталиным я хочу дать отчет о той работе, которая проделана по сей день над статуей Владимира Ильича Ленина.

Напомню историю проектирования статуи. Советом строительства был объявлен закрытый конкурс, к которому был привлечен ряд скульпторов. Было представлено 25 проектов, из них было отобрано для представления правительству 12, а из этих двенадцати был выбран и утвержден наш проект.

Я приступил к работе над образом Ленина еще в 1924 г. До этого я также не раз собирался лепить статую Владимира Ильича, но к сожалению, мне это не удавалось: Владимир Ильич был занят, и Надежда Константиновна заявляла, что ему некогда: «когда-нибудь, когда мы поедем в Горки, вы там и полепите».

К сожалению, я увидел Владимира Ильича уже на смертном одре, и мне удалось снять только его маску.

С этого времени я поставил перед собой задачу вылепить фигуру величайшего гения человечества. Это задача — почетная и ответственная.

Из печати уже известно, как протекала работа над созданием этого образа. В распоряжении моем была маска Владимира Ильича, личные мои впечатления от встреч с Владимиром Ильичом (я встречался с ним в Швейцарии), воспоминания близких ему людей и кинофильмы.

В народе все реальнее стал вырисовываться образ Ильича, как гения и вождя. Нам приходилось чутко прислушиваться, чутко собирать именно те впечатления, которые уже создались в народе. Когда дело подошло к проектированию Дворца Советов, в стране ярко и четко вырисовался образ вождя, указывающего народу путь: «вперед к будущему, вперед к коммунизму».

Те работы, которые были мною сделаны до этого времени, фактически были только материалом для будущей статуи, иногда материалом сырым, иногда неудачным. Весь накопленный до объявления конкурса на проект Дворца Советов материал послужил основой пашен дальнейшей работы.

После утверждения проекта, после ряда указаний Совета строительства пришлось внести некоторые изменения в проект, который был затем окончательно утвержден. Нам пришлось, имея в виду сложность и ответственность задания, остановиться вначале на вопросе о методе работы, о том, как эту работу вести, какими шагами, какими путями. Прежде всего, были установлены принципы организации работы, организации рабочей площадки, четкая методика, от которой нельзя отступать, чтобы не сбиться с пути. Установив метод и план работы, мы приступили к самой работе, и практика показала нам, что метод выбран нами правильный.

Зная, что одному человеку совершенно немыслимо выполнить такую грандиозную работу, необходимо было создать коллектив. К этому времени коллектив, вернее бригада, у нас уже существовал, потому что мы уже до этого проделали большую работу на канале Волга—Москва. В состав нашей бригады по Дворцу Советов пошли скульпторы, проектировщики, инженеры, пунктировщики, формовщики, экспериментальная металлическая мастерская и, наконец, огромная производственная металлическая мастерская, вернее целый завод Дворца Советов, который будет осуществлять все спроектированные и сделанные работы.

Нужно было далее точно определить этапы работы. Сначала мы остановились на эскизе. Эту работу мы пели в течение года. Все время приходилось искать движение руки, движение всей фигуры, движение складок. Одним словом, надо было всю композицию работы органически связать с Дворцом Советов, с архитектурой. Это самая трудная, ответственная часть работы, которая продолжается и по сей день.

Параллельно с этой работой началась и сама работа над статуей. Прежде чем приступить непосредственно к статуе, нужен был длительный подготовительный период работы с натурщиками. Необходимо было точно определить контур голой фигуры натуры, этюды костюма, этюды указывающей кисти руки. До сих пор сделано около 25—28 движений кисти руки. Необходимо было также установить тип головы. Нужно было в основном взять точный портрет, и от портрета идти к синтезу, к типу, к архитектурным формам, потому что мы помним и знаем, что при столь грандиозной величине статуи скульптура уже почти переходит в архитектуру. Мы крепко связаны с инженерами. Нам точно указаны точки прикрепления статуи к зданию, нам точно дано задание ритма всей архитектуры. Все это, вместе взятое, является своего рода ограничивающими плоскостями, среди которых приходится работать, но эти ограничивающие плоскости помогают творчеству.

Коллективу необходимо было начать работу со скульптуры в 50 см, затем перейти к скульптуре в 1 м, в 2 м, в 5 м, в 10 м, 20 м. Почему нужно было выбирать эти соотношения и эти величины? Скульптура в 50 см была необходима для того, чтобы обнять всю модель Дворца Советов, чтобы можно было увязать движение и основные силуэты со всей архитектурой. Метровая статуя также нужна была для силуэта и для определения некоторых ракурсов, для производства, я сказал бы, геодезических работ, для выявления видимости статуи с разных точек Москвы и предельной видимости ее с расстояния примерно в 70 км от Москвы.

2-метровая статуя как-то легче воспринимается глазом, в ней легче орудовать формами. Здесь уже скульптор может в мастерской видоизменять, перераспределять и вообще производить работу над формами.

5-метровая статуя должна служить лишь для коррективов того, что сделано в 2-метровой статуе. Каждое дальнейшее увеличение статуи будет корректировать предыдущее. Таким образом, при каждом увеличении статуи предстоит решение определенных проблем. Большой ошибкой следует считать мнение о том, что эти модели в 50 см, в 1, 2, 5, 10 м явятся лишь последовательным механическим увеличением. Это неправильно потому, что, как это всем известно, каждое увеличение имеет свою форму, независимо от материалов, материалы диктуют свои проблемы, а определенное увеличение диктует свою форму.

Увеличивая статую, мы все время должны были решать задачу, как непосредственно от портрета человека переходить к статуе, от статуи к архитектуре, потому что голова статуи будет иметь величину пятиэтажного здания — разрез этой головы 32 м, — и фактически это уже архитектурная форма. Все время мы должны с этим считаться, быть начеку, чтобы не выпасть из ритма всего здания. Это самая трудная, самая ответственная задача, которая постоянно перед нами стоит.