Карта сайта

Если задача «всеобщей логики» как фундаментальнейшей ...

Если задача «всеобщей логики» как фундаментальнейшей философской науки не сводится, таким образом, по убеждению Наторпа, ни к простому логическому сглаживанию основной, по общепринятому мнению, противоположности объективного и субъективного, ни к снятию находящейся с таковой в связи другой противоположности рационального и иррационально­го, индивидуального и надындивидуального, каковые противо­положности должны быть, наоборот, объяснены и впервые по­няты в своем значении именно из принципов «всеобщей логи­ки», и если, с другой стороны, принять также во внимание настойчивое указание Наторпа, глубоко обоснованное, как мы видели, в самом понимании им природы сознания и закономер­ности единства его первоисточника, что логическое, а с ним вме­сте и психологическое, имеет большее, чем обыкновенно пред­полагают, число измерений36, — то все эти моменты в их связи и единстве окажутся уже достаточным для того, чтобы дать на­конец точное определение самого понятия этой науки и тем по­ложить начало ее систематической разработке.

Это определение содержания понятия «всеобщей логики» действительно и дается Наторпом нам в основе только что ука­занных соображений в следующих словах: «Под "Всеобщей Логикой", — говорит Наторп, — я подразумеваю строгое, вну­тренне в себе единое (einheitliche) обоснование не только, прежде всего, точных наук, далее — описательного естество­знания, затем наук о человеке, или все равно какое-либо дру­гое деление не считалось целесообразным принять, — как ес­ли бы все это были отдельные области предметов, расположен­ных рядом или одна под другой, но как бы там ни было, лежащие одна вне другой, лишь впоследствии друг с другом соотносительные и лишь вторично только, в производном смысле слова, между собой объединяемые, — но я понимаю под ней строгое и внутреннее, в себе единое обоснование полага- ния какой бы то ни было предметности вообще, больше того, всякое вообще, каким бы то ни было способом логически вы­разимое полагание, будь то даже вне-, под- или сверх- предмет­ное полагание. Все относящееся к области духа, равно как и все далеко простирающиеся сферы поведения, творчества, са­мопостроения (des Selbstaufbaus), относительной индивиду­альности и абсолютной индивидуальности, относительной универсальности и абсолютной универсальности, вплоть до последнейшей из последних перво-индивидуальности (Ur-In­dividualist), которая в то же время есть и перво-универсаль- ность (Ur-Universitat), в чем заключается, по-видимому, последний логический смысл религии, — все это должно под­лежать познанию, поскольку все это имеет отношение к духов­ному (а это значит уже, что к одному, к единому духовному), должно быть познано в строгом безусловном единстве, из ка­кового все эти обособления, или какие другие вместо них ни были бы признаны, должны вытекать в никакому сомнению не подлежащей полноте и точном определении как их различи­мости, так и их сопричастности, в положительных и отрица­тельных отношениях и их границах, как и прочнейшем их объ­единении в первоединстве всего духовного»37.

Из этого-то первоединства всего духовного как из последне­го верховного принципа и должны, по убеждению Наторпа, стать объяснимы все, даже и самые сложные порождения че­ловеческой культуры. Но как же это возможно? Как должен развиваться и через что лежать и проходить восходящий к ре­шению всех этих проблем путь?

Чтобы ответить на этот кардинальный вопрос — для этого прежде всего, говорит Наторп, надо обеспечить себе такое на­чало, такой отправной пункт и принцип всего исследования, который ничего не предвосхищал бы заранее, чтобы быть от­крытым всему. И вот, в качестве таких последних понятий- принципов, к которым философия всегда снова и снова воз­вращалась, всякий раз как она дерзала поставить проблему обоснования познания в целом, — всегда выступали три ос­новных: мышление, бытие, познание.