Карта сайта

Конечно, потому что и материи необходимо ...

Конечно, потому что и материи необходимо иметь форму, и душе свойственно иметь свою форму в добродетели. Но потому ли каждая такая форма составляет благо обладающего ей существа, что она ему свойственна? И на то ли главным образом направлены его стремления, что ему свойственно? Едва ли, потому что существо может желать того, что ему свойственно, и находить в этом удовольствие, и все-таки не обладать благом, и когда мы называем что-либо свойственным, то этим еще не говорим, что оно - благо. Наоборот, признание чего-либо свойственным само зависит оттого высшего и лучшего, по отношению к чему это низшее представляет лишь его потенцию. Когда же какое-то существо относится к другому как потенциальность (к актуальности), это значит, что оно нуждается в этом другом, а нуждаясь в другом, как в высшем и лучшем, оно, понятно, не может быть само своим благом. Так как материя из всех вещей самая бедная, наиболее нуждающаяся, то и форма, которую она принимает, - низшая, но потом идут формы в постепенном порядке возвышающегося совершенства.

Из этого следует, что если какое-то существо действительно имеет некоторое благо, то тем более оно находит благо в том существе, от которого зависит его форма и совершенство и которое, будучи большим благом, уделяет и ему из своего блага. Но как и почему то, что от высшего существа получает низшее, составляет благо последнего? Потому, что оно наиболее ему свойственно? Пожалуй, нет, а скорее потому, что оно и само по себе составляет некоторую часть блага. Вообще, чем более чисты и совершенны сущности, тем больше между ними сродство и теснее соединение. Спрашивать же, как и почему то, что есть благо, есть благо и для самого себя, даже нелепо; как будто только потому, что оно - благо, оно должно, так сказать, отрешиться от самого себя. Впрочем, когда зайдет речь об абсолютно простом существе, в котором нет ничего друг от друга отличного, тогда будет уместен вопрос, есть ли и каким образом такое существо благо для самого себя, допустима ли и в нем любовь к самому себе. Теперь же из наших размышлений, если они правильны, следует, что благо (различных) существ обусловливается их градацией (от низшего к высшему), и желание вовсе не порождает и не дает блага, а напротив, само возникает под воздействием (возбуждающего его) блага, и в благе всегда приобретается нечто такое, что приятно и доставляет удовольствие, и осла бы это приобретение даже не соединялось с удовольствием, то и тогда благо как таковое само по себе заслуживало бы избрания.

28. Посмотрим, однако, не следует ли еще что-нибудь из наших положений. В самом деле, если везде и всегда благо существа лежит в его форме, то и благо материи заключается в той форме, которая ей дана. Спрашивается, если бы материя обладала способностью желать, могла бы она желать быть всецело формой? Едва ли, потому что это значило бы для нее желать своего уничтожения, тогда как все ищет себе блага. Может быть, она пожелала бы только не быть материей, а просто быть - обладать бытием, то есть освободиться оттого, что в ней зло? Но разве мыслимо, чтобы в том, что есть зло, могло возникнуть желание блага?