Карта сайта

Древнерусская живопись 15-17 вв. в собрании Кириллова монастыря часть 2

Конец XV и начало XVI веков в русской культуре неразрывно связаны для нас с именем Дионисия и не случайно: в творчестве именно этого мастера наиболее полно и совершенно воплощался тот духовный подъем, который переживала Московская Русь в пору своего национального расцвета. В собрании музея живопись данного периода представлена иконами по преимуществу из собора Рождества Богородицы Ферапонтова монастыря и из других церквей. Все они в большей или меньшей степени несут печать дионисиевского воздействия, которое не ограничивается временем жизни мастера. Две иконы из де-исуса собора Рождества Богородицы — «Василий Великий», «Никола» по традиции приписываются самому Дионисию. Оба изображенных здесь святых жили в IV веке. Художник стремится в первую очередь к передаче их духовного облика. Дионисий дает образы, отрешенные от телесных чувств: лики святителей обращены к нам, а взор их устремлен внутрь себя: они, устранившись от вещей чувственных, созерцают «красоту неизмеримую» — красоту божественную. Исключительная плоскостность фигур, обобщенность силуэта, простые линии контура, на редкость выразительные, спокойные, плавные, высветленность колорита, его полутоновой характер усиливают ощущение отрешенности. Особые легкость, свобода, непринужденность, светоносность присущи изображению святителя Николая. Именно этот образ, без всяких сомнений, написан самим Дионисием, а над иконой «Василий Великий», скорее всего, работал мастер, близкий «началохудожнику».

О высоком расцвете местной художественной культуры Белозерья в XVI веке свидетельствует большое количество сохранившихся памятников живописи, которые происходят из различных монастырей и церквей края. Создание целых иконостасов свидетельствует о существовании здесь хорошо поставленных иконописных мастерских, в которых писали иконы не только для храмов, но и для нужд населения. Среди северных областей Белозерье выделяется наиболее высокой культурой, что обусловлено ощутимым влиянием Москвы. Исполнительская манера, простодушие мировосприятия, колорит, построенный на сочетании локальных цветов, свидетельствуют о глубоких традициях, связывающих местную иконопись с культурой других северных областей Руси, и в то же время иконографическая схема большинства произведений, отдельные детали выявляют прекрасное знакомство местных живописцев со сто-личною школой. Икона «Иоанн Предтеча» — одно из самых выразительных местных произведений XVI века. Смысловым центром является Благословляющая Десница, которая изображена в сегменте в верхнем правом углу иконы. Все в иконе направлено к этой Деснице: линии горок, фигура, руки, лик Иоанна, конец свитка, который он держит. Через такое композиционное построение выражается мысль, что проповедь пророка о покаянии была делом божественного изволения и промышления. Благодаря охристым фону и горкам, иссиня-черная власяница еще более выделяет фигуру Иоанна. Его образ мужественен, сдержан, решителен, аскетичен: таким нам и предстает с иконы проповедник покаяния.

В начале XVII века, который иногда именуется веком «смуты», Кирилло-Бело-зерский монастырь переживает резкий спад в художественной деятельности. Первой крупной работой явилось здесь устройство в Успенском соборе еще одного ряда — праотеческого. В 1630 году, что известно из Описной книги, «На Москве у Василия Ивановича Стрешнева иконник Ждан Дементьев сын вологжанин писал в монастырь в церковь Успение образа праотцы». Лучшая икона чина — «Отечество», или «Троица Новозаветная». Позы, движения, ритм складок одежд, их цвет у Бога Отца и Бога Сына удивительно согласованы — тем самым мастер передает идею об их единосущии, которая выражается известными словами Символа веры «...Света от света. Бога истинна от Бога истинна...»

Среди отдельных произведений XVII века интереснейшим является поясной образ Дионисия Глушицкого — основателя одного из монастырей в окрестностях Вологды. Предание характеризует Дионисия, как человека сурового, аскетического образа жизни. Именно таким изображает его неизвестный монастырский художник. При первом взгляде лик подвижника кажется строгим, сдержанным, даже жестким. Но через эту внешнюю суровость, благодаря активным оживкам и высветлениям, пробивается покоряющая сила света, добра и любви. Цвет в иконе предельно скуп, выдержан в одних зеленовато-коричневых тонах, что не случайно: сдержанность колорита содействует отображению личности аскета, чуждого земным усладам. Образ Дионисия — храмовый, из одноименного придела церкви Сергия Радонежского.

В целом живописи XVII века в собрании музея присуще преобладание традиций более раннего времени: монастырь и его округа явно не спешили навстречу новым веяниям в русской культуре. Тяготение к традиционности в лучшем значении этого слова — особенность, присущая Кирилло-Белозерскому собранию икон. И не только собранию икон: такая особенность свойственна вообще культурной жизни монастыря и его округи. Во многом благодаря данному обстоятельству Кирилло-Белозерский монастырь обретает уникальную архитектур-но-художественную цельность.

Ответственный за выпуск Г. О. Иванова. Составитель В. В. Рыбин. Художник Н. И. Мишуста.