Карта сайта

Эрехтейон (часть 8 - Так же решительно следует отвергнуть мнение..)

Так же решительно следует отвергнуть мнение о „случайности" и „ненормальности" такой поперечной стенки для классического греческого храма. Это мнение обусловлено неправильным, односторонним представлением об архитектурно-художественном идеале классического греческого архитектора второй половины V в., - представлении, в основе которого лежит образ Парфенона. А между тем, среди произведений классической греческой архитектуры второй половины V в. Эрех-тейон — не менее значительный архитектурно-художественный памятник, чем Парфенон. Эрехтейон — такое же первоклассное произведение, как и Парфенон, спроектированное и построенное первоклассными греческими архитекторами V в. Архитектура Эрехтейона и то значение, которое он имел в качестве одного из трех значительнейших с религиозной и эстетической точек зрения зданий афинского Акрополя, с достаточной очевидностью доказывают, что к работе над архитектурой Эрех-тейона не мог быть допущен в 421 г. плохой или даже только второстепенный мастер. Поэтому не подлежит сомнению, что храм в том виде, как он до нас дошел, был задуман, как целостный архитектурно-художественный образ, в 421 г. В частности, западная часть южной стены северного портика покрыта членениями, несомненно принадлежащими руке архитектора последней четверти V в. Этим окончательно подтверждается, что архитектор оформил северо-западный угол Эрехтейона именно так, как он дошел до нас.

Наконец, последним доказательством, которое тоже имеет большое значение, служит замечательная цельность архитектурного образа Эрехтейона в той форме, в какой он дошел до нас. Исследование архитектурной композиции Эрехтейона еще никем не было опубликовано. Оно не может быть дано в рамках настоящего краткого очерка, и мы надеемся опубликовать такое исследование в развернутом виде в другом месте. Эрехтейон выражает, по сравнению с Парфеноном, совершенно другую сторону архитектурно-художественного идеала классической Греции V в. Вместе с тем Эрехтейон представляет собой, по сравнению с Парфеноном, дальнейший этап развития греческого зодчества V в.

Внутренние помещения западной части Эрехтейона были подробно исследованы американцами, выводы которых кажутся очень убедительными. В кладке стен нашлись следы первоначального устройства V в. Западная часть храма распадалась, по-видимому, на три помещения. Из них одно, самое западное, было продолговатым, оно ориентировано с севера на юг, в него открываются двери северного портика, портика кор, а также третья дверь, ведущая во дворик. К востоку от этого первого помещения были расположены отделенные друг от друга две разобщенные целлы, которые посредством двери сообщались с западным помещением. Однако стены, подразделявшие западную часть Эрехтейона, доходили меньше чем до половины высоты внутреннего пространства, так что верхняя часть последнего представлялась в западной части здания единой. Все же внутренние стены Эрехтейона сохранились так плохо, что нельзя быть вполне уверенными в безошибочности этой части американской реконструкции. Американские исследователи предполагают, что в юго-западном углу Эрехтейона находился священный бассейн Посейдона, о котором говорят источники. Устройство этого внутреннего юго-западного угла здания было связано с некоторыми особенностями в форме стен и покрытия, которые не могли быть выяснены с полной достоверностью во всех деталях.

Западная стена Эрехтейона была очень сильно переделана в римскую эпоху. В V в. промежутки между колоннами были забраны деревянными решетками, пропускавшими обильный свет в помещения западной части здания. Световые отверстия между колоннами западной стороны находились высоко над уровнем пола внутренних помещений: их нижняя граница совпадала с верхней границей проема главной двери северного портика. Аналогичные большие световые отверстия существуют на восточной стороне храмика Нике Аптерос, целла которой с этой стороны вовсе не имеет стены. В римскую эпоху деревянные решетки были удалены, их место заняли сплошные каменные стены, в которых были проделаны небольшие, обрамленные вертикальные прямоугольные световые проемы между колоннами. В отличие от наших окон, эти световые проемы были помещены очень высоко над полом, так что через них нельзя было смотреть изнутри здания наружу.

Нижняя часть западной стены Эрехтейона, выходящая во дворик, отличается менее правильным характером, чем южная и северная стены здания. Дверь, ведущая во внутрь, несколько сдвинута к югу и приходится почти под одной из колонн. В то время как квадры камня южной стены имеют все, кроме ряда нижних ортостатов, одну и ту же форму и одинаковый размер, квадры нижней части западной стены очень сильно отличаются друг от друга и по своим формам, и по своим размерам. Нижняя часть западной стены имеет более „деревенский" характер. К сожалению, мы не знаем, как была первоначально обработана поверхность массива, соединенного с фундаментом старого Ге-катомпедона, который ограничивает дворик с юга. Возможно, что ей была придана более грубая обработка, напоминающая отчасти выступающие иногда на поверхность земли фундаменты греческих храмов (стереобат) под ступенчатым постаментом. В таком случае это был бы своего рода прототип руста. Надо думать, что внутри дворика-садика росли деревья, которые выступали над его оградой и дополняли архитектурные формы своими живописными очертаниями. Особо следует отметить тонкие, сильно вытянутые кверху пилястры, которые в некоторых местах заканчивают собой простенки, очень незначительно выступая из поверхности стены. Такие пилястры имеются на восточных концах южной и северной стен, где они представляют собой непосредственное продолжение ант восточного портика. Особенно своеобразны аналогичные пилястры на западной, торцевой части южной стены северного портика. В то время как на западном конце наружной стороны южной стены северного портика имеется один широкий пилястр, закапчивающийся антовой капителью, западная, торцевая часть той же стены, имеющая приблизительно ту же ширину, расчленена на два тонких и особенно длинных пилястра, которые своими пропорциями предвосхищают готические формы.